почти уверен, что жир с его волос разлетается по комнате. — Этот напиток для нее.
Я смотрю на Элиану. У нее холодное и безэмоциональное выражение лица, когда она смотрит на него, но я замечаю едва заметную дрожь в ее руках.
Этот ублюдок пугает ее, и это беспокоит меня больше, чем следовало бы. Делаю шаг в сторону, заслоняя ее от его взгляда.
Сую бутылку ему в руку.
— Последний шанс, парень. Выпей.
Он едва успевает покачать головой, как мой кулак врезается ему в скулу. Бутылка падает на землю, а стекло разбивается вдребезги. Я смотрю, как пиво разливается вокруг него.
Зейл и Коа подбегают к нему, как и друзья уродливого ублюдка. Они спешат помочь ему сесть, пока кровь стекает по его лицу из раны на щеке. Он встречает мой взгляд, но я тут же возвращаю его обратно.
— Джейсон, дружище, ты в порядке? — спрашивает его невысокий лысый друг.
Джейсон становится темно-красным, отрывает взгляд от моих глаз и отталкивает своих друзей. Смотрю, как он вытирает кровь со щеки и сердито смотрит на свою окровавленную руку.
— Эй, парень, ты ищешь драки? — кричит мне лысый.
— По-моему, я должен спросить это у вас, — говорю я, жестом указывая на бутылку, — вы, парни, регулярно накачиваете женщин наркотиками, чтобы переспать?
— Они пытались накачать ее наркотиками? — спрашивает Коа, руки скручиваются в кулаки, и он делает шаг к Джейсону и его другу, который трусит.
Каким бы тихим ни был Коа, он может быть страшным ублюдком, когда злится. И сейчас он зол.
Слышу вдалеке звон бокалов и наблюдаю, как Малия выбегает из своей кабинки и встает между Коа и лысым, упираясь руками в грудь Коа.
Он смотрит на нее холодным взглядом, ноздри раздуваются.
— Подвинься, — говорит он, оглядываясь на лысого через ее плечо, который в данный момент пытается помочь Джейсону встать.
— Нет, — упрямствует она, выпрямляя спину и поднимает подбородок.
Она — единственный человек, которого я когда-либо встречал, у которого хватило смелости сказать «нет» Коа, когда он так себя ведет.
Она также единственный человек, которого он слушает. Он смотрит на нее с сердитым и обиженным выражением лица.
— Это могла быть ты, — говорит он сквозь стиснутые зубы.
— Но это не так, и никто не пострадал, — спокойно отвечает Малия, прикладывая ладони к его груди, чтобы медленно отвести назад, подальше от места происшествия.
Кайри подбегает и встает с противоположной стороны от Элианы.
— Ты в порядке? — спрашивает она, обхватывая Элиану за плечи.
— Я в порядке, — тихо отвечает та, наблюдая за тем, как Джейсон встает, и кровь снова течет из раны.
Зейл хмыкает рядом со мной.
— Похоже, тебе придется наложить швы на этот порез, приятель.
— Думаешь, это смешно? — спрашивает круглый парень из группы, подходя к Зейлу и хрустя костяшками пальцев.
Зейл, будучи горячей головой, отдергивает руку назад, а затем со всей силы выбрасывает ее вперед, ударяя парня по носу и, вероятно, ломая его от неприятного треска, который раздается по всей комнате.
Он падает на пол, и я быстро оттаскиваю Зейла, который делает выпад в его сторону, как раз в тот момент, когда к нам подходит бармен.
— Ладно, мальчики, пора уходить, — говорит барменша, раздраженно поджав брови, когда она собирает поблизости нескольких пожилых мужчин, и они начинают вытаскивать из бара истекающих кровью парней.
Бросает на меня разочарованный взгляд, а затем возвращается за барную стойку и достает свой мобильный телефон.
— Нам лучше уйти отсюда, — шепчет Кайри, потирая руки Элианы. — Это двоюродная сестра тренера, и я почти уверена, что она звонит ему прямо сейчас.
Элиана ничего не говорит, взгляд фокусируется на разбитой бутылке у ее ног.
По рукам ползут мурашки, и я уверен, что адреналин сейчас улетучивается.
— Вы можете идти, ребята, — говорю я, прочищая горло. — Я отвезу ее обратно после того, как рассчитаюсь.
Кайри хмурится, но не спорит, быстро обнимает Элиану и что-то шепчет ей на ухо.
Когда Элиана кивает, Кайри еще раз сжимает ее в объятиях, после чего отпускает и подходит к Зейлу.
— Мы не уедем, пока я не увижу, как она физически сядет в твою машину, Фин.
Малия говорит холодным тоном, когда подходит к нам сзади, держа на буксире Коа.
— Ты что, думаешь, я просто оставлю ее здесь после всего этого?
— Ты оказал ей не самый теплый прием, — подтверждает она.
— Какого черта, Мэл? — ее слова жалят. — Ты должна знать меня лучше, чем это.
В глазах Малии мелькает чувство вины, но она быстро скрывает его, закатывая глаза, и выходит из бара вслед за Кайри и Зейлом, а Коа следует за ней, все еще сжимая руки в кулаки.
Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Элиану, которая извиняется перед барменом, пока расплачивается.
Замечаю, что ее руки все еще слегка подрагивают, когда она забирает карточку и чек у взбешенного бармена. Убирает их в задний карман и поворачивается, чтобы посмотреть на меня.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, глядя на нее.
Она кивает, смущенно оглядываясь по сторонам, чтобы увидеть все взгляды, устремленные на нее незнакомцами в баре. Натягивает рукава на руки, давая понять, что ей очень неловко, поэтому я поступаю разумно и беру ее руку в свою, переплетая наши пальцы.
— Что ты делаешь? — спрашивает она, ошеломленная.
Не отвечаю и начинаю идти к выходу, увлекая ее за собой. Бросаю взгляд на всех, кто все еще смотрит на нас и заставляют ее чувствовать себя неловко, пока они не отворачиваются.
Прохладный ночной воздух обдувает волосы Элианы, когда мы выходим из бара и идем к парковке.
Мой джип припаркован рядом с фургоном команды, где сидят остальные и наблюдают за нами.
Сжимаю челюсть, когда мои глаза встречаются с взглядом Малии, глаза сужаются, когда она наблюдает за нами.
Отпускаю руку Элианы и замедляю шаг, чтобы идти рядом с ней.
— Ты что-нибудь ела?
Я знаю ответ, но не хочу, чтобы было слишком очевидно, что я наблюдал за ней всю ночь.
— Я заказала рыбные тако, но рыба закончилась. Я не успела заказать ничего другого, как подошел тот парень.
— Мы можем перекусить по дороге.
Она перестает идти и хмуро смотрит на меня.
— Почему ты так добр ко мне?
— Я не добр.
Я скрещиваю руки.
— А вот и нет. Ты так защищал меня в баре, а теперь приглашаешь перекусить, потому что я не ела.
Ее слова выводят меня из себя, потому что кажется, что все вокруг ожидают от меня самого худшего.
Это беспокоит меня больше, чем я могу себе представить. Конечно, я
