его присутствие. Мне хотелось быть ближе, хотелось ощущать его рядом.
Его близость будоражила. Я ловила себя на мысли, что хочу прикоснуться к нему, почувствовать его дыхание на своей коже. Он вызывал во мне что-то первобытное, необузданное.
В его присутствии я теряла способность рассуждать здраво. Всё, о чём я могла думать – это он. Его голос, его запах, его взгляд… Всё это сводило меня с ума.
Он нравился мне до безумия. И я ничего не могла с этим поделать.
– Вика, – прорычал он, и я вздрогнула.
«Блин, опять?» – пронеслось в голове, пока я пыталась собраться с мыслями.
– Может, мне раздеться, чтобы ты перестала гадать? – его голос стал ещё более низким и хрипловатым.
– Это будет лишним, – выдавила я, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки. В попытке скрыть смущение, я залпом опрокинула в себя содержимое бокала.
Он продолжал смотреть на меня – этот тяжёлый, пронизывающий взгляд, от которого мурашки бежали по коже. Я опустила глаза, пытаясь собраться с мыслями и придумать достойный ответ, но язык словно прилип к нёбу.
В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим звоном бокалов и приглушённой музыкой где-то вдалеке. Я отчётливо слышала, как колотится моё сердце, и молилась, чтобы он не услышал его тоже.
– Не бывает в жизни такого, чтобы в обычную, заурядную тридцатилетнюю женщину с двумя детьми влюбился красивый, богатый и… – я запнулась, в горле неожиданно пересохло, и я заказала ещё виски.
– Сексуальный холостяк? – продолжил он, и я кивнула, делая глоток. Алкоголь приятно обжёг горло, немного расслабив напряжённые мышцы.
– Именно, – прошептала я, отводя взгляд. – Это же не кино.
Он усмехнулся. В его глазах плясали смешинки, но взгляд оставался серьёзным.
– А что, если я скажу тебе, что знаю такую историю? – его голос стал тише, словно он делился сокровенной тайной.
Я недоверчиво посмотрела на него:
– Ты сейчас издеваешься?
– Нисколько, – он поднял бокал в знак примирения. – Просто иногда жизнь преподносит нам сюрпризы, которые мы меньше всего ожидаем.
Я покачала головой, не веря ни единому слову. В моей голове всё ещё звучали слова о красивой, богатой жизни, которая никак не могла быть связана с моей реальностью – двумя детьми и постоянной борьбой за выживание.
– Я не верю в это. В реальной жизни такие как я работают на таких как ты. Мы тихо делаем свою работу и возвращаемся домой. Едем в грязных прокуренных автобусах, идем по разбитой дороге, подворачивая ноги и ломая каблуки туфель. И никто в этот момент не поможет, как бывает это в книгах или фильмах, когда прекрасный рыцарь подхватывает её на руки и несёт домой. Мы снимаем эти туфли и идём по грязной и холодной земле босиком, при этом таща с собой огромные пакеты с продуктами.
Я сделала еще глоток и посмотрела на босса, который сидел раслабленно потягивая янтарную жидкость из бокала и улыбался.
– А вы после работы едете в какой-нибудь дорогой клуб, цепляете там красивую молодую барышню, проводите с ней время, и у вас все прекрасно. Ну или другая версия: вы после работы едете домой, где вас встречает молодая красивая девушка. Вы занимаетесь с ней сексом, вам хорошо, а вот она, как всегда, имитирует оргазм, чтобы мужчина почувствовал себя особенным.
После этих слов босс подался вперед и рассмеялся, чуть не подавившись.
– Ох, – выдохнул он, вытирая выступившие от смеха слёзы, – Как всегда имитирует? Это ещё почему? Не сравнивай всех с собой, Виктория.
Я нахмурилась, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
– Тридцать процентов женщин по всему миру не испытывают оргазма, а это значительная часть женского населения, – парировала я, стараясь сохранять спокойствие.
– И что из этого? – мужчина приподнял бровь. – Ты хочешь сказать, что все они притворяются?
Я всплеснула руками.
– Нет, конечно! Просто многие женщины испытывают сложности с достижением оргазма по разным причинам. Это нормально.
– Нормально? – усмехнулся он. – То есть если женщина не получает удовольствие, то это нормально?
Я почувствовала, как начинаю терять терпение.
– Дело не в этом! – повысила голос я. – Дело в том, что мы все разные.
– Это ты так оправдываешь своего мужа? То есть проблема в женщинах, а никак не в мужчине, который больше старается для себя, а не для своей партнёрши? – его голос звучал язвительно.
Я почувствовала, как внутри закипает раздражение, но постаралась сохранить спокойствие.
– Прекрати перекручивать мои слова, – ответила я твёрдо. – Я говорю о том, что у каждого человека свои потребности, свои желания и свои границы. И это нормально.
– Нормально? – он усмехнулся. – А может, проблема как раз в том, что многие женщины закрывают глаза на поведение своих партнёров и ищут оправдания их поступкам?
– Что ты…? – я запнулась, пытаясь осмыслить его внезапный переход.
– Ты хоть раз говорила мужу, как тебе нравится и как тебе хочется? – перебил он, глядя на меня с каким-то странным выражением.
Я почувствовала, как краснею.
– Мне кажется это не твое дело.
– За столько лет в браке, ты ни разу ему не сказала, и все это время притворялась, что тебе хорошо с ним. – усмехнулся он.
– Ты ошибаешься… – начала я, глядя на свои сцепленные руки. – Я говорила ему. Говорила, что мне некомфортно.
Он отхлебнул виски, но ничего не сказал, только уставился в темноту.
– И что изменилось? – спросил он наконец, не поворачивая головы.
– Я говорила, что мне не нравится то, как он ко мне относится в постели… – мой голос звучал тихо, но твёрдо. – Что мне больно от его грубости. Что я не чувствую ни чего, лишь неприятные натирания – я скривилась.
Вокруг нас шумели пьяные голоса, но в нашей маленькой зоне между фонарями царила странная тишина.
– И знаешь что? – я подняла на него глаза. – Он только смеялся. Говорил, что я фригидная. Что “это нормально”. Что я просто “придираюсь”.
Он молчал, и я видела, как его уверенность начинает колебаться.
– Я не притворялась, что мне хорошо. Просто… иногда проще сделать вид, что всё нормально, чем снова и снова сталкиваться с его насмешками и безразличием.
В его глазах промелькнуло что-то похожее на понимание.
– Я не могу понять одного, Александр,
