чей золотой гребень был подарен Матильде Кшесинской. Беломорский архипелаг действительно будоражит воображение и рождает фантазии. И, глядя на гигантский сейд в виде трона или стула на острове Русский Кузов, совсем не сложно представить, что когда-то на нем сидел сам бог Один и вглядывался в морскую даль.
Карельские калитки
Калитки – открытые пирожки из ржаного пресного теста, которые умеет готовить каждая карельская хозяйка и пробует каждый приезжающий сюда турист. Пекут калитки не только в Карелии, но и в соседней Финляндии, и на Русском Севере. Эта простая крестьянская выпечка идеальна для холодных северных зим – сытно и сразу много.
Калитки – любимые пирожки карелов
Теперь уже трудно сказать, кто первым – вепсы, карелы или финны – придумал рецепт калиток. Есть предположение, что карельское «калитоа» (kalittoa) произошло от забытого русского слова «калита», означающего мешок, денежную сумку, кошель.
По форме калитка действительно напоминает открытый кошелек. Финны называют эту выпечку карельскими пирожками – karjalan piirakka, а сами карелы иногда – «рюпиттегю» («в складочку»), имея в виду, что защипы на калитке имеют вид складочек.
Карелы пекут свои пресные пирожки без малого тысячу лет. И даже когда новгородцы в XII веке научили их печь пышные дрожжевые пироги, они сохранили верность своим калиткам. Рецепт калиток чрезвычайно прост. В Карелии говорят «kalittoa – kyzyy kaheksoa» («калитки требуют восьмерки»). Другими словами, для их приготовления нужно 8 ингредиентов: ржаная мука, простокваша, вода, соль, молоко, масло, сметана и начинка. Тесто замешивают, делают из него колбаску и режут ее на небольшие кусочки – сканцы. Затем сканцы раскатывают, кладут на них готовую начинку, защипывают по краям и ставят в печь или духовку. Через 10–15 минут калитки готовы, их смазывают сливочным маслом и накрывают полотенцем.
Издавна традиционно начинку для калиток делали из перловой или ячневой крупы, а теперь выпекают с картофелем, грибами, рисом, морковью, творогом, копченой форелью и даже с икрой. Популярен и сладкий вариант калиток с малиной, морошкой, брусникой, черникой.
Но калитки мало правильно приготовить. Их еще надо правильно съесть. Карелы едят их руками, горячими, вымачивая в горячем молоке с маслом. Финны тоже вымачивают в молоке и едят с ножом и ложкой. Ну а туристы, как правило, холодными, на ходу, без молока и прочих излишеств.
В 2003 году традиционный северный пирожок отворил себе калитку в Список традиционных продуктов питания Европейского союза, защищенных по наименованию места происхождения (TSG).
Олония – гусиная столица
Олонец – гусиная столица Карелии. Так, по крайней мере, решили сами его жители. В конце апреля на полях в окрестностях Олонца останавливаются на отдых тысячи и тысячи гусей, летящих из Западной Европы в арктическую тундру к местам гнездования. Летят они огромными стаями, клином и даже шеренгами, поднимаясь иногда на высоту до семи тысяч метров. Во время миграции гуси делают короткие остановки в местах, где есть достаточно пищи и воды, и обширные олонецкие поля и Ладога прекрасно подходят для их отдыха и кормежки.
Чтобы чувствовать себя в безопасности, на остановках гуси сбиваются в большие шумные стаи. Чем больше стая, тем охотнее и увереннее к ней подсаживаются другие птицы. Гуси очень умны и осторожны, и пока вся большая стая отдыхает и кормится на полях, некоторые ее члены постоянно начеку. Это охранники – самые сильные и опытные птицы. В случае опасности они подают сигнал, и вся стая с гоготом поднимается на крыло. Живущие в окрестных лесах волки, лисы и енотовидные собаки бывают не прочь поохотиться на пернатых гостей, и с наступлением темноты гуси улетают на Ладогу, чтобы утром снова вернуться на поля.
Олонецкая гусиная стоянка, крупнейшая в Северной Европе, популярна у орнитологов и любителей фотоохоты. Всего в окрестностях Олонца во время миграции останавливаются до полутора миллионов пернатых – серый гусь, белолобый гусь, гусь-пискулька, краснозобая казарка, белощекая казарка, гусь-гуменник, редкий индийский гусь. А вместе с ними утки, кулики, серые журавли.
Прилет гусей в Олонце ежегодно отмечают фестивалем «Олония – гусиная столица». Гвоздь программы – бега домашних гусей. Заставить бежать гусей не так уж и просто. Некоторые норовят удрать с гоночной трассы или вообще отдохнуть прямо на беговой дорожке. Подгонять участников забега можно только криками и хлопаньем в ладоши. Поэтому мероприятие это шумное и в высшей степени азартное.
Водная часть праздника «Гонки на Олонке» проводится на местной речке Олонке. Пятикилометровую дистанцию от городского стадиона участники гонки преодолевают на байдарках, каноэ, надувных лодках и на совсем уж экзотических плавсредствах вроде связанных между собой «ватрушек», водных велосипедов, надувных матрасов и стальных бочек.
«Калевала» – великая поэма Севера
Карелия – земля «Калевалы», карело-финского поэтического эпоса, откуда из пантеона северных легенд в наш мир пришли герои и великаны.
В основу «Калевалы» легли руны – эпические песни родственных друг другу народов финнов и карелов. Их тексты никогда не записывались. Руны передавались из уст в уста, из поколения в поколение на протяжении сотен лет. Часто их пели в сопровождении кантале – старинного щипкового инструмента. По древнему обычаю сказители садились друг напротив друга, брались за руки и, покачиваясь в такт, начинали повествование:
Подадим друг другу руки,
Крепко сцепим наши пальцы,
Песни лучшие исполним,
Знаменитые сказанья.
Некоторые певцы рун, обычные финские и карельские крестьяне, знали до нескольких тысяч стихов. В Карелии существовали целые рунопевческие деревни, известные своими сказителями. Были руны обрядовые, магические руны, руны-заговоры. Эпические руны исполняли певцы-мужчины. Лирические, как правило, женщины. Дети перенимали песенные руны у родителей, и традиция продолжалась. «Мать меня им научила, за своей прялкой сидя», – пелось в одной из рун.
Но, возможно, со временем многие руны забылись бы, и мы никогда не узнали бы о «Калевале», если бы не замечательный финский врач по образованию и ученый-лингвист по призванию Элиас Лённрот. Элиас родился в 1802 году в Южной Финляндии в семье деревенского портного. Родители жили в крайней нужде, и мальчику пришлось рано начать работать. Но деревенским портным, как отец, Элиас не стал. Обладая феноменальной памятью, трудолюбием и упорством, он смог после окончания школы самостоятельно подготовиться к экзаменам и поступить на медицинский факультет Гельсингфорского университета, который окончил со степенью доктора медицины.
После окончания учебы Элиас Лённрот 20 лет проработал врачом в маленьком городке Каяани, настоящем медвежьем углу Восточной Финляндии. Будучи единственным доктором на всю большую округу, он лечил, боролся с эпидемией холеры, сам ею переболел и занимался большой просветительской работой среди местного населения.
В Финляндии, как и во всей Европе, XIX век был эпохой романтизма и поиска новых идей в вековой народной мудрости и фольклоре. И Элиас Лённрот не был исключением. Страстно увлеченный народными сказаниями, он, собирая фольклорный материал, совершил 11 путешествий по Финляндии, Карелии и Ингерманландии, где познакомился с десятками рунопевцев. Через глухие леса и болота Лённрот пешком доходил до Северного Ледовитого океана, ночевал в крестьянских домах, случалось, голодал. Карелия оказалась особенно богатой на древние сказания. Лённрот посетил карельские рунопевческие деревни Ругозеро, Бабью Губу, Войницу, Вокнаволок, Судноозеро, Ювалакшу. Трижды, в 1834, 1835 и 1836 годах, побывал в Ухте (теперь поселок Калевала), где по-прежнему стоит сосна, правда, уже засохшая, в тени
