Он поцеловал ее. Он целовал ее до тех пор, пока не почувствовал, что Оливия робко отвечает ему. Тогда Льюис подхватил ее на руки и понес в глубь темного дома. У Оливии не было сил протестовать. Ей казалось, что ее подхватил бурный поток, сопротивляться которому бессмысленно. Плыть против течения было бы бесполезно и опасно. Значит, она должна не сопротивляться и отдаться на волю течения. Должна…
— Ты ведь тоже этого хочешь, — не спрашивал, настаивал Льюис, перескакивая со своей бесценной ношей через две ступеньки. — Я знаю, что хочешь.
— Хочу, — услышала Оливия свой шепот в ночной тиши. —Очень…
Глава 9
Льюис локтем включил верхний свет. Оливия зажмурилась, а когда открыла глаза, в изумлении огляделась по сторонам.
Это была наверняка хозяйская спальня. Она была огромна.
Огромна, элегантна и очень женственна. Интерьер был выдержан в темно-розовых тонах с вкраплением голубого и кремового цвета. Крупные розы на ковре сочетались с мелкими розочками на обоях. Огромная кровать была застлана розовым покрывалом с оборками. У Оливии мелькнула неприятная мысль о том, что на этой кровати Льюис занимался любовью с Диной, но она не нашла в себе сил сказать хоть слово.
По выражению ее лица Льюис почувствовал ее состояние, потому что резко развернулся и выскочил из комнаты вместе со своей ношей. Он ногой открыл дверь другой комнаты, и они оказались в еще одной спальне, на этот раз выдержанной в зеленых и золотистых тонах. У Оливии мелькнула мысль, что здесь ей нравится намного больше, чем там, в приторно-розовой. Она всегда ненавидела розовый цвет.
Льюис бережно опустил ее на кровать и начал снова целовать, но на этот раз более нежно. Он потерся губами о ее губы, а затем обвел кончиком языка их контур. Оливии очень нравилось то, что он делает, нравился привкус вина и кофе на его языке.
— Какая ты сладкая, — пробормотал Льюис, затем оторвался от ее рта и с улыбкой посмотрел на нее сверху вниз.
Оливия открыла глаза. Льюис был чертовски хорош с этим выражением самоуверенности на лице! Он был мужчиной, а не мальчишкой. Мужчиной, который хорошо знает, что он делает в жизни и в постели.
— Ты хотя бы представляешь себе, как соблазнительна? — спросил он, проводя по ее невероятно чувствительным губам большим пальцем. Почувствовав, как Оливия содрогнулась от этой ласки, он удовлетворенно улыбнулся. — Конечно, не представляешь, продолжал Льюис мурлыкающим голосом, расстегивая пуговки ее жакета. — И мне это нравится. Все, что ты говоришь и делаешь, от этого становится еще более возбуждающим. Не смущайся… Ведь на Рождество я уже видел тебя настоящую, но тогда все закончилось так быстро…
Настоящую? Оливия никогда не думала, что та женщина, в которую, как ей казалось, она перевоплотилась на несколько часов, и была настоящая она. А вдруг Льюис прав? Сейчас она не пьяна, но чувствует себя как во хмелю. Она пьяна от желания, от его близости и не в силах дождаться, когда его обнаженное тело сольется с ней в любовном экстазе.
— Я знаю, что под этими строгими костюмами и блузками скрывается страстная обольстительница. Давай выпустим ее на свободу! — С этими словами Льюис снял с нее жакет и блузку и ошеломленно замер, глядя на отнюдь не скромный и не консервативный, а очень изящный и эротичный кремовый кружевной бюстгальтер, который не мог скрыть полные полукружия груди с напрягшимися сосками.
Оливия смутилась, а губы Льюиса растянулись в чувственной, греховной улыбке.
— Оливия, Оливия… Ну кто устоит перед таким соблазном? — протянул он и начал ласкать кончиком языка сосок прямо через кружево.
Оливия почувствовала, как участилось его дыхание и напряглись мышцы спины.
— Это невероятно! — жарко выдохнул он. Он положил обе ладони на ее груди и стал потирать соски прямо через ткань. От жгучего наслаждения Оливия застонала и выгнулась.
— Мне даже жалко снимать его, — прошептал Льюис, ловко расстегивая застежку. Вещица за вещицей он избавил ее от одежды, пока она не осталась посреди кровати обнаженная, часто дышащая от возбуждения.
— Я быстро, — пробормотал Льюис, нетерпеливо сдергивая с себя одежду. Но этих коротких мгновений Оливии хватило, чтобы увидеть, как совершенно его тело. Через секунду он подхватил ее на руки и куда-то понес.
— Вообще-то это должно было быть третьим пунктом, — произнес он, поставив Оливию на пол.
— Третьим пунктом? — недоуменно спросила она.
— Если я правильно помню, то первым должен был быть стол в моем офисе, затем оргия в моей лаборатории… — Руки Льюиса были повсюду — они успевали гладить ее груди, живот, спину, ягодицы.
Оливия смутилась, вспомнив ту чушь, которую несла на вечеринке, выдавая ее за свои эротические фантазии.
— Ты действительно мечтала проделать все это со мной? — хрипло спросил Льюис.
— Нет.., не тогда, — призналась Оливия.
— А когда?
— После… Ну, после того, — призналась она честно.
— Где сперва?
Разговор был ужасно неприличным, но таким возбуждающим.
— На столе, — выдохнула Оливия и покраснела.
— Не смущайся. — Льюис указательным пальцем приподнял ее лицо за подбородок. — Нет ничего стыдного в том, что ты думаешь о таких вещах или даже делаешь их. Особенно с человеком, который понимает тебя и заботится о тебе. Я действительно очень хорошо отношусь к тебе. Поверь, Оливия. Ты не должна чувствовать себя виноватой и жалеть о содеянном. Сейчас тобой движут не месть и не обида. Сейчас мы с тобой просто мужчина и женщина, которые желают друг друга, хотят заняться любовью, как это повелось со времен Адама и Евы. Это не стыдно и не грешно. Секс — это чудесный дар природы, им надо наслаждаться, а не стыдиться.
Льюис продолжал уговаривать ее, а сам тем временем включил душ и поставил ее под ласковые струи. Затем он присоединился к ней, и Оливия очутилась в волшебном мире эротических грез. Его намыленные руки скользили по ее телу, ласкали, исследовали, дразнили, сулили неземное блаженство.
Закрыв глаза и подставив лицо под теплые струи, Оливия полностью отдалась во власть его рук и губ. Она стояла спиной к Льюису, не видя, но чувствуя каждое его движение. Вот его губы пробежались по ее плечам и задержались на шее, а руки гладили и массировали ее предплечья. Оливия чувствовала, как к ее ягодицам прижимается его горячая, возбужденная плоть.
— Оливия, — услышала она у самого уха, — в прошлый раз ты сказала, что я могу не предохраняться. А как сейчас?
— Что? А, да… Все в порядке.
Ей не хотелось ни говорить, ни думать. Все, что ей было сейчас нужно, — поскорее ощутить его внутри себя.
Инстинктивно она раздвинула ноги, давая доступ его плоти. Льюис застонал, принимая приглашение, затем взял ее руки и положил их на кафельную стену, заставив слегка податься вперед и прогнуться. Теперь струи душа ласкали спину и ягодицы Оливии, и она как-то отстранение подумала, что даже в самых смелых своих фантазиях не представляла, что будет заниматься с Льюисом любовью. Под душем. В такой позе.
