атамана Запорожской Сечи 85-летнего Петра Калнышевского. Его содержали в камере, устроенной в бойнице крепостной стены, разрешая покидать ее три раза в год на праздничные богослужения – в Пасху, Рождество и праздник Преображения. Александр I своим указом помиловал атамана с правом выбора места поселения. Но Калнышевский, которому на тот момент исполнилось 110 лет, пожелал остаться на Соловках, где прожил еще два с половиной года.
Соловецкая Голгофа
XX век вписал в историю Соловков самые мрачные страницы. При советской власти монастырь был упразднен, его хозяйство разрушено, церковная утварь разграблена, пожаром уничтожена ценнейшая библиотека. В 1923 году в разоренном монастыре был создан Соловецкий лагерь особого назначения, сокращенно СЛОН, и монастырские постройки, храмы, скиты, наспех сколоченные бараки стали заполняться заключенными. Первую партию арестантов – политических противников советской власти: эсеров, меньшевиков и анархистов – доставил на Соловки 6 июня пароход «Печора».
В разные годы лагерное население Соловков колебалось от 5 до 72 тысяч. За зиму несколько тысяч человек умирало, и с открытием навигации начинало приходить новое пополнение. Состав заключенных был чрезвычайно пестрым. Это были в основном классово чуждые элементы – бывшие дворяне, царские офицеры, студенты, профессура, донские казаки, священники. Примерно 20 процентов составляли уголовники, профессиональные нищие, беспризорники и преступники-малолетки. Периодически проводились расстрелы, чтобы держать в страхе «врагов народа» и освобождать место для новых партий заключенных.
Труд в лагере имел воспитательное значение. Рабочий день длился от 12 часов и более. Невыполнение норм подразумевало наказания, список которых был необычайно широк. Зимой, например, могли в одном нижнем белье запереть на всю ночь в деревянной голубятне, откуда утром забирали закоченевший труп. А летом «поставить на комарики» – оставить связанным без одежды в лесу, где за несколько дней северный гнус заедал человека до смерти.
Самым страшным местом был штрафной изолятор на Секирной горе, где проходили массовые расстрелы. Иногда патроны жалели, и тогда заключенного привязывали к бревну и сбрасывали с горы вниз по крутой лестнице. «Внизу уже был окровавленный труп, который узнать было трудно. Там же, под горой, сразу и закапывали в яму», – писал лагерный заключенный и будущий академик Дмитрий Лихачев.
В 1939 году Соловецкий лагерь по распоряжению нового главы НКВД Лаврентия Берии был расформирован. Узников этапировали в другие места заключения, и на архипелаге была организована база Северного флота.
Когда в конце 1960-х моряки ушли и Соловки снова открыли для всех, был создан Соловецкий Государственный музей-заповедник, главной достопримечательностью которого стал ансамбль Спасо-Преображенского монастыря. В 1990 году в монастыре возобновилась монашеская жизнь, а еще через два года его комплекс был внесен в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.
Храмы, скиты и пустыни
Все дороги на Большом Соловецком острове начинаются от пристани в бухте Благополучия, где швартуются пришедшие с материка суда. Можно долго восхищаться величием монастыря-крепости, бродить по его глухим закоулкам, трогать заросшие лишайником огромные валуны его приземистых башен, слушать тишину огромного Спасо-Преображенского собора, на белых стенах которого нет ни былой росписи, ни следов от нар, громоздившихся вверх на десять этажей.
Преображенский собор – центр всего архитектурного ансамбля монастыря. Его новый пятиярусный иконостас выполнен в 2002 году. Царские врата в нем – копия древних врат, вывезенных в 1930-е годы и хранящихся сегодня в музее-заповеднике «Коломенское».
С северной стороны к собору примыкает пятиглавая Никольская церковь, возведенная в 1590-м и перестроенная в 1884 году. А с восточной стороны – Троицкий Зосимо-Савватиевский собор, который отделен от крепостной монастырской стены узким проходом с перекинутыми через него опорными арками. Он был построен в 1860 году на средства императора Александра II на месте придела в честь преподобных Зосимы и Савватия. Сегодня в Троицком соборе, под одной обшей сенью, в трех одинаковых раках покоятся мощи основателей Соловецкого монастыря Германа, Зосимы и Савватия.
Галерея, сложенная из крупных валунов, объединяет Спасо-Преображенский собор с древней Успенской церковью и трапезной палатой, как и собор, построенными при святителе Филиппе. Площадь трапезной фантастична – 481,8 квадратного метра – всего на 13 метров меньше Грановитой палаты Московского Кремля. Ее своды поддерживает единственный расходящийся кверху опорный столб диаметром около четырех метров. Даже в постные дни обеденные столы в соловецкой трапезной были обильны. Тут подавали монастырскую уху, томленную в печи треску, соленую сельдь с луком, форель, рыбные пироги, щи, блины и знаменитые соловецкие рыжики. В пекарне под трапезной в трех огромных печах выпекали более трех тонн хлеба в день. Хлебная монастырская коврига весила 11 килограммов, и из каждой печи выходила сотня таких ковриг.
Большой Соловецкий остров, густо поросший лесом, нужно постигать не спеша, послушать шепот танцующих березок, по-северному невысоких, с приземистыми изогнутыми стволами, погулять по лесным тропинкам, посидеть на плоском Переговорном камне на скалистом берегу. 22 июня 1854 года архимандрит Александр вел в этом месте переговоры с офицером британской эскадры, несколько раз во время Крымской войны подходившей к Соловецким островам. Офицер требовал у архимандрита монастырских быков в качестве провианта. Настоятель утверждал, что в его хозяйстве только коровы, а молоко потребно самим монахам. После случившихся событий в монастырской каменоломной мастерской был изготовлен Переговорный камень с выгравированной на нем историей о соловецких быках, не доставшихся на обед англичанам.
От монастырских стен до Секирной горы – самой высокой точки архипелага – 12 километров довольно сносной гравийной дороги. Во времена Германа и Савватия летом под горой нередко жили рыбаки вместе с женами, пока однажды два ангела не высекли одну из жен розгами, предупредив, что место это принадлежит инокам. С тех пор гору в простонародье стали называть Секирной.
Спасо-Преображенский собор
Долгие годы на Секирке существовал наблюдательный пост, а в XIX веке был основан Свято-Вознесенский скит со своим строгим уставом. Летом в нем жили пять-шесть монахов, зимой оставались два-три. В каменной Вознесенской церкви скита на куполе под крестом был устроен маяк с высотой огня 98 метров, который и сегодня исправно указывает путь идущим к архипелагу кораблям.
Когда в лагерные годы на Секирке открыли штрафной изолятор, вокруг церкви поставили сторожевые вышки, а внутри устроили одну большую камеру для заключенных. Зимой церковь не отапливалась, и люди спали прямо на полу, укладываясь, чтобы не замерзнуть, штабелями друг на друга. Теперь под горой, где приводили в исполнение смертные приговоры, стоит Поклонный крест в память о безымянных жертвах Секирки.
Всего в монастыре около двух десятков скитов и пустыней, разбросанных по потаенным местам Большого Соловецкого острова и другим островам архипелага. Самый первый – Савватиевский – был основан преподобными Савватием и Германом еще в XV веке. До XVIII века там жили только отшельники, а в XIX веке здесь были построены братский корпус, церковь Смоленской Божией Матери и дом для паломников, и скит стал общежительским. В годы войны в нем располагалась знаменитая Школа юнг, курсантом которой был писатель Валентин Пикуль.
Основание Макариевской пустыни положил архимандрит Макарий. В 1822 году в красивом месте между двух озер он построил две кельи, одну для собственного уединения, другую для братии. Со временем рядом появилась деревянная часовня, а потом и большая двухэтажная дача архимандрита с мезонином. Поскольку летом температура здесь из-за особенностей рельефа на полтора-два градуса выше, чем в остальной части острова, в ее саду на укрепленном валунами склоне холма выращивали деревья и цветы, не свойственные
