– Удиви меня, Эльза! – потребовал клиент.
Эльза на миг растерялась и сморгнула. Затем быстро взяла себя в руки и начала, перечислять сексуальные действия, используя список, приколотый булавками к перегородке: – Может, хочешь заняться флагелляцией или спакингом?
Однако клиент достался Эльзе продвинутый.
– Нет, садо-маза – не мой удел. Я хочу чего-нибудь необычного, экзотического…
Неожиданно Эльзу осенило: намедни, вечером, она специально «порылась» в Интернете и попыталась всесторонне подковаться в сексуальном вопросе. К своему вящему удивлению Эльза на одном из сайтов прочла о японском сексе.
– Хочешь, мы займемся с тобой японским сексом? – с придыханием поинтересовалась она.
– Хочу! А это как?
– Тогда слушай… – произнесла Эльза и начала «читать» лекцию своему оппоненту: – Я расскажу тебе о шибари, эротическом связывании… Веревка плотно, но бережно обхватывает заведенные назад руки, отводит назад плечи, приподнимает мою грудь, образуя подобие V-образного бюстгальтера спереди… Затем веревка оплетает мой торс в виде сетки… Я чувствую прикосновения твоих рук… О! М-м-м… Как меня это возбуждает…
– О! Да! Да! – раздалось с противоположного конца провода. Эльза поняла – она на правильном пути и выпотрошит счет клиента до последней копейки. И она продолжила…
– Ты можешь за веревки подвесить меня на крюк, и я буду полностью в твоей власти… Ты можешь обладать надо мной не только физически, но и морально… Отбросим все запреты и предрассудки…
…Марина всегда сама прослушивала разговоры новых операторов. Эротические фантазии Эльзы удивили даже ее. «Надо взять это шибари на вооружение. – Подумала она. – И добавить его в список обязательной терминологии. Что ж я не ошиблась в Валентине Понамаревой. Эльза получила достойную преемницу…»
В конце рабочего дня в call-центре от активных стонов и вскриков операторов запотели окна. Вера включила кондиционер.
Валя изможденная эмоциональной встряской распласталась в рабочем кресле.
– Ну как первый рабочий денек? – поинтересовалась Сабрина.
Эльза усмехнулась. У нее сложилось такое впечатление, что она самозабвенно отдавалась на протяжении двенадцати часов мужикам с самыми разнообразными желаниями. Она устала…
Сабрина уловила ее состояние.
– Это через пару дней пройдет, поверь мне. Главное помни: все, что ты говоришь здесь, забываешь дома.
Эльза, молча, передернула плечами. «То, что ты говоришь здесь!» Эльза на протяжении двенадцати часов говорила такое! Если бы услышали ее почти уже бывший муж или дети, они пришли бы в ужас. Мать и жена отдавалась в виртуальном пространстве виртуальным партнерам, искусно эмитируя оргазм.
«А почему я не испытывала такого оргазма в жизни? – невольно задумалась она. – Теперь непременно испытаю. Конечно, с нормальным мужчиной, традиционной ориентации… И уж точно не с мужем…»
В конце рабочего дня Марина подбила «бабки». Она суммировала время, которое девочки-операторы находились в «эфире». Затем расписала показатели отдельно по новеньким. У них получился неплохой на первый раз результат. Однако Эльза «переплюнула» своих товарок.
Марина снова с удовлетворением подумала: Эльза, ее «верная подруга» на протяжении многих лет, – теперь в надежных руках.
Глава 13
Валентина проснулась рано утром, еще не рассвело. Дети спали… В последние дни она была так замотана, так занята на работе и дома, что совершенно забыла о душевном состоянии своих детей.
Она замечала во время кратковременных встреч с дочерью, что та «ушла» в себя и разговаривать не хочет. Все попытки Валентины выстроить разговор с Дашей терпели неудачу. В конце концов, Валя сдалась и решила: пусть пройдет время, оно лечит. Настанет момент, когда уход отца не будет ощущаться столь болезненно.
Артем же вел себя с матерью подчеркнуто вежливо. Но Валентина явственно ощущала в его словах некую отстраненность.
Валентина, как человек, окончивший в свое время Московский Авиационный институт, понимала, что их семья переживает так называемую точку бифуркации.
Термин bifurcus в переводе с латыни означает раздвоенный, употребляется в широком смысле для обозначения всевозможных качественных перестроек или метаморфоз различных объектов при изменении параметров, от которых они зависят. Вот изменение параметров и метаморфоз и переживали сейчас, как Валентина, так и ее дети. Что ни есть – самая настоящая точка бифуркации!
Говоря простым языком: меняется все вокруг тебя, в том числе и события. Меняешься и ты под их влиянием. Однако, изменения могут пройти разным путем. И это зависит от ряда факторов. А точка раздвоения – это твой выбор.
Валентина снова напряглась, припоминая точный технический термин точки бифуркации. Словом, но означало критическое состояние системы. Либо в ней сохранятся прежние параметры, либо она может пойти в разнос и подвергнуться серьезнейшим изменениям.
Валентина отчетливо сознавала: она уже подверглась изменениям и возврата к прежнему образу жизни не будет. Она уже переживает раздвоение… Процесс в самом разгаре.
Этот день был у Валентины выходным, на работу – лишь поздно вечером, в ночную смену. Она накинула теплый махровый халат и отправилась в ванную. Там ее посетила весьма дерзкая и неожиданная мысль: а почему бы не отправиться на дачу? Всего-то час езды от Казанского вокзала! А вечером – сразу на работу!
Валентина почистила зубы и посмотрела на себя в зеркало. В последнее время ей не нравилось свое измученное жизнью отражение. Но сейчас…
– Эльза… – прошептала она, разглядывая себя в зеркале. Неожиданно Валентина осознала, что Эльза – это она! Эльза изменила ее! Эльза участвовала в раздвоении, в бифуркации!
На Валентину смотрела уверенная в себе женщина. Взгляд ее изменился, приобрел нечто необъяснимое. Валентина отпрянула от своего отображения, закрыла глаза… И снова открыла: ничего не изменилось, все та же Валентина Понамарева, только другая, пережившая метаморфозу.
Валентина пила на кухне кофе и размышляла: «Почему у меня возникло желание поехать поздней осенью на дачу? Кого я намереваюсь там увидеть? Неужели Виктора? Это бред…»
Валентина гнала от себя эти мысли, но с каждым глотком кофе они возвращались и обуревали ее вновь.
– Хорошо… – сказала она сама себе. – Последняя стадия раздвоения: я поеду на дачу. Я хочу видеть Виктора… Но вряд ли он там будет в такое время года.
В это время из своей комнаты выползла заспанная дочь. Она пошаркала в ванную, не сказав матери ни слова. Да Валентина уже ничего не рассчитывала от нее услышать. Она по обыкновению заварила дочери кофе и нарезала бутерброды. Артемка вставал немного позже и вполне мог самостоятельно приготовить себе завтрак.
