— Но я не несчастна! — воскликнула она.
— Несчастна, я же вижу. И все понимаю. Любой разрыв близких взаимоотношений, особенно длительных, влечет за собой эмоциональную травму, но тяжело бывает еще и оттого, что рушатся все твои жизненные планы. Я тебя немного знаю, Оливия. Ты тоже “плановик” по характеру, как и я. Поэтому я представляю, какую внутреннюю пустоту ты ощущаешь сейчас.
"Не такую уж и пустоту”, — подумала Оливия и закусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.
— Я надеялся, что новая работа отвлечет тебя, продолжал развивать свою мысль Льюис. — Но теперь я понимаю, что это чисто мужской подход к решению проблемы. Женщины в такой ситуации редко ищут спасение в работе. Чаще всего им требуется довериться кому-нибудь, выговориться. Поговори со мной, Оливия. Я понял, что у тебя не так много близких друзей, которым ты могла бы довериться. Так часто бывает, когда расстаются люди, долго бывшие вместе; остальные пары начинают видеть в них угрозу своему благополучию и сводят отношения на нет.
Оливию тронула его забота и предложение стать “жилеткой” для слез, но ситуация становилась еще невыносимее. Девушка стремилась узнать его получше как человека, и ей очень нравилась его забота.
И в то же время Льюис был последним человеком, кому бы Оливия могла довериться в этой ситуации.
— Спасибо, Льюис. Со мной все в порядке, — ответила она. — На самом деле. Но спасибо вам за готовность подставить плечо.
— Но ты не воспользуешься моим предложением, да? — сухо осведомился он.
— Я по натуре замкнутый человек и редко плачу.
— Я заметил. Зато моя предыдущая секретарша умела мгновенно заходиться в рыданиях по поводу и без повода.
Оливия улыбнулась.
— Из того, что я слышала, я поняла, что эта девушка пользовалась большим арсеналом всяческих ухищрений, чтобы привлечь ваше внимание.
Льюис нахмурился.
— На прощание я посоветовал ей поменять тактику, чтобы не выглядеть такой навязчивой.
Льюис потянулся и вставил кассету в магнитофон. Под звуки музыки Оливия расслабилась. Разговор с боссом походил на прогулку по минному полю и стоил ей огромного напряжения.
Чарующий голос Сары Брайтман заполнил салон машины. Оливия закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья, чтобы насладиться чудесными мелодиями Эндрю Ллойда Уэббера.
В ресторан они приехали почти вовремя. Если бы Льюис смог припарковаться рядом с рестораном, они вообще прибыли бы ровно в семь. Однако, им пришлось оставить машину за пару кварталов и пройтись до ресторана пешком.
Льюис открыл черную резную деревянную дверь и пропустил Оливию вперед. Она изо всех сил старалась не глазеть по сторонам с ошеломленным видом, но, по правде говоря, ей еще не приходилось бывать в столь роскошном заведении, предназначенном всего лишь для приема пищи. Если они с Николасом решали пообедать вне дома, то отправлялись в бар, где подавали гамбургеры и пиццу. Посещение настоящих ресторанов не было предусмотрено их бюджетом. Оливия слишком дорожила каждым сэкономленным долларом, чтобы тратить его на дорогие ресторанные блюда.
Со вздохом она обвела взглядом панели из дорогого дерева, мраморную черно-белую плитку под ногами, огромные люстры из латуни и хрусталя под потолком. Роскошное и вместе с тем очень элегантное убранство.
— Здесь так красиво, — тихо произнесла Оливия. Льюис недоуменно оглянулся по сторонам, словно впервые заметил окружающую его роскошь.
— Да, наверное, — равнодушно ответил он. — Я как-то не замечал, поскольку прихожу сюда только для того, чтобы поесть. Добрый вечер, Клайв, — поздоровался он с вышедшим им навстречу мужчиной в вечернем костюме.
Оливия решила было, что это метрдотель, но оказалось — хозяин. Это был человек лет шестидесяти, седовласый, величественный и очень официальный, его можно было бы принять за дворецкого из дома богатого английского аристократа.
— Добрый вечер, мистер Альтман, — поприветствовал он Льюиса с коротким кивком. — Прошло много времени с тех пор, как вы в последний раз были у нас.
— Да, это так. Клайв, позвольте представить вам Оливию, моего.., хм.., личного помощника.
Оливия ощутила острое желание хорошенько стукнуть своего босса. Как он посмел так многозначительно произнести ее новую должность, привнеся интимный, даже сексуальный подтекст?! Оливия понадеялась, что Клайв знаете разводе Льюиса. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь заподозрил ее в интрижке с женатым боссом, а ведь именно это, по мнению Оливии, Клайв и подумал.
— Как поживаете, мисс? — вежливо обратился к ней хозяин. — Могу я взять ваш жакет?
Поколебавшись секунду, Оливия отказалась. Несмотря на наличие кондиционеров, в зале ресторана было жарко из-за большого количества посетителей. Но мысль о том, что следующие два часа она будет сидеть напротив Льюиса в прозрачной блузке, заставила Оливию поежиться.
— Спасибо, я останусь в жакете.
— Хорошо, мисс. Проходите сюда, мистер Альтман… Клайв провел их через переполненный бар в зал ресторана. Рядом с фойе была пара пустых столиков, но он прошел мимо них и подвел Льюиса и Оливию к столику в дальнем углу. Он стоял несколько обособленно, в окружении высоких пальм в кадках, и был отделен от зала изящной ширмой в японском стиле, которая, как ни странно, органично вписывалась в интерьер декорированного в английском эдвардианском стиле ресторана.
Подобная забота об их уединенности не оставила у Оливии сомнений относительно того, что хозяин думает об их отношениях. Правда, она не была уверена в причине такой заботливости — он мог спрятать их от любопытных глаз просто в силу личной симпатии.
С должным вниманием усадив гостей и расстелив на их коленях белоснежные льняные салфетки, Клайв взмахом руки подозвал официанта с картой вин и поспешил навстречу новым гостям.
Льюис рассмеялся, а Оливия вскипела от гнева.
— Что смешного? — резко спросила она. — Вы понимаете, что он о нас подумал?
— Клайв всегда думает самое худшее о посетителях своего ресторана. И, как правило, не ошибается.
— Но не в нашем случае, — огрызнулась Оливия. Льюис скомкал салфетку на коленях и бросил ее на стол.
— Конечно. Не в нашем случае, — равнодушным голосом согласился он.
Оливию не должно было задеть его равнодушное согласие, но почему-то задело. Может, в ней взыграла женская гордость: как легко Льюис отказался от того, что было между ними.
Их взгляды встретились, и Оливии захотелось оказаться далеко-далеко отсюда.
— Оливия…
У нее перехватило дыхание.
— Что?
— Ты можешь забыть его? Хоть на этот вечер? У Оливии широко распахнулись глаза. Бог мой! Льюис решил, что она думает о Николасе.
