чем-то заурядным для племён этого лесистого горного края, куда боялись ступить жители окрестных деревень. Даже дети, воспитанные в суровости и жестокости, спокойно говорили об этом. Однажды Сверкающему Лучу пришлось, стоя за большим деревом, услышать такой разговор между двумя девочками, одна из которых была его дочерью.
— Послушай Твина, — заискивающе произнесла Иу, дочь Сверкающего Луча, спроси свою маму или она разрешит тебе, если я попрошу, обменять тсандзу, которая висит у вас сбоку жилища, на несколько засушенных бабочек из моей коллекции? Она мне очень нравятся.
Грустная Твина оживилась.
— Ты прочитала мои мысли, я сама хотела предложить тебе такой обмен. — Но, извини, Иу, — ответила девочка, — той головы уже нет, ее украли. Но моя грусть была недолгой. Вчера ее место заняла голова вора.
— Получилось так здорово, удачная тсандза! — похлопала в ладоши Иу.
— Не перебивай, откуда у тебя эта привычка? — возмутилась Твина и продолжила:
— Папа нашёл вора, отрезал ему голову и сделал, как подобает в таких случаях из него сувенир, вождь разрешил! Но я, — глаза девочки затуманились, — лишилась лучшей подружки. Теперь дочка вора не хочет со мной играть. Говорит, что потеряла отца из-за меня, а я тут причем?! Её папочка теперь висит при входе. Я боюсь домой заходить, ещё укусит.
— Не бойся, не укусит, — улыбнулась Иу, — голова мертва. Скорее берегись острых зубов бывшей подружки, его дочки.
— Стой, Твина, — внезапно дёрнула за косу подругу дочка Сверкающего Луча Иу, — сделаем так. Я хочу тебе помочь, дам тебе, как и договорились, бабочек за сувенир из головы ее папы. Ты хотела этой девочке подарить бабочки, чтобы задобрить. Я тебя разгадала.
— Только бабочки не заменят папу, — с грустью произнесла Твина.
Иа хлопнула себя по лбу.
— Сделаем так. Голову, которую обменяю на бабочки, я верну твоей подружке и у нее опять будет дома папа. Она сможет играть с его головой. А ты ей дай впридачу и бабочек.
Твина просияла.
— Как ты здорово придумала. Только ведь у тебя не будет ни бабочек, ни тсандзы.
— Не переживай Твина, зато у меня будешь ты.
Сверкающий Луч стоял позади толстоствольных деревьев и с грустью думал, что в произошедшем ребёнок не виноват. Его сердце не совсем очерствело.
Дети не услышали, как индеец тихо одними губами прошептал:
«Доченька, скоро у тебя будет новая тсандза и бабочек тебе насобираю». Воин радовался какая у него щедрая, умная и хорошая дочь.
И разве можно осуждать тигра за то, что он приносит домой детям растерзанную антилопу.
***
На этот раз Сверкающий Луч, три дня был в пути. И вот, оказавшись в племени, склонился индеец ниц перед вождём, поцеловал пальцы ног, и сделал неприятное сообщение: на пост не вернулся Скользкая Тень. После известия, что верный друг пропал, Мудрый Скорпион решил никого не посылать, а самому выяснить, что произошло. Шуар не сомневался, что Скользкая Тень сейчас в трудных обстоятельствах, но не в безнадежном положении. Он, вождь, обязан его спасти. Мудрый Скорпион знал, что в пещере, которую охраняют шуары кроме несметных богатств и знаний находится кристалл времени. Посмотреть бы в него поскорее, да узнать, что произошло на самом деле. Положив под язык несколько листьев коки для выносливости, старый вождь отправился в путь. И промелькнули перед глазами лес, подъемы, спуски, да крутые обрывы. Вот и знакомый яку армана и бурный поток под ним. Остаётся только смело нырнуть, но тонко рассчитать, чтобы не оказаться под главным каскадом. Иначе — смерть. С первой попытки проплыть под скалой не удалось. Вначале не хватило дыхания, а потом и сил. Ждать, когда упадёт уровень воды, вождь не мог, время поджимало. И только с третьей попытки, невероятным усилием воли удалось достичь тайного грота. Наконец, голова Шуара высунулась из воды. Легкие судорожно вдохнули воздух. Вождь, не отдышавшись, бросился к треугольнику времени. И кристалл рассказал всю правду…
Положение Скользкой Тени было ужасным. Хотя, несмотря ни на что, оставалась маленькая надежда, но и её прервал внезапно голос, «рассекая» голову изнутри своим хриплым тембром:
— Слушай, вождь! Я посланник богов! Наступил момент, которого ждали твои сородичи на протяжении долгих тысячелетий. И сейчас, ты должен узнать истину…
Вскоре, Мудрый Скорпион узнал, что предстоит сделать. С ним разговаривал невидимый посланник богов.
Шуара наполнился гордостью, что почётная миссия выпала на долю времён его правления, а не на отца или кого-то из потомков. Ведь теперь останется память о Мудром Скорпионе на многие тысячелетия, а может и на всё существования мира.
Но почетная миссия была связана с убийствами. Ему придётся посылать воинов в дальние походы, чтобы уничтожать врагов человечества — изгоев.
Если они останутся, как объяснил посланник богов, то человечество будет лишено возможности подняться в высший мир блаженства и зажить счастливой жизнью.
Сделав сообщение, и дождавшись, когда вождь поклялся своей жизнью, что выполнит поручение, изображение посланника исчезло с грани настоящего, превратившись в дымку. И тут же мысли вождя переметнулись в глубокую думу о друге. Сердце вождя сжалось от сознания того, что жизнь Скользкой Тени висит на волоске.
Кристал, повернутый к лицу вождя гранью настоящего, начал свой рассказ.
Когда вынули кляп со рта Скользкой Тени, тот заговорил, обращаясь к воинам малаката, пленившим его:
— Я понимаю, вам хочется меня убить и использовать плоть, как заблагорассудиться, а возможно, и съесть.
Воин племени малаката, обнажая гнилые зубы, рассмеялся…
— А ты догадливый. Мы трое суток ничего не ели, любимые тапиры здесь не водятся, — индеец радостно смотрел на пленника.
Еще бы. Такая удача! Знаменитый шуара у них, и с ним, можно делать все что угодно. Он продолжил:
Ну, а всякой падалью питаться не привык.
— Спасибо, что не считаешь меня падалью. Но послушай. — Скользкая Тень поднял голос прибавил голос, а индейцы напрягли уши.
— Убить меня и зажарить на костре всегда успеешь. Но тогда не узнаешь, где зарыт слиток золота. А ведь у белого человека ты сможешь обменять на него острый металлический нож.
Воин задумался… А после, ответил:
Дело говоришь, возможно, ты и прав,
