на руках, перехватив их под пузом, словно те были мягкими игрушками. Кто бы поверил: десятку бета-оборотней удалось затискать наследников главы клана до состояния полной нирваны!
— Ах, мамочка, ты такая красивая, — с восхищением воскликнул Сэдж, протягивая ко мне ручки, испачканные в земле.
Ой-ой!
К счастью, Зира молниеносно среагировала, и мое благопристойное струистое платье в тон наряду дракона было спасено. Перехватив брата за хвост, она дернула на себя и серьезно сказала:
— Забыли? Сегодня важный день, во дворце императора соберутся лидеры малых и больших народов. Не висните на матери, олухи. Это неприлично.
— Спасибо, милая. Но, пожалуйста, следи за речью.
— Угу… А почему вы оба в белом, если цвет клана людей другой? — поинтересовалась Зира, придирчиво окидывая меня взглядом.
Я пожала плечами. Что тут скажешь? Мы должны подчеркнуть связь с императорской семьей, никакой обособленности и, не дай предтечи, упоминания, что Каин проклятый. Скучная аморфность. Хорошо хоть украшения входили в установленный дворцом регламент — а то совсем за бедных родственников сошли бы.
— Ведите себя хорошо. Мы ненадолго.
А сама посмотрела на Кориандра, который сегодня решил остаться дома — для всеобщего спокойствия. Он понял намек. Подошел, надеясь развести отпрысков по комнатам, и это вылилось в бесконечный поток требований:
— А если будем послушными, дашь печенье?
— Дай, дай!..
— Прямо сейчас!
— Вы скоро вернетесь?
— Мы голодные!
— А я хочу хвост дяди Каина! — голос Ская выбился из общего гомона, заставляя дракона нахмуриться и как-то подобраться.
Я громко прыснула — и почти сразу все присутствующие (кроме сдержанного Фиралиса) расплылись в улыбке. Напряжение немного спало. Мужчины засуетились. Кто-то кинулся успокаивать детей, кто-то в очередной раз объяснял Идрису этикет.
Я же наклонилась к Зире и прошептала:
— Позаботься о них, ладно? — на что получила размеренный кивок.
Вскоре прибыл паланкин для скира. Правильное решение: его и так связывали с моей семьей, а совместное появление и вовсе добавило бы паука в список моих мужчин, чего, надо признаться, я надеялась избежать.
Нас с Каином повезли отдельно, со всеми почестями. Внутри четырехместной кабинки было душно. Я прислонилась сначала к каменному плечу дракона, потом подлезла лбом ему под подбородок, наслаждаясь столь желанным холодом. Он привычно обхватил мою талию. Нам не нужно было говорить, чтобы понимать друг друга.
Опасения. Тревоги. Любопытство и азарт. Вереница ярких вспышек в потоке объединенных мыслей и чувств.
Сегодня весь мир увидит, что мы из себя представляем.
19
— Наконец-то! Я сейчас спячу, голубоглазая, они же все тут пометили… Гады рогатые! Ну для кого ночные горшки придумали?!
Такими «радостными» новостями нас встречали на входе в малый дворец ветра. Взъерошенная наложница, которую будто лизнула корова, нервно покусывала ноготь на мизинце, одновременно пытаясь вернуть прическе изначальный вид.
Рыжие локоны выбились из объемной пирамидки и торчали в стороны. Платье — куда более открытое, чем мое — смялось и будто немного намокло. Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать.
— Что с тобой, Ли?
На меня уставились с негодованием:
— Ты еще спрашиваешь? Кочевые племена с пустошей, которых Аттис, сиятельную мозоль ему на сидалище, спихнул на меня! А-а-а, убью этого дракона!
— Они уже приехали?
— Прямо на заре… И как, скажи на милость, их развлекать? Это же дикари! Один из них прямо при мне пытался вазу отлюбить! О-о, предтечи! — словно в подтверждение ее слов, позади, за воротами раздался хруст, радостный вопль и грубый хохот. Лисицу аж передернуло.
— Они ужасны, Соня, просто ужасаны. Я так больше не могу. Сделайте что-нибудь, умоляю, мы с папой уже не справляемся.
Меня с помрачневшим Каином стали активно подпихивать в сторону дворца. Там на данный момент внутри происходило нечто среднее между пьяной дракой в трактире и стандартным содержанием передачи о дикой природе.
Несколько рослых загорелых оборотней сидели на мраморной статуе предыдущего императора и швыряли в потолок ножи; другие пили воду прямо из фонтана; остальные же собрались в полукруг и подбивали двух изрядно пьяных товарищей на драку — воины уже расходились в стороны для разбега.
Стоял жуткий шум. А я все пыталась вспомнить, чему меня учил Луис.
Туры.
Племя независимых травоядных, прославившихся своей отбитостью и любовью к сражениям. Их никто не приглашал, но Аттис благоразумно решил не рисковать и выдал нам всем памятку с правилами поведения в таких случаях. Турам нельзя смотреть прямо в глаза. На рога тоже — это может спровоцировать агрессию. А уважают они…
Мимо, сбивая меня с мысли, пронесся взмокший, раскрасневшийся от натуги Кассий.
— Прошу вас, не надо, поставьте вазу — она не для этого… И не жуйте шторы, они из императорского шелка…
Пожилой советник из последних сил пытался минимизировать ущерб, причиняемый незваными гостями, но получалось плохо. Его голос тонул в грохоте сталкивающихся каменных лбов.
— О, какая самочка!.. День размножения наступил раньше положенного, или я слишком пьян? — еле передвигая ногами, к нам приблизился молодой кочевник с перебитым носом. — Иди-ка сюда, красавица, Тронг знает, как тебя, ик, порадовать!
В следующую секунду последовало вполне ожидаемое наказание.
Нахал, взглянувший на чужую жену, распластался на полу морской звездой, хотя дракон не прикасался к нему и пальцем. Только взглянул — и тело молодого воина само полетело вниз с жуткой скоростью. Затем последовала цепная реакция.
Абсолютно все рогатые кочевники начали падать, словно стайка птиц, попавшая в облако ядовитых испарений. Стало тихо. Лишь кое-где звучали стоны и смешки потерявших ориентиры драчунов.
Каин возвышался над ними всеми, прямой, как стрела, с тяжелым взглядом непроницаемо-черных глаз. И когда его рука мягко обвила мою талию, я осознала — сейчас мы, действительно, напоминали парочку злодеев. Начиная с эффектного появления и заканчивая не самой хорошей репутацией.
— Хвала небесам, вы здесь, — Кассий подбежал, на ходу сгибая спину в глубоком поклоне. — Герой Куа-Цина, дорогая невестка!
Я заметила эту разительную перемену в отношении. Кажется, один
