— Наверное, снова выйдешь замуж? — предположил Лео.
— Закого-о-о? — теперь Джиневра уже рыдала в голос. — Весь город уверен, что я наставляла рога Джанкарло.
У художника хватило такта промолчать, но Джинни с чисто женским чутьем угадала его мысли.
— Да, я наставляла, — сквозь слезы улыбнулась она. — Но совсем не с тем и не так, как все думают. И разумеется, никто никогда об этом бы не узнал. А теперь ни один старый баран не рискнет на мне жениться… чтобы не стать старым козлом. Хоть совсем из города уезжай.
— Что ж поделаешь, Джинни? — философски заметил Лео. — Все великие люди рано или поздно уезжали из Флоренции — Данте, Петрарка… Я вон тоже подумываю.
Джиневра зарыдала с новой силой. То ли страдала по поводу отъезда Петрарки, то ли боялась совсем пропасть без Леонардо.
— А может, вместе поедем? — предложил да Винчи. — Я попрошу дона Лоренцо отписать про тебя герцогу Сфорца. Тебя примут при дворе, и постепенно все наладится.
Никуда уезжать Джиневра, конечно, не собиралась, но наивное предложение художника ее растрогало. Она подняла голову и уже хотела поблагодарить друга, но вдруг заметила кота, гонявшего по столу какие-то бумажки.
— Лео, посмотри, что творит твой кот!
Лео обернулся, и рука его машинально потянулась под диван за ботинком.
Но Бес тоже заметил угрозу и с явным сожалением спрыгнул со стола.
Оно и понятно — чернила на листках высохли, но запах, божественный и манящий запах валерьянки, никуда не делся. И теперь из-за прихоти хозяина приходится отказываться от такого наслаждения!
Обеспокоенный Лео подбежал к столу. Слава богу, Бес не успел все окончательно запутать! Значит, слева — письмо для папы, в центре — для дожа, а справа — для управляющего. Пожалуй, нужно их запечатать, пока еще что-нибудь не случилось.
* * *
— Какого черта, я спрашиваю?!
Лоренцо Медичи сейчас вовсе не был похож на того душку с портретов работы Леонардо, празднично украшавших Флоренцию перед выборами. Лицо дона Лоренцо побагровело от гнева, щека непроизвольно дергалась, глаза метали молнии.
— Если ты не можешь запомнить, кому какое письмо предназначено, так и писал бы по одному, а не все сразу. Юлий Цезарь, понимаешь ли! Шива восьмирукий! Лапсус[15] природы!
Лео благоразумно молчал. Не от раскаянья, конечно. Он просто старался запомнить наиболее яркие, сочные выражения, чтобы потом повторить их коту.
— Почему, спрашивается, я должен перед всеми извиняться за своего шифровальщика, который по врожденному слабоумию умудрился перепутать письма? — Медичи остановил бурную речь, чтобы перевести дыхание, и в уголках его тонких губ вдруг заиграла ехидная усмешка. — Ну, положим, не перед всеми. Один раз очень даже удачно получилось. Но все равно. Что должен был подумать обо мне, к примеру, венецианский дож, получив вот такое послание: «Если бы вы сразу послушались моего совета и прорыли канал от города до моря, то не испытывали бы сейчас такие трудности с транспортировкой товара»?
Дон Лоренцо невольно рассмеялся.
— Нет, какая оригинальная мысль — прорыть канал в Венеции!
Лео вежливо хихикнул, но так, чтобы в случае чего смешок можно было выдать за приступ кашля.
— А как ты, то есть как мы, — поправил сам себя дон Лоренцо, — напугали моего управляющего на рудниках! «Передайте своему хозяину, что я плевал на его требования. В своих владениях я волен делать все, что захочу». Бедный Бартоломео решил, что я подозреваю его в двойной игре, в работе на двух хозяев. И тут же примчался во Флоренцию уверять меня в собственной преданности. Но больше всего меня восхитил мой ответ в папскую канцелярию, — уже откровенно хохотал Медичи. — «К сожалению, я не смогу приехать на ваш карнавал. Веселитесь без меня». Карнавал — это ж надо так сказать! Мактэ![16]
Увидев, что Лео не оценил юмора, дон Лоренцо пояснил:
— Дело в том, что меня вызывали в Рим на конклав кардиналов, где собирались отлучить от церкви. А я их чуть ли не комедиантами обозвал. И все благодаря тебе, Лео!
Лео виновато улыбнулся и уже, наверное, в десятый раз попытался оправдаться:
— Честное слово, дон Лоренцо, я не хотел. Это кот во всем виноват.
— Твоего замечательного кота я прикажу наградить самым лучшим куском колбасы из моих запасов, — благодушно сказал Медичи. — А ты, Леонардо, в следующий раз будь внимательней. Я ошибок не прощаю. Мне или служат верно, или стараются держаться от меня подальше. Аут Цезар, пер аспера атас.[17]
Латынь да Винчи, по обыкновению, не понял, но догадался, что «атас» миновал.
— А теперь, синьор Леонардо, я даю тебе последнюю возможность исправиться. Вот тебе письмо для герцога Сфорцы. — Медичи протянул художнику свернутый в трубочку лист бумаги. — Письмо настолько важное, что недостаточно просто переписать его твоими невидимыми чернилами. Необходимо сделать так, чтобы, попади оно даже в чужие руки, никто не смог узнать его содержание. Понятно? И смотри у меня — на этот раз без сюрпризов!
«Ты это лучше моему коту скажи!» — подумал Лео, но опять промолчал.
* * *
— Учитель, он опять ухитрился открыть цилиндр! Вот пройдоха!
— Да уж, Лео, твой кот вовсе не такая бестолочь, как ты о нем думал.
Вот уже три дня Лео с Тосканелли бились над устройством тайника, открыть который, не зная секрета, было бы невозможно. По этому поводу учитель пребывал в совершенно ясном расположении духа. «Я, — хвастался Тосканелли, — неделями могу обходиться без травки. Тут главное не втянуться».
За неимением других помощников, опыты проводились на коте. И каждый раз Бесу удавалось открыть тайник.
Ну ладно, я еще могу понять, как в прошлый раз он случайно нажал лапой на потайную скобу и освободил крышку, — вслух рассуждал Лео. — Но теперь-то нужно было развернуть одну половинку цилиндра относительно другой на строго определенный угол. Как ему это удалось?
— Ничего удивительного, — объяснил Тосканелли. — Ты ведь сам предложил спрятать в тайнике флакончик своих новых чернил. Кот учуял запах валерьянки и крутил в лапах цилиндр до тех пор, пока он не открылся. Не так ли, Бес?
Кот, добравшийся до вожделенного флакона, проигнорировал вопрос. Он уже изрядно надышался зельем и готовился к очередному концерту. В соседних домах спешно закрывали окна. Там уже привыкли к распорядку дня их гениального соседа.
На этом обычно опыты и заканчивались. Придумать что-либо дельное под звуки кошачьей серенады было абсолютно невозможно. Но на этот раз Лео успел родить новую идею еще до начала представления.
— Значит, нужно собрать корпус цилиндра из четырех или даже шести вращающихся дисков, — предложил он. — И тогда случайно найти правильную комбинацию даже этот долбаный наркоман не сможет. Извините, учитель.
По сияющему лицу ученика Тосканелли сразу догадался, что решение проблемы найдено.
* * *
— Проходите, учитель! — немного виновато сказал Лео на следующий день. — Извините, я не утерпел и провел испытания без вас. Бес два часа вертел цилиндр, но так ничего и не добился.
Обиженный кот даже не вышел встречать гостя, а с отсутствующим видом сидел возле окна.
— Прекрасно, мой мальчик! — воскликнул старый учитель, которому порядком надоел научный поиск на ясную голову. — И как мы назовем твое изобретение?
— Да какая разница?! — беззаботно ответил все еще находящийся в радостном возбуждении изобретатель. — Назовите как-нибудь помудреней. Хотя бы криптексом, все равно названия никто не запомнит.
И все же ему не терпелось объяснить Тосканелли подробности своей идеи.
— На каждом диске я по кругу нарисовал буквы алфавита. Вот этой медной полоской обозначена линия, по которой буквы нужно составлять в ключевое слово. И если его правильно, набрать, диски встанут в нужное положение, и замок откроется.
— Французы называют такое слово паролем, — подсказал учитель.
— Хорошо, пусть будет пароль, — согласился Лео. — Главное, что без него тайник не открыть.
— А сейчас он открыт?
— Конечно, я ведь еще не положил туда письмо дона Лоренцо.
Лео порылся в ящике стола, достал оттуда свернутый листок бумаги, и аккуратно опустил внутрь цилиндра.
— Все. Теперь можно отравлять.
— Постой, Лео, забеспокоился вдруг Тосканелли. — А как же герцог Сфорца узнает пароль?
Вопрос оказался неожиданным, но Лео был в ударе и сходу предложил решение:
— А я пошлю, ему другое письмо с подсказкой. И с другим гонцом, для надежности.
— Пойдет, — похвалил его старый учитель, — Пищи скорей свою подсказку, Лео, и закончим с этим хлопотным делом!
Увы, все оказалось не так просто.
— Бес, куда ты опять спрятал мое перо? — разнесся по окрестностям разгневанный крик великого изобретателя,
