что ничего не угрожает моей супруге.
— Будет исполнено, ваша милость.
Сам я махнул им обоим рукой и направился к машине. Сидящий за рулём Валерий сразу же начал сдавать назад, как только я закрыл за собой дверцу. Автомобиль выполз на открытое пространство и, развернувшись, помчался обратно к особняку.
«Серебряный рассвет», похоже, всерьёз решил от меня избавиться. Значит, это уже личное. А я привык решать проблемы, не откладывая их в долгий ящик.
Открыв панель дополненной реальности, я вызвал воеводу.
— Слушаю, ваша милость, — ответил тот, когда связь установилась.
— Готовь отряд, Тимур, — приказал я. — Мы идём убивать.
* * *
Вольное баронство Астарт ничем, разумеется, не отличалось от моей земли. Просто административная граница в виде леса, да и тот, судя по множеству следов лесозаготовки, постепенно подтачивали со стороны Астарта. Дорога, протоптанная тысячами ног, да дикие поля, которые никто не пытался засеивать.
Лагерь «Серебряного рассвета» действительно даже не собирались скрывать. Зачем? Вокруг ни души, ближайшие деревни сожжены дотла — от них остались чёрные прокопчённые пятна на земле, которые прекрасно видно с высоты полёта дрона.
Не удивлюсь, если среди полей найдутся оставшиеся непогребёнными тела эльфов, погибших при набеге. Сейчас сюда наверняка движется армия Элендора, так что подобная картина, скорее всего, типична для Вольных Баронств.
На экране дополненной реальности я смотрел на картинку, которую транслировали дроны. Эльфы «Серебряного рассвета» нисколько не переживали, что их могут найти. Бродили среди палаток, занимаясь своими делами. Но больше меня интересовали не шатры ушастых, а стоящий чуть наособицу алтарь.
Ничем иным этот камень, украшенный эльфийской вязью узоров, быть не мог. Знаки слегка светились зелёным, но свечение не отходило далеко от алтаря. На самом камне были разложены какие-то травы, от курильниц, расставленных по четырём сторонам света, тянулся лёгкий дымок.
— Что это, Таэген? — спросил я, демонстрируя эльфу картинку.
— Алтарь, ваша милость, — пожал плечами охотник, пожелавший отправиться с нами.
Оно, конечно, не дело брать с собой гражданских на заварушку. Однако у ушастого были свои счёты с «Серебряным рассветом». В подробности он не вдавался, да и меня это не волновало, потому как своё желание отомстить террористам Таэген даже скрывать не собирался.
— Кому он посвящён, узнать можно? — уточнил я.
Охотник всмотрелся в картинку и прищурил глаза.
— Так, это лаванда и омела, — пробормотал он. — Выходит, Фаэлис, Мать Золотых Урожаев.
Я улыбнулся, примерно представляя, о чём он говорит.
— И зачем такой организации, как «Серебряный рассвет», молиться богине плодородия? — задал новый вопрос я.
Эльф задумался всего на пару секунд.
— Они что-то выращивают здесь, — озвучил свою догадку охотник. — Если получить благословение небольшой поляны, на ней можно вырастить много урожая. Сам я такого не видел, но слышал, что некоторые жрецы Фаэлис способны напрямую контролировать рост нужных растений. Попросит он у Богини, и та вырастит именно божественные розы, а остальные будут обыкновенными.
Я кивнул и тут же переключил микрофон.
— Итак, господа, все вы видите этот каменный алтарь, — заговорил я. — К нему ни в коем случае нельзя приближаться. Запомните это, как Отче Наш. Дальше — у террористов здесь плантация, и ничего хорошего они не выращивают. Подозреваю, собирают бомбы с усыпляющим газом и растительные яды. Поэтому — полная герметизация, всем проверить фильтры.
В наушнике раздался поочерёдный отчёт каждого из десятка взятых мной бойцов. Тимур остался в баронстве — обеспечивать безопасность моей невесты. И мне пришлось потратить немало времени, чтобы воевода не сопротивлялся моему решению.
— Сюда бы пару залпов, ваша милость, — услышал я голос Валерия. — Вмиг бы этот лагерь уничтожили. Может быть, можно армейских попросить?
— Мы за пределами своей территории, — ответил я. — Император разрешил военным защищать нас, а мы в атаку идём. Да и просить командиров — влезать перед ними в долги. Тут всего полсотни эльфов, мы и сами справимся. Главное, следуйте плану.
На несколько секунд установилась тишина, наконец, кто-то спросил:
— И каков у нас план, Ярослав Владиславович?
— Тихо и осторожно берём лагерь в кольцо, — начал говорить я, — я иду в лобовую. Мой доспех примет несколько первых ударов и позволит сосредоточить всё внимание на мне. А дальше — кто больше террористов на ноль помножит. Вопросы?
Вопросов не было, так что уже через минуту, убедившись, что мои люди действительно защищены от возможных сюрпризов со стороны внешнего мира, я вышел из машины.
Стоящий рядом со мной Таэген коротко прочёл молитву, посвящённую Морвель, и я ощутил проблеск знакомого внимания со стороны сущности. Затем эльф натянул тетиву на свой лук. Колчан со стрелами у него висел на бедре, а не за плечом, как я привык, но влезать с вопросами я не стал — никогда из этого оружия стрелять толком не умел. Другое дело копьё метнуть, например.
На тактической карте отображались подбирающиеся к лагерю люди. Кольцо уже собралось вокруг лагеря, и теперь медленно стягивалось. Двигались дружинники никуда не спеша, стараясь оставаться незамеченными. Учитывая остроту слуха у эльфов, это было сложнее, чем вырезать людей. Так что полчаса происходящее точно займёт.
Краем глаза отслеживая изображение с высоты, я заметил появление среди лагеря нескольких полуголых эльфиек. Никакого секса, просто на женщин напялили нечто, напоминающее короткие сарафаны.
— А приносят ли Фаэлис в жертву женщин? — негромко спросил я у стоящего рядом Таэгена.
Охотник грязно выругался.
— Грёбаные ублюдки! Хотят осквернить алтарь, — пояснил он. — Женщина — сама по себе символ плодородия. Она же даёт жизнь, Фаэлис благоволит им, даруя здоровых детей и лёгкие роды. Осквернение алтаря Фаэлис — преступление против всех эльфов, за него вырезают всю семью.
Что ж, если плодовитость твоего народа напрямую зависит от воли божественной сущности, тут любой трижды задумается, стоит ли плевать в этот колодец. А раз «Серебряный рассвет» пошёл на подобный шаг, на традиции и устои им именно плевать. Не боятся проклятия? Значит, нашли способ защититься.
— Чем нам это грозит? — тут же уточнил я.
— Земля перестанет родить и станет проклятой, — нервно облизнув губы, ответил эльф. — Допустить этого нельзя, ваша милость. На проклятой земле появляются монстры. И это не лесные звери, а самые настоящие чудовища.
— Ну да, — кивнул я, — демоны были, эльфы были, теперь наступил черёд монстров. Что ж, — я переключился на общий канал. — Внимание всем,
