и что каждый из нас сможет получить. Хочу открыть в городе кооперативный спортивно-оздоровительный бытовой комплекс. Ну, конечно, прежде всего, спортивные секции — аэробика, восточные единоборства. Молодежь к этому тянется. Вам что-то уже не нравится, товарищ подполковник?
Подполковник Авдиенко недовольно сдвинул брови.
— Восточные единоборства? Да нам и без того работы хватает! Тут недавно мальчишка в автобусе поругался с мужчиной — ударил его в живот и сбежал. Мужик молодой вроде, здоровый, а удара не выдержал — скончался на месте, даже «Скорую» не дождался. Пацана того, конечно, мы потом взяли, и он, в конце концов, признался — с ними в какой-то частной секции каратист занимается, обучает специальным ударам. Конечно, пока суд да дело, того каратиста и след простыл. И таких прохиндеев сейчас по всему городу окопалось — человек десять.
— Что ж, перетащим этих прохиндеев к себе на работу, и милиции будет меньше хлопот.
— Да чем вы их заманите? Они у себя наваривают — дай бог.
Самсонов широко улыбнулся и впервые за все время назвал подполковника по имени отчеству, словно желал подчеркнуть, что разговор их отныне переходит на неофициальные рельсы.
— Я оплачу их работу по европейским стандартам, дорогой мой Никита Михайлович. Ваше дело отыскать этих ребят и объяснить им, что другого выбора у них нет.
Подполковник нахмурился еще сильней.
— Не хотите же вы сказать, что станете платить им валютой?
— А почему нет? Валютой — в отдельном конвертике, естественно. Из всех зол следует выбрать меньшее, вы не согласны? Однако, помимо этого, я предполагаю привлечь к комплексу внимание всех слоев населения города. Для молодежи — дискотеки, просмотр видеофильмов, которые не идут на большом экране. Для заботливых мамаш и их детишек — развивающие кружки, музыкальные курсы, хор, рисование и прочее. Для дам — салон причесок и косметический кабинет. И обязательно иностранные языки по специальным методикам для всех возрастных групп — нынче все мечтают без особого труда за один день стать полиглотами. Ну, а для желающих хорошо отдохнуть — особый клуб, сауна с массажным кабинетом и… хорошенькими массажистками.
На это подполковник среагировал мгновенно и резко.
— Вот это уж никак не пойдет! — сердито возразил он. — Шутите? Публичный дом в городе! Хотите, чтобы с меня шкуру заживо содрали? Мои ребята и без того по всему городу за проститутками гоняются.
— Вот именно, вот именно, дорогой мой Никита Михайлович, — шутливо согласился с ним Самсонов, — вы в самый короткий срок покончите с проституцией в городе — все девицы легкого повеления переквалифицируются в массажисток. Но, если серьезно, то подумайте о вашей доле прибыли в предприятии — это будут не те копейки, которые вы получаете от кооператоров.
— Пока я не вижу для себя прибыли, а только головную боль.
— Хорошо, продолжу. Внутри комплекса я открою магазин-кулинарию, где станут продаваться мясные и молочные полуфабрикаты. На этажах будет несколько баров, специальное кафе для спортсменов, рестораны, молодежное кафе, кафе «Матери и ребенка». Цены там, конечно, будут выше государственных, но так и положено, при нынешнем дефиците люди будут и тому рады. Думаю, что основная масса населения, особенно женского, нас полностью одобрит. Однако мне нужен постоянный и надежный поставщик, чтобы обеспечить все эти точки общепита продовольствием. Вячеслав Иванович, — Самсонов внезапно повернулся к Володину и широко ему улыбнулся, — как вы относитесь к тому, чтобы слить оба наших кооператива воедино?
Оторопев от неожиданности, Володин растерянно проскрипел:
— Слить? Но…
— Каждый из нас сохранит свою юридическую и финансовую самостоятельность. Как только мы станем единым трестом, я постараюсь своими силами урезонить Шалимова. Вас он оставит в покое — пусть куражится с приезжими колхозниками и мелкими кооператорами, которые захотят сбить вам цену. Да и остальные ваши объекты будут в полной безопасности, я позабочусь об этом лучше, чем сотрудники МВД. Думаю, Никита Михайлович, — та же широкая улыбка подполковнику, — вы не станете возражать, у вас и без того много дел.
— И какую же долю прибыли вы за это потребуете? — Володин так кипел, что, казалось, вот-вот разорвется на части.
Самсонов развел руками.
— Ну вот — хочешь сделать доброе дело, а тебя подозревают чуть ли не в вымогательстве.
— И все же, выражайтесь конкретней!
— Если конкретней, то слияние кооперативов принесет прибыль именно вам. Вкратце объясню схему: мясокомбинат при посредничестве вашего кооператива по договору будет закупать у зарубежного поставщика для моего комплекса мясную и молочную продукцию. Естественно, что цены, по которым государство расплатится с поставщиком, официально будут договорные, но реально поставщик возьмете вас по себестоимости. Половина разницы отойдет лично вам, половина — вашему тестю, директору мясокомбината.
Во взгляде Володина ясно читалось подозрение.
— Ну, на благотворителя вы не похожи, — насмешливо сказал он. — Половина плюс половина, а что тогда вам?
— Мясокомбинат в качестве взаимозачетов при закупке продукции должен поставлять за рубеж минеральную воду с моего завода. Из-за недавно вышедших постановлений и ограничений я уже не могу сам непосредственно экспортировать свой товар. Вас такой расклад устроит?
Глаза Володина восторженно сверкнули, но он тут же испуганно оглянулся на Авдиенко, сидевшего во время этого разговора с отсутствующим видом, и промямлил:
— Я должен буду все это обсудить.
Однако Самсонова присутствие подполковника милиции при обсуждении сделки, казалось, абсолютно не смущало.
— Естественно, вам потребуется время, чтобы обсудить детали, но уверен, что мы найдем общий язык, — весело сказал он, — вряд ли вы когда-нибудь получите более выгодное предложение.
— А… поставщик — он вполне надежен?
— Вполне, — тон Самсонова стал небрежным, — это крупная французская фирма, принадлежит она мне.
— О-о! — взгляд Володина стал чуть ли не подобострастным, а подполковник Авдиенко покашлял, словно желая обратить на себя внимание. Самсонов посмотрел на него.
— С вами, Никита Михайлович, надеюсь, мы тоже будем сотрудничать с обоюдной для нас обоих выгодой. Полагаю, что доход от работы комплекса будет достаточно велик, а экономическая обстановка в стране крайне нестабильная. Опять же — из-за недавних постановлений и ограничений я не могу использовать механизм, с помощью которого раньше конвертировал рубли в западную валюту. Однако ваше ведомство имеет на это полное право.
— Я — не Министерство внутренних дел, — буркнул подполковник, и Самсонов с серьезным видом подтвердил:
— Конечно, нет. Но позже я объясню вам, какими лазейками в структуре МВД можно будет воспользоваться, чтобы перечислить деньги на счет зарубежной фирмы. Одна треть дохода, полученного от работы комплекса, будет принадлежать вам — в валюте, естественно.
— А фирма, конечно, та же самая — ваша? — в глазах Авдиенко мелькнул огонек, и Самсонов это подметил.
— Разумеется. Затем вашу долю я переведу на
