Кернан снова припомнил игру в снежки, фигуру снеговика, разговор под ночным небом. Может, он хотел успокоить сестру? Или что-то почувствовал?
Душа словно смягчилась, оттаяла по сравнению с тем, что было несколько дней назад. Неужели почти забытое ощущение счастья связано с няней?
– Не морочь себе голову, – проворчал он вслух, пристраивая телефон рядом с кроватью и залезая под одеяло. – Жизнь быстро избавит от иллюзий.
Уже много месяцев, почти год, Кернан страдал мучительной бессонницей. Обычно он долго вертелся с боку на бок, прокручивая в голове страшные события. Однако этой ночью заснул в одно мгновение. Утром его разбудил звонок сестры. Когда он повесил трубку, никаких иллюзий у него уже не осталось.
Глава 10
Натянув повыше одеяло, Стейси лениво потянулась в мягкой постели и с удовольствием огляделась. В комнате, как и во всем доме, элегантная современность безупречно сочеталась со стариной. Вернувшись ночью в спальню, не зажигая света, чтобы не разбудить ребенка, Стейси порылась в своих вещах и достала купальник. Она захватила его, чтобы при случае поплавать в бассейне гостиницы в Уистлере. Ее охватило чувство вины при мысли, что в номере отеля она собиралась написать историю Макалистера. Понятно, что после его вечерней исповеди о статье не могло идти речи, ведь Кернан доверился ей. Стейси не знала большего греха, чем обмануть чье-то доверие. От этой мысли у нее даже мороз пробежал по коже – сколько было возможностей открыть правду и рассказать Макалистеру, что она вовсе не няня!
Поежившись, Стейси отложила в сторону простой черный купальник, предназначенный для плавания в публичном бассейне, а не для расслабления в горячем джакузи рядом с финансовым магнатом.
Она выглянула в окно на затянутое облаками небо. Кернан ошибся в прогнозе: снова повалил снег. Если она повременит с признанием, сможет утром поиграть с Максом во дворе. Возможно, уговорит Кернана присоединиться к ним на прогулке, которую вполне можно было назвать семейной.
Надев пижаму, столь же неподходящую для общения с финансовыми магнатами, как и купальник, Стейси уютно закуталась в одеяло. При мысли об еще одном дне в коттедже она испытывала приятное волнение.
Она хорошо спала и проснулась бодрой и отдохнувшей, хотя возбуждение не покидало ее. Стейси придвинулась к краю кровати и заглянула в манеж. Пусто! Ей и в голову не приходило, что Макс уже достаточно большой, чтобы перелезть через загородку и удрать. Будь она настоящей няней, подумала бы об этом?
Она вскочила.
– Макс!
Нет ответа. Ребенок не залез под кровать, его не было в ванной, он не прятался за занавесками. Дверь плотно закрыта, значит, он не мог выйти. Не теряя времени на то, чтобы накинуть приготовленный для гостей роскошный домашний халат, Стейси бросилась по коридору в гостиную.
– Макс! – Ей пришлось кричать, чтобы перекрыть доносившийся из гостиной громкий гул.
Стейси влетела в комнату и замерла. Макс сидел на расстеленном на полу одеяле, вокруг было рассыпано печенье. Его дядя в халате – копии того, что она видела в своей комнате – сидел на диване с пультом управления… Она наклонилась, увернувшись от радиоуправляемого игрушечного вертолета, который спикировал прямо на нее. Макс засмеялся и засунул в рот очередную печенюшку. Все напоминало мирную семейную сцену, если бы не мрачный вид хозяина дома.
Когда он посмотрел на нее, губы сжались в тонкую злую линию, а глаза наполнились… презрением?
Стейси взглянула на свою пижаму. Возможно, он привык к чему-то более сексуальному, чем мешковатая белая фланелевая рубашка с розовыми котятами на груди. У девушки мелькнула мысль нырнуть в свою комнату и переодеться, чтобы умилостивить его, стереть с лица выражение холодного осуждения. Хотя, если подумать, для недовольства должна быть более серьезная причина, чем ее пижама!
– Почему ты не позвал меня? – осторожно вступая в гостиную, спросила она громко, перекрывая жужжание летающей игрушки.
Что еще могло вызвать его недовольство? Может, Кернан рассердился, что она не услышала лепет проснувшегося ребенка? Зашел в комнату и увидел, что она сладко спит вместо того, чтобы заниматься Максом?
– Я должна была встать вместе с ним. – Уж она точно не дала бы ребенку на завтрак печенье.
Кернан помрачнел еще больше.
– Ведь это обязанности няни, правда? – холодно уточнил он.
Желудок Стейси сжался от нехорошего предчувствия.
– Вчера заработал телефон. Я оставил сестре очень короткое послание, чтобы она не волновалась. Сообщил, что мы с Максом в порядке. – Кернан выдержал паузу, смерил ее долгим жестким взглядом и закончил: – Кавалерия прибыла вовремя.
Стейси затаила дыхание. Кернан перевел глаза на игрушку, которая, сбившись с курса, кружила в опасной близости от драгоценной люстры, и увел вертолет в другую сторону под радостный вопль малыша.
– Я сказал, что няня с нами.
У Стейси возникло непреодолимое желание бежать от его взгляда, но вместо этого она опустилась рядом с ним на диван. Кернан вздрогнул и отодвинулся на самый край.
– Она не присылала няню. – Его голос дрожал от злости. – Хотела, чтобы мы с Максом побыли вдвоем. Думала… – Он осекся. – Да какая сейчас разница, что она думала.
– Надеялась, что это отвлечет тебя, – предположила Стейси.
Кернан приземлил вертолет на кофейный столик и, нажав кнопку на панели, заглушил мотор. Лопасти винта еще немного повращались с легким треском, потом все стихло. Макс недовольно запищал, но Кернан не обратил на это внимания.
Тишина нервировала больше, чем недавний шум.
– Речь сейчас не обо мне, – грозно заявил он. – Я говорю о тебе. Если моя сестра не присылала няню, твое появление здесь вызывает закономерные вопросы, не так ли?
Стейси испуганно кивнула.
– Если ты не няня, – медленно растягивая слова, проговорил он, – кто же ты, черт тебя возьми?
«Женщина, с которой ты играл в снежки и строил снеговика. Вот кто!» – хотела сказать Стейси, но не посмела.
– Я не говорила, что я няня.
– Но твое поведение это подразумевало.
– Не отрицаю, – обреченно признала она.
– Ты втерлась в доверие, пользуясь тем, что люди в отчаянном положении не задают много вопросов.
– Мне действительно хотелось тебе помочь.
Он насмешливо фыркнул.
– Прости меня, – взмолилась Стейси.
– Знаешь, тебя могут арестовать.
Стейси откинула голову на спинку дивана и закрыла глаза, сражаясь с подступающими слезами.
– Все-таки моя удача – это что-то. Я могла бы совершить столько захватывающих преступлений, а меня арестуют за то, что выдала себя за няню. – Она очень старалась отнестись к происходящему с юмором, но выходило совсем не смешно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
