— Отличная идея, Клайд, — бросил Арни и повел Фейс к выходу.
Оглянувшись, она увидела, как Одри пытается благосклонно улыбнуться, а Клайд лебезит перед ней.
— Ты думаешь, у него есть шансы? — спросила Фейс, когда они уселись в машину. — Не пойму, зачем она ему.
— Спрячь коготки. Одри по-своему очень мила. Да и умна. К тому же отлично готовит.
— Поразительно, что ты проходишь мимо такого воплощения всех добродетелей, — ядовито заметила Фейс.
Арни кинул на нее сардонический взгляд.
— А в этом что-то есть. Может, мне и вправду не стоит упускать такое чудо? А может, ты завидуешь ей?
Фейс фыркнула, не утруждая себя ответом. Но когда он засмеялся и снисходительно похлопал завистницу по щеке, ей показалось, что она никогда не разлучалась с Арни. И что все ее сегодняшние мысли угадать было так же легко, как и в детстве.
Она не помянет больше Одри ни единым словом. Арни прав. Соперница привлекательна и умна, и у него имелись все основания восхищаться ею. И никаких оснований уважать девушку, покинувшую его у самого алтаря.
В здании мэрии все выглядело торжественно, негромко игравший оркестр усиливал праздничное настроение.
Фейс и Арни приехали вскоре после девяти, наскоро перекусив у Клайда, им пришлось спешить, так как хозяин закрывал свое заведение пораньше, чтобы отправиться на бал.
Одри была членом комиссии по организации вечера и стояла у дверей, приветствуя гостей.
— О! — воскликнула она, разглядывая надетое на Фейс закрытое голубое шелковое платье с длинными рукавами. — Какой милый наряд, дорогая, тебе идет.
— Спасибо, — ответила гостья, отлично понимая: своим платьем из красной парчи и с вызывающим вырезом на груди организаторша дала понять, что Фейс в скромном наряде похожа на школьницу. Наблюдая за тем, как Арни улыбается в ответ на сияющую улыбку поклонницы, Фейс подумала, что тот мог бы и отделаться от нежеланного внимания. Хотя, кто его знает, — такое ли оно нежеланное. Как бы там ни было, в этот момент гостья испытывала неодолимое желание исчезнуть — куда-нибудь подальше от красной парчи. — Извините, — тихо сказала она и быстро удалилась в дамскую комнату.
Когда она вернулась, оркестр выводил томную мелодию, а Арни медленно плыл по залу с прилипшей к нему Одри.
Теребя золотую брошь на груди, Фейс старалась убедить себя, что ей все равно, с кем Арни танцует. Может, он притащил ее сюда только потому, что хотел показать, кто для него важнее. А что до Клайда…
Ее мысли кто-то прервал, робко тронув за плечо. Обернувшись, она увидела Клайда, умоляюще смотревшего на нее.
— Потанцуешь со мной, Фейс? Я знаю, ты ждешь Арни, но…
— Вовсе нет, — сказала она решительно. — С удовольствием принимаю приглашение.
И тут же Клайд, по-медвежьи обхватив ее, увлек Фейс за собой, неловко перебирая ногами.
— Извини, — пробормотал он. — Я не большой мастак в танцах.
Фейс как раз собиралась ответить, что в таком случае она с радостью просто посидит рядом с ним, и вдруг взгляд ее уперся в Арни и его партнершу.
Роскошное тело Одри соблазняюще прижалось к мужчине, а тот смотрел поверх ее плеча с едва заметной застывшей улыбкой на губах. И все же рука его уверенно обнимала поклонницу за талию, он покачивал бедрами в такт музыке с такой грацией, что Фейс почувствовала комок в горле. Она отчетливо представила, что в этот момент чувствовала Одри.
Но когда она уже собиралась отвести взгляд, Арни выдернул левую руку из цепких когтей партнерши и коснулся плеча Клайда.
— Мой черед, — сказал он, подталкивая извивающееся тело Одри в протянутые навстречу руки Клайда, и решительно охватывая Фейс.
Не теряя времени, Клайд увлек пораженную Одри в другой конец зала. А Фейс, раскрыв рот, не отрывала взгляда от сияющих глаз Арни.
Она ощутила, как уверенно его рука коснулась ее спины, почувствовала теплое дыхание у себя на волосах и легкий, притягательный мужской аромат. Арни прижимал ее к себе, двигаясь так, будто они составляли одно целое, и его сильные, налитые сталью бедра посылали восхитительные пульсирующие сигналы, наполняя все существо Фейс нестерпимым желанием близости.
И это был Арни! Ее Арни — человек, которого она всегда побаивалась, но который никогда еще не волновал ее так сильно. Тот, кто временами угрожал, даже собирался отлупить ее, но кого она никогда по-настоящему не боялась. Даже когда стояла с ним у алтаря и думала о предстоящей ночи.
А сейчас… Сейчас она его боялась. Не физически, нет! Боялась мужчины, который мог перевернуть всю ее жизнь.
Нет уж! Она не позволит ему вторгаться в свой мир, поучать, насмехаться, командовать. Этот человек уже сто раз доказал, что она для него — непутевый подросток, хотя милый и забавный. Ей этого недостаточно.
— Ты хотела убежать от меня? — заставил ее вздрогнуть неожиданно прозвучавший голос.
— Я пошла припудрить нос. Кроме того, ты и без меня отлично справлялся. — Она уставилась на ярко-алый галстук Арни.
— Да, — сухо согласился он. — Но теперь я ожидаю самого главного от этого вечера.
— Главного?
— Ну да. Я станцевал обязательный танец. Теперь ты должна меня монополизировать.
— А мне не показалось, что ты выполнял некий неприятный ритуал. Вы с Одри смотрелись так мило — как слоеная булочка с джемом.
— Я так танцую. Хочешь попробовать? — И он прижал ее к себе.
Фейс постаралась не охнуть. Переведя дыхание, она спросила:
— Если тебе так уж не терпится проложить дорогу Клайду, почему бы просто не сказать Одри, что ты не свободен?
— Это надо не говорить, а показывать. Вот мы с тобой этим и заняты. Если у Клайда есть хоть капля здравого смысла, он должен не вздыхать, а действовать. Ей он, кстати, всегда нравился.
— Почему же она гоняется за тобой?
— Будь я проклят, если знаю, — засмеялся Арни.
— Приятно, должно быть, — с ехидцей пробурчала Фейс.
— Что?
— Когда женщины снопами падают у твоих ног. Неудивительно, что у тебя такое раздутое самомнение.
— Спасибо. Но с тобой не поможет и оно.
Видно, слова ее забавляли Арни, он ничуть не обижался. Фейс знала, что надо остановиться, но не смогла противостоять искушению продвинуться еще на шаг.
— Значит, я ничем не смогу поколебать тебя, даже если попытаюсь, так? — спросила она. — Ты, должно быть, сделан из стали?
— Именно. Да и ты не падаешь снопом к ногам. — Закрутив партнершу в бешеном ритме, он откинул ее себе на руку, опустив в наклоне чуть не до пола.
Приняв прежнее положение, Фейс выпалила:
— Вот видишь, не падаю. Но ты ведь и не считаешь меня женщиной, верно?
