Он бы не поставил на кон свою жизнь и жизнь товарищей, доверив их тому, кто не справится.
Даже Бастиан нарушил свое молчание. Его голос, глухой и ровный, прозвучал как приговор.
— Решение Капитана Макса было стратегически обоснованным. Он выбрал лидера для этой группы, исходя из ее уникальных качеств. Моя задача — следовать приказам лидера этой группы, пока это не угрожает безопасности госпожи Канаты.
Их слова, их неожиданная поддержка, были как глоток живой воды. Страх и неуверенность отступили, и на их место пришло ясное, кристальное понимание. Кажется, она нашла его — тот самый компромисс.
— Хорошо, — ее голос снова обрел стальную твердость, но теперь в нем звучали нотки азарта. — Тогда вот наш договор. Отныне мы не просто команда, а вторая рейдовая группа Макса. Его элитный отряд быстрого реагирования. И наша цель — не просто пройти этот данж, а сделать это быстрее и с большим количеством очков, чем они. Мы их обгоним. Мы докажем, что его вера в нас была не напрасной. Мы устроим ему сюрприз на финише. Что думаете?
Эффект был подобен взрыву.
Глаза Митяя загорелись дьявольским азартом.
— ОПЕРЕДИТЬ МАКСА⁈ — взревел он. — Это… вот это я понимаю! Я в деле! Я выжму из этого данжа все соки! Мы придем на финиш, обвешанные эпиками, а они будут ковыряться в нубском шмотье!'.
Каната решительно сжала посох, ее губы изогнулись в хищной улыбке.
— Показать ему, что его «младшая сестренка» и ее команда чего-то стоят? Хех, почему бы и нет?'.
Бастиан сделал шаг вперед и с глухим стуком ударил кулаком по своему нагруднику.
— Задача поставлена. И она будет выполнена во имя госпожи.
Даже Лилит, до этого скучавшая рядом с Митяем, облизнулась.
— Больше добычи для хозяина… Мне нравится.
Лера обвела их взглядом. Этот безумный, невозможный, разношерстный отряд. Кажется, они нашли свою цель. И эта цель была простой, понятной и невероятно мотивирующей. Теперь они были соперниками лучшей команды, которую они знали. И это меняло все!
Глава 8
Новый, азартный пакт, скрепленный общим желанием утереть нос команде Макса, подействовал лучше любого эликсира бодрости. Усталость как рукой сняло. Команда, а точнее уже единый, нацеленный на результат механизм, двинулась вперед. Они прошли через пролом, оставленный поверженным Исполином, и оказались перед новыми, массивными вратами из почерневшей от времени бронзы. Те с тяжелым скрежетом отворились, пропуская их в следующий сектор подземелья.
Их шаги, до этого гулко отдававшиеся от стен узкого туннеля, утонули в новом, необъятном пространстве. Шумный, хаотичный азарт мгновенно улетучился, сменившись благоговейной тишиной.
Они стояли в нефе гигантского, разрушенного собора.
Высокие, уходящие во мрак своды терялись где-то в недосягаемой высоте, поддерживаемые рядами потрескавшихся колонн, увитых окаменевшими, мертвыми лианами. Пол представлял собой сложнейшую мозаику из тусклого, разноцветного камня, изображавшую сцены из жизни какого-то древнего, забытого героя: вот он исцеляет раненого, вот в одиночку сдерживает натиск крылатых демонов, вот приносит себя в жертву на сияющем алтаре. Атмосфера здесь давила. Она была пропитана вековой скорбью и чувством долга, застывшего во времени.
А в дальнем конце зала, прямо перед следующими, еще более массивными и наглухо запечатанными вратами, стоял ОН.
«Окаменевший Серафим-Страж 19 ур. (Е+)»
Гигантская, метров семь в высоту, статуя ангела-воителя. Его тело было высечено из серого, похожего на гранит, камня, испещренного сетью тонких, как вены, трещин. Огромные, могучие крылья за спиной были сделаны из черного, как сама пустота, обсидиана, который, казалось, поглощал свет. В одной руке он держал массивный каменный меч, опущенный острием в пол. Лицо его, закрытое массивным каменным шлемом, источало несокрушимую решимость.
— О-хо-хо! — нарушил благоговейную тишину восхищенный шепот Митяя. Его голос, обычно полный наглой бравады, сейчас звенел от чистого геймерского восторга. — А вот и босс-файт подъехал! Найс! Этот парень выглядит посолиднее прошлого колючего мешка!
— Какая мощь… — отозвалась Каната, зябко поежившись. На нее, как мага, буквально физически давила тяжелая, плотная аура этого места. — От него исходит ощущение абсолютной… как это лучше сказать… статики? Он словно… вне времени.
Бастиан молча сделал полшага вперед, его бронированные сапоги с глухим стуком встали на древнюю мозаику. Его действия были красноречивее любых слов. Щит был поднят ровно на тот угол, чтобы отразить любую внезапную атаку, а его взгляд профессионально сканировал окружение, оценивая дистанцию, возможные укрытия и пути отхода.
Но взгляд Леры скользил мимо стража, впитывая картину целиком. Она видела больше. Она видела некую систему. Мозаика на полу была словно повествование. Тусклые, едва заметные руны, высеченные на стенах через равные промежутки, были словно, некими кнопками, а запечатанные врата были наградой.
— Похоже, жто не просто страж, — сказала она, и от этой догадки по спине пробежал холодок азарта. — Возможно это ключ и ззамок одновременно.
Митяй, опьяненный их недавним успехом и новым соревновательным духом, уже решил, что лучшая тактика — это лобовая атака.
— Ща мы его пощекочем!
Не дожидаясь команды, он активировал «Доспех Духа». Его тело окутало полупрозрачное энергетическое марево, искажающее воздух вокруг, а копье в руках затрещало, словно в него ударила молния. С боевым кличем, который вырывался у из горла, он сорвался с места.
Его удар был подобен падению метеорита. Наконечник копья, превратившийся в сияющий, вращающийся бур чистой энергии, с размаху врезался в каменную голень серафима.
ДЗЫ-Ы-Ы-Н-Н-Н-Н!
Раздался оглушительный, глубокий, вибрирующий звон, словно кто-то ударил в гигантский церковный колокол. Звуковая волна была настолько мощной, что заставила пыль веков, лежавшую на колоннах, осыпаться дождем. Этот звук срезонировал в костях, даже отдался в зубах, заставляя внутренности сжаться в тугой узел. Но…
…на ноге стража не осталось ни единой царапины.
Копье Митяя отскочило с такой чудовищной силой, что едва не вылетело у него из рук. Его отбросило назад, заставив проехать на пятках несколько метров и с трудом удержать равновесие.
— Дилетант! — фыркнула Каната, ее голос был полон превосходства. — Таких пробивают магией!
Она сосредоточилась, и воздух вокруг нее мгновенно похолодел. На каменном полу у ее ног расцвели причудливые узоры инея. В ее посохе, потрескивая и переливаясь всеми цветами радуги в свете центрального кристалла, сформировалось сверкающее ледяное копье. Оно было гораздо плотнее и мощнее тех, что она использовала ранее, — настоящий осколок замерзшей звезды, ее самый сильный точечный удар.
Копье сорвалось с места, оставляя за собой морозный, мерцающий шлейф, но, не долетев до стража и пяти метров, врезалось в невидимый барьер.
Произошло нечто странное, не было ни взрыва, ни звука. Пространство перед статуей пошло рябью, как поверхность воды, в которую бросили камень. Ледяное
