– Что еще за дела? – ворчала Сара в своем углу. – Лучше послушайте, как они там расшумелись внизу!
И верно, шотландцы шумно требовали своего шефа: они кричали, стучали ложками и тарелками по деревянному столу. Упала перевернутая скамья, и затем послышались шаги на лестнице и голоса приближавшихся людей. Испуганная Катрин трясла Готье.
– Ради меня беги, спасайся!
– Куда? Туда, где я вас никогда больше не увижу?
– Возвращайся в Монсальви, к Мишелю и жди моего возвращения. Только быстро… Я слышу их шаги!
Сара уже открывала узкое окно, которое, к счастью, выходило на крышу пристройки. Холодный, зимний ветер ворвался в комнату, и Катрин, дрожа, куталась в одеяло. Шаги приближались. Люди, должно быть, уже хорошо выпили…
– Я поговорю с ними, чтобы выиграть время, – сказала Сара. – Но ему надо быстро убегать… Лошади стоят в сарае. Если мы выиграем час или два, ему нечего бояться. Спешите, а я заставлю их спуститься вниз…
Она исчезла за дверью. И вовремя. Появился свет свечи, и раздался мужской голос.
– Что еще за гвалт? – стала ругаться Сара. – Вы что, не знаете, что госпожа Катрин себя плохо чувствует? Она с таким трудом заснула, а вы орете у ее двери! Что вам нужно?
– Извините! – ответил пристыженный шотландец. – Но мы ищем командира.
– И вы ищете его здесь? Странное дело…
– Дело в том… – человек замолчал, а потом захохотал и добавил: – Он нам сказал, что хотел ненадолго зайти к прелестной даме… узнать, как она себя чувствует.
– Так вот. Его здесь нет, ищите в другом месте… Я видела, как он направлялся к скотному двору, который сзади… я думаю, что он потащился за девкой.
Катрин с бьющимся сердцем слушала разговор, схватив за руку Готье. Она чувствовала, как нормандец дрожит. Но знала, что дрожит он не от страха. Там за дверью люди со смехом уже спускались с лестницы, сопровождаемые Сарой. Несомненно, цыганка спустилась вниз, чтобы убедить их пойти искать Макларена на скотный двор, откуда не видно было Готье, вылезающего через окно.
– Они ушли! – прошептала Катрин. – Беги, сейчас же…
На этот раз он подчинился, подошел к окну, перекинул ногу, но, прежде чем вылезти, повернулся:
– Я вас увижу? Клянетесь?
– Коль будем живы. Беги быстро. Я клянусь.
– И вы меня простите?
– Да, но если ты не исчезнешь через секунду, я тебя никогда не прощу!
Короткая улыбка обнажила его зубы, и с кошачьей ловкостью, удивительной для человека его комплекции, он выскользнул наружу. Катрин видела, как он пересек крышу пристройки и спрыгнул на землю. Он исчез из виду, но уже через некоторое время она различила силуэт лошади с наездником, перешедшей в галоп. К счастью, снег глушил быстрое цоканье копыт. Катрин вздохнула и поспешно закрыла окно. Ей было холодно, и она принялась раздувать угли.
Слабость, недавняя усталость улетучились, и если она старалась не смотреть на большое неподвижное тело, лежащее поперек кровати, то, по крайней мере, это соседство больше ее не пугало. Она ощущала ясность мысли и не спеша обдумывала, как следует поступить в дальнейшем. Прежде всего надо было вытащить труп. Он не должен оставаться в комнате. С помощью Сары она вытащит его в окно и оставит неподалеку от постоялого двора, например, около реки. Тогда шотландцы его не обнаружат до рассвета, и это даст Готье преимущество в целую ночь. У нее не было никаких иллюзий относительно того, как будут развиваться события: шотландцы отправятся по следам убийцы… удар топора его выдаст. Шотландцам будет нетрудно определить хозяина топора.
Когда Сара вернулась, Катрин, уже одетая, сидела около жаровни. Она подняла голову и спросила:
– Ну, что там?
– Они уверены, что Макларен обхаживает на скотном дворе девчонку из гостиницы. Сейчас они ужинают. А что мы будем делать?
Катрин объяснила ей свой план. Теперь пришло время удивляться Саре.
– Ты хочешь вытащить этот большой труп через окно? Но нам это не удастся… мы можем свернуть себе шею.
– Главное – захотеть. Пойди за братом Этьеном. Его надо предупредить. Нам нужна его помощь.
Сара не стала возражать. Она знала, что бесполезно спорить, если Катрин выразила свое желание определенным тоном. Она вышла и через несколько минут вернулась вместе с монахом, которому в нескольких словах поведала о случившемся. Брат Этьен много повидал в жизни, чтобы чему-то еще удивляться, и проявил удивительную активность. Он полностью одобрил план Катрин и сразу же принялся за его проведение.
– Сейчас помолюсь, – сказал он, – и я в вашем распоряжении.
Встав на колени, он быстро пробормотал надгробное слово перед безжизненным телом, перекрестил его и засучил рукава.
– Будет лучше, если я вылезу на крышу, – сказал он. – Вы подадите мне труп, а я сам спущу его вниз.
– Но он большой и тяжелый, несмотря на худобу, – заметила Катрин.
– Я сильнее, чем вы предполагаете, дочь моя. Хватит говорить, принимайтесь за дело!
Он помог Катрин и Саре подтащить труп к окну и вылез наружу. Стало еще холоднее, хотя ночь была тихая.
Шотландцы, наевшиеся и пьяные, должно быть, спали в большом зале харчевни, потому что шума не было. Тело несчастного Макларена задеревенело, что усложняло действия женщин. Катрин и Сара подняли его. Несмотря на холод, они покрылись потом, обе сжимали зубы от страха. Если кто-нибудь застанет их за этим делом, одному богу известно, что случится! Шотландцы повесили бы их на первом же попавшемся дереве без всякого разбирательства… Но никто не появился, все было спокойно. На крыше пристройки брат Этьен оттащил труп к краю крыши.
– Пусть кто-нибудь из вас вылезет на крышу и подержит его, пока я спущусь, – сказал он тихо.
Не колеблясь, Катрин вылезла на крышу, осторожно спустилась к брату Этьену. Крыша стала скользкой из-за снега, но молодая женщина благополучно добралась до края крыши и поддерживала труп, пока брат Этьен с неожиданной ловкостью спрыгнул на землю.
– Я здесь, опускайте потихонечку… Все, я держу его. Возвращайтесь, я сделаю остальное.
– А как же вы вернетесь?
– Очень просто, через дверь. Моя одежда позволяет мне спокойно входить и выходить без подозрений. Я уже пробовал. Иногда я сам себя спрашиваю, не ради ли этого я пошел в монастырь.
Катрин представила улыбающееся лицо монаха, но ничего ему не ответила. Теперь, когда она больше не видела тела, она почувствовала последствия нервного шока, пережитого ею. В какой-то момент она замерла там, прямо на краю крыши. Закрыв глаза, Катрин боролась с внезапным головокружением, стараясь обрести равновесие. Небо и земля принялись водить вокруг нее свой хоровод.
– Тебе плохо? – обеспокоенно спросила Сара. – Хочешь, я помогу тебе?
