В 1571 году Соловки впервые увидели у своих берегов шведские корабли. Нападать на беззащитную обитель они не собирались, это была разведка будущего театра военных действий. Царю и монахам пришлось задуматься об обороне.
Иван Грозный направил на остров отряд из 10 стрелков и 8 пушкарей с партией ружей. Большего царь позволить в то время не мог – шла неудачная для России Ливонская война.
Главная опасность Соловецким островам всегда исходила от шведов. В 1579 году они разорили Кемскую волость, к которой был приписан монастырь, вторглись в пограничную Риноозерскую волость, не раз нападали на пограничные волости Приморья, стремясь овладеть всем побережьем Белого моря. В Москве такая активность северных соседей вызывала тревогу. В 1584 году царь Федор Иванович издал указ о возведении вокруг Соловецкого монастыря каменных стен. Строили их 12 лет. В основание закладывали огромные валуны весом до шести тонн, швы между ними заливали известковым раствором с битым кирпичом. Стены в результате получились циклопические – высотой до 11 метров и толщиной у основания 5–7 метров с семью воротами, восемью башнями, протянувшиеся более чем на километр.
Еще до окончания возведения крепостных стен в Соловецкий монастырь были посланы воеводы князья Андрей и Григорий Волконские «со многой ратию» численностью около трех тысяч стрельцов. Стрелецкое войско всегда находилось на полном обеспечении Соловецкого монастыря. Из монастырской казны стрельцам выдавалось жалованье и приобреталось вооружение. Их количество в разное время было разным. В военный период оно доходило до 2,5–3 тысяч, в мирный составляло не более 130 человек. Помимо этого, в крепости всегда имелись запас воды и продовольствия на случай длительной осады, а все иноки проходили военное обучение и при внезапном нападении могли отстоять обитель своими силами.
Соловецкое сидение
Беда пришла откуда не ждали. Монастырская братия не приняла церковных реформ патриарха Никона. В Москву летели челобитные, доказывающие несостоятельность нововведений чересчур ретивого патриарха. Отчасти это было вызвано неприязнью соловецких монахов к самому Никону. В свое время Никон принял монашеский постриг в Анзерском скиту Соловецкого монастыря. Пробыв там три года, он обвинил монахов в сребролюбии и тайно на утлой лодчонке бежал с Соловков. Еще больше против патриарха братию настроил перенос в Москву мощей митрополита Филиппа.
Монахи упрямились, отказывались проводить богослужения по новым присланным из Москвы книгам, продолжая жить по-старому. Когда же на Соловки был направлен новый настоятель, отец Иосиф, монахи выгнали его из монастыря. В ответ все противники церковной реформы были преданы анафеме, а еще через год царь применил свой главный аргумент – пушки.
22 июня 1668 года стрельцы под командованием Игнатия Волохова высадились на Соловках. Три года царские войска осаждали мятежный монастырь, на все лады проклиная его неприступные стены. Они выжгли окрестности, вырезали весь скот, спустили часть воды из Святого озера, в результате чего обмелели колодцы.
Из-за отсутствия свежих продуктов в крепости началась цинга. Но монахи не сдавались. Исход дела решило предательство. Монах-перебежчик Феоктист указал секретный ход, шедший от слегка заложенного кирпичом окна под сушильной палатой у Белой башни в хозяйственный южный дворик. Темной февральской ночью, за час до рассвета, когда в крепости проходила смена караула, стрельцы проникли в монастырь, добрались до ворот и открыли их.
Несколько сотен защитников обители погибли в короткой жаркой схватке, в живых осталось только 60. Половина из них впоследствии была казнена. Иноков топили в проруби, жгли огнем, подвешивали за ребра. Выброшенные на лед тела замученных весной унесло в Белое море. Когда после восьмилетнего «Соловецкого сидения» в монастырь прибыл новый игумен Макарий, в нем оставалось всего 14 монахов. Да и они впоследствии были разосланы по другим монастырям. Оправиться от потрясений Соловецкий монастырь смог только к началу XVIII века.
Со слов очевидцев осады, один из лидеров старообрядцев, князь Андрей Денисов, написал «Историю об отцах и страдальцах соловецких». Многие участники восстания были причислены Русской старообрядческой церковью к лику святых. Память о погибших соловецких сидельцах осталась и в народных песнях.
Да Господь Бог прогневался, государь-царь воспалился.
Выбрал-то наш государь-царь боярина большого…
Монастырь разорити, старую веру порубити,
Старые книги изодрати, в сине море потопити.
Монастырь принимает бой
Второй раз двухпудовые вражеские ядра полетели в монастырские стены во время Крымской войны на Соловках было объявлено военное положение из-за возможного нападения английского флота. В монастыре на тот момент насчитывалось всего 20 пушек времен Ивана Грозного и царя Петра. Причем только две из них были годны для обороны. 16 мая 1854 года на остров были доставлены еще 8 пушек с достаточным запасом ядер.
18 июля к Соловкам подошли два английских трехмачтовых фрегата «Бриск» и «Миранда». На одном из них были подняты сигнальные флаги. Монастырь молчал. Не получив ответа, англичане сделали три предупредительных выстрела. Монастырская батарея ответила встречным огнем. Началась артиллерийская перестрелка, в результате которой «Миранда» получила пробоину и отошла, после чего «Бриск» тоже прекратил обстрел.
На следующее утро от «Бриска» в сторону монастыря отчалила гребная лодка под белым флагом. Парламентер доставил монахам депешу с требованием сдачи всего гарнизона крепости со всеми пушками, оружием, флагами и военными припасами не позднее шести часов после получения депеши. Настоятель монастыря архимандрит Александр ответил, что гарнизона, флагов и военного снаряжения монастырь не имеет и сдавать ему нечего.
Около 8 утра началась бомбардировка монастыря, продолжавшаяся 9 часов. Против 120 артиллерийских стволов англичан было выставлено 10 монастырских пушек. Всего по Соловецкому монастырю было выпущено около 1800 ядер и бомб разного калибра. Вражеские снаряды отскакивали от монастырских стен, не причиняя им вреда. Однако был пробит купол Никольской церкви, повреждены стены Преображенского собора, сожжена деревянная гостиница для паломников за крепостными стенами. Но ни один из защитников не был даже ранен.
К вечеру обстрел прекратился, «Бриск» и «Миранда» ушли в море. Одно из последних ядер ударило поверх иконы «Знамение Пресвятой Богородицы» над западными воротами, известной со времен митрополита Филиппа. «Враг вынужден был удалиться от нас без исполнения своего намерения», – рапортовал игумен Александр военному губернатору.
Государева тюрьма
Еще с XVI века одной из обязанностей Соловецкого монастыря было содержание государственных преступников и узников «по делам веры». Соловков боялись больше, чем Сибири. Из Сибири иногда возвращались, Соловки почти всегда означали смертный приговор. Основными местами заключения служили казематы, устроенные внутри крепостных стен и башен. Самые маленькие из них были похожи на каменные мешки длиной 1,4 метра и шириной метр, с маленьким окошком для подачи еды.
Бегство из соловецкой тюрьмы было задачей почти невыполнимой. Но бывали исключения. Обвиненный в ереси игумен Троице-Сергиева монастыря Артемий сумел сбежать с Соловков и даже добраться до Литвы. За 300 с лишним лет через соловецкую тюрьму прошло немало известных людей – наставник Ивана Грозного протопоп Сильвестр, дипломат князь Василий Лукич Долгоруков, сподвижник Петра I граф Петр Андреевич Толстой вместе с сыном Иваном, попавшие в застенки стараниями князя Меншикова.
В 1776 году императрица Екатерина II отправила в соловецкую тюрьму последнего
