чтобы в мягкое место не ухватилась какая-то тварь типа саламандры или скорпиона.
В экспедицию входило несколько человек из Европы, Америки и даже австралиец.
Он мысленно пробежался по всем участникам и причинам побудившим их отправиться в Эквадор.
Естественно его опорой и твердым тылом является жена Свен. Как не будет ей трудно, но он жене доверяет на все сто и, конечно, будет с ней во всем советоваться.
Дальше Вагни и Эйрик. Из Осло Хьяльти с женой вылетел вдвоем. В Амстердаме к ник присоединились двое молодых ребят, просто бредивших путешествиями. У них был неплохой задел — через Европу на велосипедах. И остались довольны. Теперь рвались в джунгли Aмазонки. Хьяльти долго с ними списывался, но решил включить в группу. Хотя они и астрономы, но мастера на все руки.
А вот по траппу поднимается Джеки по прозвищу Самурай.
— Привет Джеки.
— Привет, босс, знаете, а я рад, что у нас дополнительная экскурсия. Потому, что люди даже не представляют сколько сил потребует дорога через джунгли, поверьте мне, я там бывал и не раз. И в Африке, и в Камбодже здесь в той же Бразилии. Правда в тех края, куда направляемся, не бывал.
Прошло еще мгновенье и могучая спина Джеки закрыла на какой-то миг видимость. Хьяльти стало как-то спокойнее. В группе бывалый человек, все видел, никого не боится, подавит в зародыше малейшую панику. Джеки присоединился к ним в Лондоне.
А вот и поднимается с достоинством королевы, метиска, дочь индейца и итальянки Мелисса; хотя там кровей побольше, чем сообщила, гремучая смесь. И слегка оттопыренная пухлая губа и смоляной оттенок кожи говорили о сильном африканском заряде. Да и темперамент вспыльчивый. Она-то здесь своя, Бразильянка. Хотя живет в Аргентине. Но, несмотря на вид панночки, многое знает и умеет, да и языки индейские знает. И главное — пронзительный ум, и способность делать парадоксальные выводы.
И ещё белокурая радистка Линда. Женщина неспешно волокла за собой тележку с рацией. А за ней, задумавшись, шёл самый возрастной участник экспедиции. Его звали Ни-Зги, — таинственная личность, палеонтолог для отвода глаз. Но человек способный на аномальные действия, растворяться в пространстве, левитация (подъем в воздух), зажигать предметы взглядом. Так же он разбирается в тайнах древних записей, читает на санскрите, шумерском и других почти забытых древних языках.
А вот и Пуля, сорокалетний сын русских эмигрантов, потомственный военный, способный сходу поразить любую цель, видит, как кошка в темноте. Тоже нужный человек.
Хьяльти пытался узнать настоящее имя загадочного человека, но не удалось. По каким-то неясным причинам, Пуля предпочитал псевдоним. Нуда ладно, он нужный человек, и если предпочитает зваться Пулей, ничего страшного — это не самое главное.
Ни-Зги и Пуля по каким-то причинам предпочитают псевдонимы. Ну ладно, хотят клички, пусть будет так. Это не самое главное.
Оба в разные моменты жизни спасли Хьяльти жизнь и такое не забывается.
— Как настроение Пуля, — руководитель экспедиции обратился к замыкающему группу.
— Прекрасное, уже жду не дождусь, когда я угощу вас печенью свежеубитого тапира, объедение.
Не дождавшись ответа, Пуля взошел на лайнер. Хьяльти посмотрел в задумчивости, как убирают трапп и когда лязг и грохот успокоился пошел вслед всеми в холл корабля.
Корабль был небольшой для океанских маршрутов по сравнению с пятнадцати этажными гигантами Norvegian Cruise Line. Кроме их группы на трехъярусном корабле было еще несколько групп туристов, два ресторана, концертная площадка, бассейн и массажная комната.
За бортом опять раздался лязг, и на этот раз, это был шум поднимающегося якоря, который возмущался по поводу того, что прервали его сладкий сон на дне причала.
Уже по веревочной лестнице поднялся запоздавший пассажир. «Заснул», — как объяснил и чуть не опоздал на рейс.
Мы опять в хранилище Богов
Магичность камня была в том, что он вскоре потемнел и индеец физически оказался опять в пещере. Бразильянка же начисто забыла, что только что общалась с индейцем. Скользкая Тень с восхищением смотрел на волшебный треугольник. Он чувствовал себя почти Богом. Потом подумал, а сколько знаний хранят эти несметные сокровища и книги, на золотых страницах которых выгравированы непонятные знаки. А непонятные ли?
Вот с ним опять кто-то внутри тела заговорил:
— Хочешь научиться читать письмена?
— Да, — вырвалось у индейца!
— Хорошо, раз ты хранитель библиотеки, значит будешь получать уроки.
Возьми одну из таблиц и положи на колени.
Индеец тут же выполнил распоряжение.
Он приготовился слушать и погладил несколько раз первый иероглиф, выгравированный на поверхности книги знаний.
Но в ответ ему было молчание. «Неужели ты, о всемогущий Бог, передумал?»
Через некоторое время он услышал в себе голос:
— Я подумал, что тебе еще рано знать то, что так. Слишком велика ответственность. Я только хранитель знаний, как и ты хранитель входа. Не имею права без разрешения Богов, тебе давать информацию. Нужно выяснить — насколько могу посвящать тебя эти секретные знания. И теперь ты знаешь, что сюда направляется экспедиция, которая посягает на священные знания. Не может же хранитель предать дело всей своей жизни. Лучше тебе быть в неведении о том, что хранят письмена.
Внутренний голос замолчал. Видимо, он и не намеливался раскрывать тайну, это оказался очередной экзамен на прочность силы воли. Индеец почувствовал, что ему нужно немедленно покинуть тайное место.
Он проплыл под водой определенное расстояние, но сразу получил удар по голове и потерял сознание.
А ведь Скользкая Тень поторопился уходить из будущего, он таки мог изменить судьбу экспедиции.
Сейчас индеец медленно приходил в себя под неусыпным взором разведчиков племени малаката, которые давно за ним следили.
Они знали, что сумеют и камень заставить говорить. Но они не знали, что перед ними хитрый, изворотливый индеец и они не чета ему. А пока что он был, казалось, в безнадежном положении и за его жизнь нельзя было дать и гроша.
А главное — если бы знали, что всего в нескольких метрах от них пещера со священными письменами богов и их сокровища.
