не ел, то и блевать ему было нечем.
Вот же друзья у меня подобрались… Одна — заучка, знающая ответ на любой вопрос, второй аллергик, который может двинуть кони от одного только запаха рыбы, а третий боится тараканов… Или вообще всех насекомых? Надо будет выяснить.
Последней, кто еще не провел сеанс дезинсекции, оставалась рыжая красотка Агата. Она явно специально тянула до самого конца, скромно прячась за спинами всех остальных даже тогда, когда никто не горел желанием вызваться добровольцем.
— Что ж, — Круглова посмотрела на часы на запястье. — Как раз успеваем. Тэсса Райан, прошу вас. Оружие понадобится?
— Нет, спасибо. — улыбнулась Агата и стрельнула глазами в мою сторону. — Я справлюсь без оружия.
— Что ж, ваше право. Тогда приготовьтесь.
Круглова положила руку на изокуб и принялась проводить с ним все те же манипуляции, что делала в предыдущие разы.
Ага улыбнулась, слегка встряхнула руками, словно стряхивала с них воду, снова стрельнула в меня глазками и подмигнула.
Но я не придал этому значения. Намного больше значения я придал тому, что камень у меня в груди внезапно дрогнул и резко нагрелся, словно предупреждая о чем-то.
А изокуб все гудел и гудел, и с каждой секундой его гудение нарастало и нарастало, словно он собирался взорваться!
— Что-то не так. — нахмурилась Круглова, отрывая руку от изокуба и делая шаг назад. — Что-то не так!
Она задрала голову, глядя на вершину куба…
И в этот момент дверца в кубе наконец открылась.
И оттуда хлынула волна такаранов!
Глава 8
Куда и как смотреть
Кроме шуток, я никогда не видел такого количества тараканов. Даже в мусорном контейнере на заднем дворе кабачка Кибы их не было так много, как тут! Не меньше сотни огромных, размером с откормленную овчарку, тварей высыпалось из изокуба, как будто из рожающей тараканихи! Мадагаскарски тараканы как раз живородящие, и выглядит это один в один как сейчас!
Вот только мадагарскаркие тараканы рождаются крошечными, белыми и мягкими, а сейчас на нас перла целая толпа огромных биологических броневиков, которые одним только весом могли смять нас и затоптать!
— О, нет! — закричал Круглова, поднимая руки. — Все срочно за меня!
В прорезях на спине ее боевого костюма проклюнулись и за одно мгновение развернулись огромные, каждое размером с Круглову, крылья. Вместо обычных перьев в них тускло поблескивали стальные, острые и смертоносные.
Круглов махнула крыльями, закрываясь ими от такаранов, и твари сами напрыгнули на острые маленькие клинки. Полетели в стороны отрезанные лапки и усики, такараны чуть сбавили скорость…
А потом задние ряды налетели на передние, как будто одна волна догнала другую, и Круглову просто с головой захлестнуло такаранами! Не выдержав их веса, она упала и скрылась по этой коричнево-белой волной.
За нее я особенно не переживал — ее боевой костюм способен выдержать даже это, да к тому же она закрылась крыльями.
А вот у всех остальных ситуация не такая радужная.
Включая и меня…
— Разбирайте оружие! — крикнул я, призывая в руку верный ледоруб. — Кто может без оружия, сражайтесь без оружия! Все в клин, я на углу! И встаньте на одно колено!
— Зачем⁈ — со страхом спросил кто-то.
— За мясом! — ответил я. — Выполняйте, если жить хотите!
И, подавая пример, я прыгнул вперед, навстрчу вырвашемуся из общей волны такарану, присел на одно колено и снизу-вверх ударил ледорубом, насаживая усатую башку на острый крюк!
За спиной тут же зазвенело железо, и через несколько секунд рядом со мной, тоже на одном колене, появились Паша, Ада и Дима. Паша, сжимая в руках длинное копье, Ада и Дима без всего — у них в руках змеились нити свободной маны, которой они и так вполне неплохо управляли.
Они расположились, как я и велел — по бокам от меня и чуть сзади, так, что я оказался на острие импровизированного клина. Еще через секунду фланги клина удлинились за счет других студентов, приготовившихся к обороне…
А потом в наш клин ударила волна такаранов.
Студенты ответили слаженным ударом под синхронный вопль, и сразу несколько десятков насекомых отдали душу своим насекомым богам. Брызнула прозрачная гемолимфа, заливая все вокруг, но сейчас уже было не до того, чтобы беспокоиться о чистоте — тут надо было банально выжить!
После первого слаженного удара у многих оружие застряло в твердом хитине и отказывалось извлекаться, в том числе и мой ледоруб, поэтому я крикнул:
— Маги, прикройте на секунду!
А сам уперся ногой в голову такарана, пытаясь выдернуть зацепившийся зубцами ледоруб.
Надо будет что-то с этим придумать… Это вообще не дело!
Над головой заревели огненные шары, зашелестели пули из пережатой воды, каменные снаряды, воздушные лезвия…
Но все это уже через секунду закончилось — запасы маны у молодых магов были еще слишком малы. Но этого времени хватило, чтобы остальные извлекли свое оружие и нанесли новый слаженный удар по такаранам, пытающимся перелезть через бруствер из своих мертвых коллег.
Где-то им это удалось, и студент упал, отбиваясь одной ногой от такарана, который сразу же накинулся на его вторую ногу. Его ближайшие соседи на мгновение отвлеклись, разбирая такарана на такарановые запчасти, и помогли подняться раненому, который не мог стоять на поврежденной ноге.
— Раненых назад! — велел я, отмахиваясь от еще одной твари. — Сомкнуть ряды!
Крылья нашего клина стали чуть короче, но не утратили эффективности. Бруствер из мертвых такаранов стал нам уже по грудь, и новые твари стали появляться слишком высоко для нас. Я скомандовал:
— Встать на ноги!
И встал первым, подавая пример.
Неровной волной строй студентов поднялся на ноги и атаковал еще раз.
И еще раз.
И еще один раз. Последний.
Я крутнул ледорубом, стряхивая с него всякую насекомую дрянь, и отозвал его. Огляделся, прикидывая количество раненых, и ткнул в пятерых первых попавшихся:
— Вы! Проверьте, что с Кругловой! Остальные — заняться ранеными! Всех в лазарет, быстро!
Никто не посмел перечить мне, и половина студентов тут же ушла с тренировочной площадки — потащили раненых к Сколопендре.
— Слушай. — Паша подошел ко мне, хмурясь, будто сомневался в том, что собирался сделать. — А почему ты велел встать на одно колено? Я не то чтобы сомневаюсь в тебе, но…
— Да все просто. — я вздохнул. — Они же низкие. Пришлось бы бить сверху-вниз, нагибаться, а это очень неустойчивое положение, из которого несложно потерять равновесие. А эти твари явно привыкли именно так и охотиться — наваливаться кучей, сбивая на землю, где жертва уже не может сопротивляться.
