Мою безобидную подколку прервало появление Идриса. Он буквально вломился в купальню — бодрый и нахальный, словно не было нескольких часов выматывающей уборки. Так еще и сразу начал раздеваться!
Даже разрешения не спросил!
— Вижу, я вовремя. Рад, что у тебя есть настроение для совместных водных процедур, бабочка моя. Я как раз в них нуждаюсь… А ты, синевласка, можешь идти. Свободен, — последнее прозвучало слегка ревниво. Ревниво? Чего?
Фиралис закрыл меня внезапно появившимся хвостом и резко возразил:
— У вас нет полномочий пребывать здесь. Вас не приглашали!
— Нет, знаешь, Фир… пускай, — украдкой подмигнула наложнику и, нацепив на себя сокрушенный вид, призналась: — Хорошо, что ты пришел, Идрис. Ты, действительно, вовремя. Прошу — располагайся, — вытащила ноги из воды, гостеприимно уступая скиру место. Пока Идрис, не подозревая подвоха, с улыбкой победителя устраивался в медной ванне, приблизилась к двери.
Набрав в легкие воздуха, крикнула в приоткрытую створку:
— Кто хочет поиграть в водную войнушку? Идите сюда, дядя Идрис сам вызвался!
Пожалуй, это было слишком жестоко. Но вы бы видели выражение лица скира, когда из глубин особняка, нарастая, донесся грохот маленьких ножек, спещащих испортить ему романтический настрой.
Нет, ну а что? Сам же хотел совместные купания!
18. Глава, в которой разворачиваются основные события и начинается "пушистый зверек"
Белый цвет ему ужасно не шел.
Особенно отчетливо я это видела, когда Каин выпрямился над толпой раболепствующих фениксов, что оккупировали землю вокруг нашего дома. Уходить они не желали. Извинятся за доставленные неудобства тоже. Точнее как: они готовы были сказать что угодно, но при этом не делали никаких выводов и уж точно не собирались прекращать нас прославлять. Буквально каждый житель квартала теперь знал, что здесь живут спасители империи. Избранники судьбы.
Мне даже не надо было находиться рядом с мужем — все читалось по его лицу. Раздраженному и усталому.
У фениксов было предсказание. И те носились с ним, как поехавшая мать с горячо любимым, но весьма посредственным чадушком. Пестовали, совали всем под нос, требовали восхищаться.
— Ставлю на то, что он сейчас их в круг скатает, — хмыкнул Шиан.
— В шар, неуч, — со вздохом возразил Луис. — И не будет он этого делать. Скорее аурой придавит, так чтобы отползти не смогли. Жаль, красноречие не его конек.
— Вы оба неправы. Ставлю свой позолоченный ночной горшок, что ничего ящер с ними не сделает. Уж больно он мягкотелый. Я это еще по прошлой битве понял… — растолкав остальных, к окну подошел Идрис. — А вот послала бы меня разобраться, и эти огнеперые фанатики уже висели бы на ближайших деревьях, тихие и мертвые!
Как и мы с Каином он был при полном параде: камзол из черного паучьего шелка, корона с желтыми алмазами, короткий клинок на бедре. Если бы не лед в глазах, его легко можно было спутать со сказочным принцем — таким заманчивым получился образ.
Оборотни принялись спорить, а я, покачав головой, вновь выглянула наружу. Ну, блин, они начали водить хоровод!
Дракон был растерян. Надеюсь, ему хватит терпения. Методы, предложенные Идрисом, мне не нравились, как и то, что эту душевную простоту могла перенять наша дочь. Она и так слишком просто относилась к чужой боли.
Рядом звякнул метал. Знакомо так, словно несколько медных пластинок гя трутся друг о дружку в тесном мешочке.
— Хватит! Надоели со своими ставками. У нас во дворе секта организовалась, а вам все повод для смеха… А ты, — ткнула пальцем в Идриса. — Ты плохо влияешь на моих мужей. Еще раз попробуешь напоить их или устроишь от скуки бои без правил с волками — выгоню на улицу!
— Они сами хотели подзаработать…
Я зарычала.
— Молчу-молчу. Но все же замечу, что ты опять мыслишь человеческими шаблонами. Для местных, что я, живущий в твоем доме, что эти полубезумцы — признак влияния. Твоя семья притягивает к себе всех, удерживает и подчиняет.
— А ну не делай вид, что ты тут раб на галерах! Тебя один раз заставили починить стену.
Идрис снисходительно дернул уголком тонких губ. Взмахнул рукой:
— Снова неверный вывод. Подчиняют не только силой, все мы в некотором роде рабы чего-либо… или кого, — на меня бросили вызывающе-двусмысленный взгляд. А он не терял надежды — даже купание с десятком вопящих плюющихся мальчишек не остудило пыл. Неприятно признавать, но подобное упрямство внушало восхищение.
В игровой что-то грохнуло, затем раздался смех скорпионов.
— Я все уберу, — раздался из соседней комнаты голос Фиралиса.
— Спасибо! Фир, ты лучший!
В последнее время Зира все охотнее участвовала в играх. Правда, выглядело это "слегка" странно. Юная королева отдавала братьям приказы и даже соорудила себе подобие трона, на котором разъезжала по дому. Конечно, можно было вмешаться, да вот только детям таскать ее очень даже нравилось. И я забила.
Теперь они, видимо, двигали мебель. Мать года, дамы и господа!
— Эй, ты слушаешь? — Идрис хотел приблизиться, но был оттеснен мгновенно среагировавшим Шианом. — Расслабься. Никто из правителей и слова не скажет про вашу чудаковатую парочку. В мире полно проблем, перед которыми меркнет любая сплетня или дурной слух…
Как же я хотела в это верить. Природные катаклизмы и пандемия должны переплюнуть существование черного дракона, который, к тому же, являлся некоронованным наследником престола.
Тем временем первая процессия с юга пересекла границы Нан-Шэ, принося с собой множество проблем и загадочных событий.
***
Не знаю как, но Каину удалось убедить неугомонных пернатых подстрекателей на время пребывания правителей других государств поумерить свой пыл и исчезнуть с радаров. Судя по всему, он что-то им пообещал, но что именно — осталось загадкой. Дракон лишь усмехнулся и ласково погладил меня по щеке.
Мы собрались в холле, когда со двора прибежала толпа детей, возглавляемых Зирой.
— Скоро ты сможешь использовать их, как оружие массового поражения, — усмехнулся Идрис.
Я хотела возразить, но затем отыскала среди своих чумазых отпрысков Фенрира с Хакуроном. Пушистых волчат таскали
