и кончился. На подламывающихся ногах путники выбрались на нечто вроде большой открытой поляны, измученные и обожженные.
– Прорвались наконец-то! – выдохнул Джейс. Его бледное лицо блестело от пота – однако ему по крайней мере удалось выбраться из леса абсолютно невредимым.
Никс не почувствовала особого облегчения – только не при виде того, что во всей своей красе громоздилось сейчас перед ними. Даже с двадцати шагов ей пришлось запрокинуть голову, чтобы оценить все величие турубьи. Хрустальная сфера была такой огромной, что потребовались бы две дюжины мужчин, взявшихся за руки, чтобы обхватить ее по экватору. Над полом возвышалась лишь верхняя половина сферы – нижняя нависала над огромной дырой, вдвое шире самого шара. Переплетения кристаллических ветвей куполом накрывали ее сверху, заключая в непроницаемый саркофаг.
Однако все ощутили, что им наконец-то улыбнулась удача.
Никс с облегчением выдохнула.
– Турубья выглядит нетронутой. Вроде ничем не отличается от той, которую мы запустили в Студеных Пустошах.
Чтобы убедиться в этом, группа не спеша обошла сферу кругом, изучая ее более внимательно. Хрустальная поверхность ее была сплошь исчерчена перекрещивающимися полосами яркой меди, а медные прожилки поменьше образовывали между ними сложный узор, похожий на мистические каракули безумного алхимика.
«Все то же самое, что и тогда».
Джейс тем временем изучал арочные опоры с растяжками, на которых была подвешена сфера. Грейлин подошел ближе и заглянул через край в яму.
У Никс не было желания подходить ближе. Она и без того знала, что находится внизу: бездонная шахта, пробуренная чуть ли не до самого центра планеты. По всей длине этой шахты тянулся ряд дверей из семи огромных лепестков, готовых с грохотом захлопнуться, как только турубья будет сброшена в нее.
Отведя взгляд от ямы, Никс сосредоточилась на светящейся золотистой жидкости, пульсировавшей внутри хрустальной сферы. Поверхность ее, располагающаяся на уровне пола, так и бурлила от накопленной энергии, запертой под медным куполом.
Эта сфера, хоть и поражающая своими размерами, чем-то напоминала своим устройством хрустальный куб, упрятанный у Шийи внутри, – устройство достаточно мощное, чтобы поддерживать жизнь бронзовой фигуры на протяжении тысячелетий. А этот ее куб был всего-то с кулак размером.
Никс лишь поежилась при мысли обо всей той энергии, что клубилась и вихрилась сейчас за прозрачными стенками сферы. Не в силах больше выносить это зрелище, она повернулась к Шийе. Та отошла от турубьи и вместе с Райфом осматривала края леса.
Когда пара вернулась к остальным, лица у обоих были мрачными.
– Ну что? – спросил у них Грейлин.
Райф нахмурился.
– Эти Корни явно не собирались хоть что-то пускать на самотек… – Он опять уставился на темный лес. – Они рассчитывали не только на то, что лес истощит Ось и помешает ее способности запустить турубью, но предприняли и еще одну дополнительную меру.
– Какую? – спросила Никс.
Ответила ей Шийя:
– Они удалили кокон активации.
Райф кивнул.
– Его нигде нет.
Никс огляделась по сторонам, как будто могла каким-то чудесным образом его обнаружить. Она представила, как Шийя помещает свое тело в медную камеру под куполом в Пустошах, а затем хрустальные двери смыкаются над ней. Только Ось могла использовать такую камеру-кокон, чтобы запустить турубью.
– Удалив его, – сказала Шийя, – Корни фактически привели турубью в полную непригодность.
– Если только мы не найдем, где они его спрятали, – уточнил Райф.
Грейлин уставился куда-то в пространство – наверное, представляя себе огромные туннели и вообще все масштабы этого сооружения.
– На поиски этого места может уйти целая жизнь.
Райф пожал плечами.
– Тогда, если у тебя нет занятия получше, предлагаю начать прямо сейчас.
Никс покачала головой.
– Удаление кокона не имеет никакого смысла. Мы знаем, что Корни предприняли очень значительные усилия, и запущенный ими процесс по-прежнему требует постоянного внимания. Им явно нужны рабочие, необработанная руда, даже свежие саженцы из Эргёша, чтобы поддерживать этот лес и ухаживать за ним. Корни не стали бы всем этим заморачиваться, если б у них не было на уме какого-то другого плана.
– Какого плана? – спросил Райф.
– Вероятно, они хотели захватить контроль над турубьей и завладеть ею для себя. Помните, тот Паук в Студеных Пустошах тоже развлекался подобным образом, но он был там один. У него не было армии.
Все повернулись к Шийе.
– Такое вполне могло быть, – согласилась она.
– Поэтому нам нужен Корень. – Райф вздохнул. – Жаль, что мы их всех перебили…
Из-за изгиба огибающей турубью поляны послышался голос Джейса:
– Эй! – крикнул он. – Гляньте-ка сюда!
Подавленные и встревоженные, все направились в его сторону. Обогнув турубью, Никс заметила Крайша, стоящего на коленях на краю леса.
Джейс махнул им рукой, предлагая подойти поближе.
– Не исключено, что одну загадку мы уже разгадали.
Крайш встал и отступил назад, чтобы все могли вглядеться в заросли. Тонкие бронзовые корешки поднимались там спутанной волной, сливаясь в единую массу и образуя нечто вроде створки морской раковины – большой, выше человеческого роста, – поставленной вертикально и обращенной своим углублением к хрустальной сфере.
– Что это? – спросил Даал.
Крайш почесал подбородок, стараясь не задевать волдыри.
– Полагаю, что именно здесь все эти нитевидные связи леса сходятся воедино. Именно эту штуковину и призван питать весь лес.
– С какой целью? – спросил Грейлин.
Никс уже предполагала ответ.
– Наверняка это новая активационная ячейка – плод знаменитой изобретательности Корней. То, что создавалось ими на протяжении многих тысячелетий.
Райф насупился.
– Выходит, у этих бронзовых истуканов все-таки вышло взять турубью под свой контроль…
– Нет, – сказала Шийя. – Мы ошибаемся.
– Насчет чего? – спросил Грейлин.
Шийя повернулась к нему.
– Корни не взяли ее под свой контроль. Они передали его кое-кому другому.
Никс нахмурилась.
– В каком смысле? С чего ты это взяла?
Шийя указала на верхнюю часть вогнутой створки, где на бронзовой пластине были начертаны какие-то загадочные письмена.
– Не одна только изобретательность подвигла Корней решить эту задачу, но еще и благоговение.
Грейлин прищурился, всматриваясь в надпись.
– Что тут говорится?
– Это титул. На языке Древних. Написанный та’винскими письменами. – Шийя обвела всех взглядом и произнесла его вслух: – Раб’альмат.
Никс отшатнулась.
– Повелитель Смерти…
– Это имя ревн-кри выбрали для своего предводителя. – Шийя оглядела группу. – Вот для кого Корни соорудили эту ячейку. Он единственный, кто способен активировать турубью.
Никс была в отчаянии.
– Элигор…
Глава 87
После побега из Вышнего Оплота Канте вновь оказался вместе со всеми остальными в задней комнате портняжной мастерской, расположенной в азантийском Среднеграде. Именно здесь их группа меняла внешность для своей первой вылазки в Цитадель Исповедников – казалось, это было уже целую вечность назад. И не все из них сумели благополучно вернуться оттуда.
К группе Канте присоединилась
