Читаем без скачивания Человек и история. Книга третья. Начало трудовой деятельности - Владимир Фомичев

Он повёл меня в свой кабинет, где мы, расположившись за столом, разобрались с бумагами, которые я привёз. В это время как раз подошёл и сам начальник. Он, оказывается, был в курсе дела, о котором тут же доложил его зам.

– Честно говоря, – сказал он, – я уже не надеялся, что в этом году будет подвижка с этой дорогой. А если так – что ж, организуем всё, что от нас требуется. А пока организуем вам постой.

Он куда-то позвонил, там ему что-то втолковывали, пока он не прикрикнул: «Без подселения, только отдельный номер!».

Он позвал своего шофёра и приказал: «Отвези в гостиницу и отведи к Ларисе Ивановне. Я ей звонил. Она всё знает и устроит».

Звонок начальника в гостиницу навёл там шорох. Когда я явился туда, мой отдельный номер был уже почти готов. Лариса Ивановна лично сама провела меня в этот номер и осталась довольна, когда я сказал, что мне здесь всё нравится.

– Если что потребуется – обращайтесь, – откланялась Лариса Ивановна.

Когда до исполкомовского начальства дошло, кто и с какой целью посетил их город, там явно взволновались. Да и было отчего. Город получил шанс заиметь асфальтобетонную дорогу.

Да это просто фантастика! В этом древнем городе центральная площадь и главная улица были замощены не менее древним камнем. И если проехать по этакой мостовой, да ещё на телеге – современному человеку мало не покажется! Короче, асфальтовых покрытий я в этом городке нигде не встретил. Ноги мои подобного не касались.

Зампредседателя, который встретил меня первым, не понял меня не потому, что был туп, а только потому, что был ответственным работником за банно-прачечный комбинат, культурные учреждения и образование. Строительство в его компетенцию не входило.

Остальные представители исполкома, начиная с самого председателя, с энтузиазмом включились в работу. Я с большой комиссией исследовал подготовительные работы по устройству основания под асфальтобетонные покрытия. Заметив, мягко выражаясь, моё критическое отношение к качеству работы, которую выполняла местная строительная организация, члены комиссии заволновались. Ещё бы – срывается их мечта, которая, как им уже стало казаться, была так близка! Начальник строительства, который так радушно устроил меня в гостиницу, оправдывался: «Я тут всё сделал в лучшем виде! Так эти пьяные водилы на своих машинах колхозных, тракторы, да и телеги туда же – так всё испохабили. Это ведь от них все ухабы и выбоины!»

Мне, как никому из других членов комиссии, был так понятен горестный речитатив начальника строительства. Всё это тронуло мою душу, и я постарался успокоить всех.

– Перед тем, как я начну укладывать биндер, – щегольнул я термином и тут же объяснил его значение (биндер – это нижний слой асфальтобетонного покрытия), – понадобятся щебень, гравий и песок для выравнивания ухабов, рытвин, выбоин, так как выравнивать всё это биндером – дорогое удовольствие.

Все следили за выражением моего лица, за интонацией голоса, согласно кивали. Начальник строительства даже как-то возбуждённо, чуть ли ни в унисон мне твердил:

– Будет, всё будет! Своевременно всё будет.

Я продолжал:

– Рабочие мои все квалифицированные и будут задействованы только на своих асфальтобетонных работах, а вот для выравнивания полотна дороги и других подсобных работ мне понадобится как минимум несколько десятков подсобных рабочих.

Тут сразу же вступил председатель горисполкома:

– Об этом не беспокойтесь! Сколько рабочей силы понадобится, столько и будет.

Начальник строительства горестно заметил:

– У меня сейчас людей нет, сроки работ на моих объектах горят.

Глава города насмешливо ответил ему:

– Ну на что мне нужны твои рабочие? Обойдёмся без вас.

Я даже был немного взъерошен, когда узнал, какой передовой отряд трудящихся даётся мне для выполнения любых работ, ибо этот контингент состоял из заключённых городской тюрьмы.

– Правда, все они уже расконвоированы, сроки у них остались небольшие, так что беспокоиться нечего, – утешили меня ответственные работники города.

С работниками станции я определил места базирования завода, куда вскоре его пригнали и поставили, а также подключили все коммуникации, спальный вагон как будущую бытовку для рабочих. На другой стороне станции я облюбовал место для своего вагончика, с чем беспрекословно согласились. Обо всём, что я успел здесь сделать, дал подробную телефонограмму своему начальству. Говорят, что в провинциальных городах тоска смертная. Вполне возможно, особенно у бездельников. Мне же тосковать было некогда. Работы было выше головы. Меня приглашали на различные совещания, где шла речь прямо или косвенно о дороге.

После совещания приходилось обедать с деловыми людьми в узком кругу. Так что я поздно являлся в свой отдельный номер в гостинице, очень уставал, и до самого утра никто даже не рискнул бы меня обеспокоить.

Довольно быстро, расторопно пригнали завод; что бы там ни говорили, но порядок на железной дороге существовал: надо – делается и в срок. Также без опозданий прибыли бригады рабочих, которые я тут же разместил в приготовленный комфортный для них вагон. Пригодился и зампредседателя по культуре – не захотел оставаться в стороне от деятельности других его коллег.

Силами работников клуба в одном из купе вагона был оборудован «красный уголок». Каждое утро туда поступали свежие газеты и журналы. На стол (где только взяли!) взгромоздили радиолу. Её окружали стопки грампластинок на любой вкус.

– Всё как у людей! – гордились клубные работники.

– Да уж, вот именно, – соглашались с ними рабочие, не очень-то привыкшие в командировках к таким услугам. Лениво обживаться времени не было. Службы станции сразу же подсоединили завод ко всем коммуникациям – и уже вечером начался разогрев битума, который был сварен ещё там, на месте. Так что уже на другой день с утра закипела настоящая работа.

Присланная из тюрьмы рабочая сила с лозунгом: «Эх, век свободы не видать!» взялась за инструменты, а рабочие завода указывали им, как, куда и сколько. Всё пошло гладко. Тюремный начальник представил мне бригадира – бугра по-ихнему.

– Толковый мужик.

– Отлично, – порадовался я, – он мне понадобится на дороге, а здесь и так всё организованно работает.

На объекте, теперь уже называемом «дорога», ожидали машины со щебнем, гравием, песком. Машины были бортовые, но это было даже удобнее, так как для выравнивания дорожного полотна не всегда требовались большие объёмы материалов.

Для этих работ из тюрьмы были востребованы дополнительные человеческие ресурсы. Я объяснил бригадиру, что и как надо делать. Да, действительно, это был человек очень сообразительный, толковый и достаточно авторитетный для своих, если можно так сказать, сокамерников. Работа на объекте «дорога» закипела в прямом и переносном смысле, так как самосвалы вывалили первые кубометры асфальтобетона, а асфальтовая масса при соприкосновении с достаточно холодной для неё поверхностью кипит. Появились группки любопытствующих местных жителей, привлечённые необыкновенным для них, совершенно незнакомым запахом расплавленного асфальта.

Дорога была разделена на две части: на одной стороне шла работа по укладке, а вторая оставалась свободной – для проезда транспорта и прохода людей. По моему настоянию, где-то наняли и доставили огромный дорожный каток. Катки, которые были в распоряжении завода, обеспечить должную укатку дороги, согласно нормам и правилам дорожного строительства, не могли. Даже видавшие виды мои рабочие уважительно сторонились, когда этот монстр проходил мимо, оставляя за собой зеркальную полосу. С каждым днём становилось всё больше зевак. Начальство также очень много уделяло внимания этому объекту.

У них даже вид, как мне показалось, стал более горделивый. Ещё бы – такая дорога! Знай «наших» теперь! Для многих из них считалось за честь поздороваться со мной за руку.

Когда ветер дул от дороги в сторону города, жители, вдыхая аромат асфальтобетона, уважительно произносили: «С дороги потянуло».

Мне в этой круговерти даже не верилось, что всё заработало так ловко. Погода, глядя на эту суету, тоже расщедрилась: стояла солнечная, не жаркая, достаточно комфортная, тёплая. Для дорожных асфальтобетонных работ лучшего и желать нельзя было. Главное – не было дождей.

Вместе с заводом прибыл и мой вагончик, в который я, не мешкая, перебрался. Не мог же я руководить строительством из гостиничного номера! Я взял за правило, чтобы доступ ко мне был круглосуточным, и это на случай непредвиденных обстоятельств. Телефон в моём вагончике подключили к городской телефонной сети. Так что получилась качественная оперативная связь. Наведывалось (и не раз) моё начальство. По правде говоря, им даже не верилось, что так всё быстро и чётко было налажено, что реально виделись результаты работы.

Солидно выглядел заасфальтированный участок дороги, хотя это был лишь нижний слой. Этот участок облюбовали местные дети. Ещё бы такая ровная большая площадка!