— Спасибо, — сказала Фейс снисходительным тоном, — я, конечно, обдумаю твое предложение. — Подумаю и о другом, решила она, о том, как перебраться из номера этого противного насмешника в какое-то другое место. Пусть даже в клоповник Стефенсона. Только подальше от Арни и собственного искушения…
В гостинице навстречу им выбежала миссис Мелисент.
— У меня новость, — сообщила она. — Один из моих постояльцев отказался от номера. Теперь я могу предоставить вам комнату, миссис Броуди.
— Благодарю тебя, Господи, и за малые дары, — вырвалось у Арни.
Повернув голову, он загадочно посмотрел на упрямо сжатые губы Фейс и неожиданно просиял, не обычной улыбкой кривоватой и насмешливой, а открытой, обаятельной. От этой улыбки у Фейс все сжалось внутри, а ноги стали ватными. И внезапно она почувствовала не облегчение, а панический страх. Нет, надо отсюда бежать! Как можно быстрее и дальше, если она не хочет, чтобы человек, некогда бывший ее защитником, стал смертельно опасным.
6
Скромная спальня Фейс была очень похожа на ту, что она делила с Арни, разве что на сей раз миссис Мелисент привнесла в комнату немного тепла, поставив на окно вазу с пасхальными лилиями. Несмотря на это, Фейс ощущала холод. Распаковав сумки и повесив одежду, она повалилась на кровать, а через минуту вскочила, начав нервно расхаживать по комнате.
Налетев на угол комода, она остановилась, ощупав себя. Все тело казалось необычайно легким и как будто ей не принадлежало. Господи, что же с ней происходит? Она всегда знала, что Арни обладает способностью влиять на нее. Но чувство, оглушившее ее там, в вестибюле, и заставлявшее налетать на мебель, было совершенно новым физическим ощущением.
В прошлом бывало всякое: она то любила Арни, то недолюбливала, а случались и периоды настороженного отношения — и ничего больше. Как же получилось, что спустя столько времени она вдруг стала страдать от нежданно-негаданно свалившегося недуга — вожделения?!
Фейс снова упала на кровать и закрыла глаза.
— Не будь дурой, Фейс Хайленд! — сказала она вслух.
Интересно, производила ли она впечатление глупой девчонки? Ведь Арни не скрывал, что неравнодушен к ее прелестям. Но исходившие от него легкие, дразнящие флюиды предназначались всего лишь хорошенькой, легкомысленной девице Фейс.
А ей этого недостаточно — никогда не будет достаточно! После сокрушительного фиаско в браке она, если и решится завести второго мужчину в своей жизни, так уж навсегда. Арни же на эту роль никак не годился.
Фейс давно пришла к такому выводу, и ничто, казалось, не может поколебать ее…
— Добрый вечер, Фейс. Ведь это вы, не так ли? — Найджел Пост, мэр Сноувилла, доброжелательно улыбался, стоя на пороге своего внушительного белого дома.
— Фейс! Милая, как я рада тебя видеть! — с восторгом приветствовала ее тучная миссис Пост. Слишком восторженно, подумала гостья. Хозяйка наверняка предпочла бы видеть на ее месте Одри.
Ну что ж, она ничем не напоминала Леди-В-Красном, была всего лишь Фейс Хайленд — в простом облегающем черном платье. И она выдержит этот вечер, будет играть роль достойной, сдержанной, элегантной спутницы Арни. Может быть, потом, в будущем, он вспомнит этот вечер и признает, что она его не подвела.
Ведь других таких вечеров не будет.
Фейс с интересом слушала рассказы мэра о будущем городка, а Арни восхищался коллекцией фарфоровых куколок, принадлежавшей хозяйке дома. Обед подали в обшитом панелями зале, обставленном старинной мебелью красного дерева.
Все шло хорошо, но, когда подали десерт, случился конфуз. Арни решил вдруг переменить позу, и как раз в тот момент, когда молоденькая официантка, специально нанятая на этот вечер, подавала Фейс торт с голубикой. На свою порцию Фейс не смотрела, глаза ее так и прилипли к лицу спутника. Она только успела подумать, как великолепно тот смотрится в отглаженном дорогом костюме, и тут обнаружила, что торта на ее тарелке уже нет. А липкое шоколадное пятно расползалось по бледно-зеленой полотняной скатерти.
— О, простите! — ахнула Фейс, пытаясь собрать ягоды на тарелку. — Понять не могу, как это случилось…
— Все еще играешь за столом, а, детка? — прошептал Арни. — Никак не повзрослеешь?
Замечание предназначалось только для ее ушей, но Фейс почувствовала, что выходит из себя. А может, он и рассчитывает, что она сорвется, устроит сцену? Не дождется! И на губах ее появилась ангельская улыбка.
Дождавшись, когда Арни возьмет вилку и поднесет ко рту кусочек торта, она скинула черную туфельку, вытянула ногу и, коснувшись большим пальцем щиколотки своего мучителя, стала поглаживать ее. Некоторое время он словно не замечал этого заигрывания, а потом расхохотался.
— Смешинка в рот попала, — отшутился он перед хозяином дома.
Когда пришла пора уходить, Фейс, сохраняя на лице вежливую улыбку, поблагодарила мэра и его супругу за приятный вечер.
— Ах ты… жаба! — захлебываясь, выпалила она в лицо Арни, едва они оказались в салоне «линкольна».
— Не обзывай меня. — Арни завел мотор.
— Почему бы и нет? Ты не имел права выставлять меня дурой перед хозяевами!
— Я этого не делал — ты сама попала впросак.
— Из-за торта? Неужели ты никогда ничего не ронял и не проливал? — с обидой спросила она.
— Ронял, но никогда не глазел на кого-то, забыв обо всем на свете.
Фейс дернулась — значит, он заметил.
— Я не…
— Да-да. Мне это очень льстит. Я получил удовольствие. И вообще, не будь я слишком стар для игры ножками под столом, может, получил бы наслаждение и от этого.
Она взглянула на Арни. Ей это только кажется или его губы действительно слегка подрагивают?
— Ты что, смеешься надо мной?
— Изо всех сил пытаюсь не смеяться, — признался он. — Однажды я испытал на собственной шкуре, до чего ты мстительна, и, пожалуй, не стану рисковать за рулем.
— Жаба, — повторила Фейс. Но на сей раз беззлобно — кажется, Арни не сердится. Значит, она его не подвела…
У двери своего номера она из вежливости спросила, не хочет ли он зайти.
— Как мило, — ответил он тоном, от которого у нее мурашки по спине побежали. — Спасибо. Если дашь мне минутку…
Фейс почувствовала комок в горле.
— Я вовсе не имела в виду…
— Да и я ничего не имел, — усмехнулся он.
— Просто подумала — посидим, поговорим, — пояснила она, открывая дверь. — Как раньше. Когда я была маленькой.
— Но сейчас ты уже не ребенок. — Он легко коснулся пальцами ее талии. — Ты потому и надела такое обтягивающее платье, чтобы доказать мне это?
