Элай, — вздохнул капитан, отложив перо. — Я и так на твоей стороне. И вот что я советую: надо выждать, затаиться, выбрать удачный момент. Пусть твои противники первыми сделают шаг.
Хильда многозначительно фыркнула.
— О, они уже сделали очень много шагов, — прокомментировала она. — Теперь его очередь.
Элай придвинул чернильницу к капитану, макнул перо и вложил ему в руку. Тот шикнул от обжигающего прикосновения и вновь принялся писать, исподлобья поглядывая на Элая. Крупный перстень, сверкающий на руке Освальда, напомнил об еще одном незавершенном деле — надо купить обручальное кольцо и себе. А иначе что Вив наденет ему на палец при церемонии? Вечером можно слетать в Айдану, пока ювелирки не закрылись, и переночевать в городе. Ванна, кровать… Ему-то с Вив везде хорошо: хоть на письменном столе, хоть на подоконнике или даже драконе. Но он обеспечит максимально комфортные условия своей любимой.
— Что приказала тебе королева? — поинтересовалась тем временем Хильда. — Убить Элая?
Капитан засопел и промолчал.
— Или Вивиану? — предположил Элай, и пальцы закололо от огня.
Если с ней случится беда, он камня на камне не оставит. А капитана достанет из любой дыры, куда бы эта крыса ни спряталась, и зажарит живьем.
Он не стал произносить этого вслух, но капитан Муро побледнел, и крупные капли пота выступили на его лбу. Драконья чуйка у него работала великолепно.
— Я так виновата, Элай, — вздохнула Хильда. — Я не рассмотрела его гнилую душонку. Верней, я видела в нем изъян, но ошиблась с его глубиной.
— Обоих, — процедил Освальд. — Королева приказала убить обоих: и Элая, и Вивиану. Если хотите знать, я должен был сделать это давным-давно. В смысле грохнуть тебя, а не девчонку. Но я этого, как видите, не сделал. Я заслуживаю уважительного к себе отношения и не потерплю…
Он выдохся, так и не закончив, что он там не потерпит.
— Может, тебе было выгоднее сидеть на теплом месте и специально тянуть с выполнением поручения, — предположила Хильда. — Либо же у тебя не получилось.
— Как бы там ни было, я теряю очень большую награду, — нахально заявил Освальд и, написав на листочке число, повернул его к Элаю.
Тот глянул и, забрав перо, пририсовал нолик.
— Половину сейчас, — быстро сказал капитан.
— Когда я получу известия из столицы, что мое послание разошлось по стране, ты получишь половину. А вторую, когда я сяду на трон. При условии полного твоего содействия.
— Еще не король, а уже казну разбазариваешь, — пробурчала Хильда себе под нос.
— Идет, — быстро согласился капитан. — Так какой у нас план, Элай? Что будем делать дальше?
Он сделал честное лицо, но Элай лишь усмехнулся. Вот кого точно не стоит посвящать в свои планы, так это продажного капитана. Да и план, по правде сказать, так себе: переманить на свою сторону красноперых. Один раз он уже разнес их лагерь. Можно было бы навестить их опять. Но наносить слишком большой урон своей же потенциальной армии — недальновидно. Как бы с ними поговорить без боя?
— А у тебя есть связь с красноперыми? — спросил он без особой надежды, но капитан неопределенно пожал плечами.
— Есть⁈ — ахнула Хильда.
— Слушай, мы стоим на перешейке, здесь отличное место для торговли, — проворчал капитан, возвращаясь к письму. — С красноперых взять нечего, кроме овец, но их женщины делают очень хорошую пряжу. Тонкая ручная работа. Ценится на вес золота, а отдают, можно сказать, даром. И не смотри на меня так, Хильда, я, может, ради Драхаса…
— На что они меняют овечью шерсть? — ровно спросил Элай, уже подозревая, что услышит в ответ.
— Да на ерунду всякую, — отмахнулся капитан. — То, се… Фактически, за бусики.
— Бусики у тебя в бороде! — рявкнул Элай. — Ты что, даешь им оружие?
— Да что ты говоришь! — возмутился капитан. — Исключительно сырое железо.
Из которого они куют наконечники стрел, арбалетные болты, обивку для щитов…
— Вот ты козел рыжебородый, — протянула Хильда.
— Язык придержи, ты… — цыкнул на нее капитан.
— Только скажи еще слово, — пригрозил Элай. — Дописал?
— Да, — буркнул Освальд.
— Я тоже закончила, — ответила Хильда, раскладывая письма по конвертам. — Отправлю всем друзьям во дворце. Принц Риан вернулся! Хотя, мне кажется, зря ты не захотел упомянуть о том, что еще и женат. Да, церемонии не было, но о невесте стоило бы сказать.
Элай покачал головой. Он отчаянно хотел жениться на Вивиане и одновременно понимал, что тем самым подписывает ей приговор. В случае неудачи, как бывшая подружка или невеста принца, она еще смогла бы спастись, как его вдова — нет. Нельзя проиграть. Никак нельзя.
— У нее чешуя, — напомнила Хильда, будто прочитав его мысли. — Она почти неуязвима.
Почти. Это слово точило душу сомнениями.
* * *
Вечером мы полетели в Айдану. Город сверкал и переливался огнями, изгибаясь у бухты, как золотое ожерелье, оброненное небрежной рукой. Опустившись у городских стен, Элай указал Дымку место, и тот, потоптавшись немного, улегся и свернулся в клубок, точно кот.
— Ты услышишь тревогу отсюда? — спросила я, когда мы рука об руку прошли в ворота.
— Услышу, — ответил Элай. — Туч говорил, колокола на сторожевых постах гудят так, что в Айдане стекла дрожат. Он как-то был у Каталины, когда налетели красноперые.
— Но Драхас далеко.
— Мы с Дымком быстро летаем.
— А если…
— Я не понял, — перебил он меня, — ты не хочешь провести романтический вечер с будущим мужем?
— Хочу! — заверила я, сжав его руку крепче.
— Мне, между прочим, нужно кольцо, — сварливо добавил Элай.
— Ой, — спохватилась я. — Надо вернуться. Я возьму, у меня отложено…
— Вот ты смешная, — пробормотал он с улыбкой, притягивая меня к себе и целуя прямо на глазах у какой-то тетки.
Та фыркнула и исчезла в доме, неодобрительно хлопнув дверью.
— Пойдем отсюда, — предложила я, оглянувшись. — А то как бы нас чем не облили…
Мы гуляли по вечернему городу, который щерился пиками в небо, точно рассерженный еж. Поужинали в ресторане — не в том, что раньше, а на центральной площади. Мясо было сочным и ароматным, а мороженое с
