посмотрев на своих виртуальных родителей, я не заметила на из лицах ничего, из-за чего бы мне стоило переживать.
Это приятное чувство продлилось ровно до тех пор, пока из коридора не послышался стук каблуков. Втянув воздух через нос, я почувствовала приторно-сладкий аромат ванили и вздрогнула, когда позади послышался высокий женский голос:
— Моя любимая племянница!
Мозг отчаянно кричал мне бежать и не верить наигранной доброте, которая смахивала на вынужденное проявление чувств.
Было достаточно бросить через плечо один взгляд, чтобы понять:
«Белая королева».
Передо мной стояла женщина с длинными светлыми волосами теплого оттенка и настолько острыми чертами лица, что в них еле проскальзывало что-то общее с миссис Фридман. В обтягивающем изумрудном платье и на высоких каблуках выделялась ее худоба, красная помада подчеркивала выраженные скулы и зеленые глаза.
В приложении не было никакой информации об этой женщине, но я почему-то знала, кто стоит передо мной.
— Тетя Марисса.
Длинные руки обхватили меня за плечи, цепкие пальцы впились в кожу.
— Как я рада, что ты не успела натворить дел, пока нас не было
«Кажется, в ее глазах я выгляжу бунтаркой».
Я выдавила из себя полуулыбку.
Когда слуги оповестили о том, что вещи выгрузили из машины, мистеру Фридману позвонили, и он ушел в свой кабинет.
— Всегда такой занятой, — цокнув, произнесла Марисса. — Он же успеет подготовиться к встрече вечером?
«Званый вечер!» — вдруг вспомнила я.
Миссис Фридман мягко прикоснулась к моему плечу.
— Я привезла тебе подарок из нашей командировки. Посмотришь?
— Наша Шейлин останется в восторге! — хлопнув в ладони, сказала Марисса. — Мне не терпится посмотреть на тебя.
Я испытывала жгучую потребность держаться поближе к миссис Фридман, а не к ее сестре. В голосе Мариссы слышалась теплота и забота, но глаза оставались холодными, безучастными, как будто она хотела поскорее закончить этот спектакль.
Когда миссис Фридман повела меня к лестнице на второй этаж, я с тоской посмотрела в сторону арки, за которой скрылся глава семейства. Почему с тоской? Почему, глядя на него, я испытывала такое сильное волнение? Оно не шло ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала до этого, и вернуло меня на несколько лет назад. В своей настоящей жизни я проходила через что-то подобное.
Когда желала услышать похвалу.
— Барт, ты можешь немного отдохнуть, — сказала миссис Фридман, стоило нам подняться в мою комнату. — Спасибо тебе.
— Всегда к вашим услугам.
К счастью, Марисса не последовала за нами, сославшись на необходимость сделать несколько звонков. Когда дверь закрылась, я почувствовала, как комфорт медленно обволакивает меня со всех сторон.
«Подарком из командировки» оказалось роскошное вечернее платье черного цвета с элегантным разрезом с правой стороны и тонкими бретельками. Талия была обхвачена широким шелковым поясом. Верхняя часть платья смотрелась просто, но классический стиль только притягивал взгляд и не портил общего впечатления.
— Я должна надеть его на сегодняшний прием?
Миссис Фридман в замешательстве посмотрела на меня. Только потом я поняла, что формулировка моего вопроса показалась ей грубоватой.
— В смысле… могу ли я?
— Конечно.
Пока я мерила платье с туфлями на среднем каблуке, миссис Фридман рассказывала про командировку и поездку в Орландо. Сделка на строительство нового торгового центра, которым владела она и ее сестра, прошла успешно. Возводить здание будет компания, которой руководил мистер Фридман.
Помимо прочего, Марисса завела несколько выгодных знакомств с известными модельерами, которые пошьют ей одежду для весенней коллекции.
Ширма скрывала меня от внимательного материнского взгляда, поэтому я позволяла себе хмуриться и недоумевать. Как мне стоило относиться к подобным разговорам? Миссис Фридман искренне делилась со мной впечатлениями об Орландо, трудностях при заключении договоров и предстоящей работой, которая снова вытянет из нее все силы, а я могла только издавать непонятные звуки, соглашаясь с ней.
Она видела во мне любимую дочь, в то время как я была чужой для этого мира.
Внезапно зазвонил телефон, и миссис Фридман, извинившись, ответила на звонок.
А я почему-то вспомнила свои слова, адресованные Диане во время нашего последнего неприятного разговора.
— В подавляющем большинстве случаев характер героини после такой трагедии развивается одинаково. А еще она становится, в своем роде, свободной от внимания родителей. Почему нельзя придумать что-то интереснее? Плохие взаимоотношения. Недопонимание. Семейные тайны. Почему бы не создать трудности, которые реально будут добавлять сюжету красок и развивать не только главную героиню, но и второстепенных персонажей?
Я аккуратно выглянула из-за ширмы и посмотрела на миссис Фридман. Ничего из сегодняшней встречи не говорило о том, что у меня с родителями сложные отношения, добавляющие сюжету красок.
Значит ли это, что Жаклин все-таки отказалась от этой затее? Я же не проснусь завтра утром от новости, что родители Шейлин попали в аварию и погибли? Или трудности начнутся потом?
«Почему ты не могла отправить меня сюда после разработки всего сюжета, Жаклин?».
Я чувствовала безысходности от того, что не могла повлиять на историю или хотя бы предвидеть дальнейшее развитие событий. Стоит ли мне ждать проблем в отношениях с родителями?
Выдохнув, я снова спряталась за ширмой и посмотрела в напольное зеркало. Платья было достаточно, чтобы стянуть с меня слой прошлой Шейлин и создать на ее месте новую, богатую девушку, получающую от жизни все.
Вглядываясь в карие глаза, я анализировала все, что узнала от Барта или из приложения, и пришла к одному простому выводу.
Если по ходу сюжета и начнут возникать проблемы, то только из-за меня.
Четырехэтажный особняк в темных оттенках, возвышающийся на холме, открыл свои двери для светских семей всего Деонта.
Я вошла в главный холл в сопровождении родителей, постоянно поглядывая на мистера Фридмана. Снова появилось желание сделать все, чтобы добиться от него хотя бы улыбки.
Нас поприветствовала семья Кид в полном составе.
Свою азиатскую внешность Леона унаследовала от отца, как и ее младший брат, Ноа. У их мамы были короткие светлые волосы и немного смуглая кожа, а еще кристально голубые глаза. Глядя на нее, я бы никогда не сказала, что они с Леоной находились в родстве.
«Родители Леоны в реальности тоже так отличаются друг от друга?».
Я вдруг поняла, что ничего не знала про свою бывшую подругу.
Здешняя Леона послала мне многозначительный взгляд и подозрительно улыбнулась. Когда с приветствиями было закончено, она подхватила меня под руку, извинившись перед родителями, и потащила меня в главный зал.
Потолок находился так высоко, что у меня закружилась голова. Гости танцевали на светлом паркете под музыку, которую играли приглашенные музыканты. Стены с двух сторон полностью состояли
