— И мы продолжим, пока не найдем проклятого убийцу. — Синклер пристально посмотрел на него. — Я проверил: стол в кабинете расположен в двенадцати футах от двери. Он ближе к окну, но одна оконная створка забита намертво, а другая так скрипит, что поднимет мертвого из могилы.
— Достаточный сигнал для твоего брата, — сказал Криспин с его обычной проницательностью, — но он не видел необходимости встать или достать оружие.
— Точно. Готов биться об заклад, что Томас был хорошо знаком со своим убийцей. И мне кажется, мы должны исходить из этой предпосылки.
— Тогда никаких изменений в списке подозреваемых?
— Незначительные. Я хочу иметь твердое алиби от каждого из свидетелей, прежде чем мы отметем их. Уолли, ты займись мистером Рамсеем Дюпоном. Сомневаюсь, что это наш человек, но у него сейчас полоса неудач. Ты, Бейтс, возьмись за лорда Перингтона, который любит топить котят и успешно занимается экспортом. А граф Килкерн — твой, Криспин.
— Ну и повезло мне, — пробормотал шотландец. — Сам Сатана. Ты не подозревал его раньше.
— Зато сейчас подозреваю. — Это была не совсем правда, но Синклер не мог забыть радостную реакцию Виктории на появление Килкерна. Он был бы более чем доволен, если бы удалось выяснить что-нибудь неприятное о Люсьене Бэлфоре.
— Мы будем связываться через леди Стэнтон, а если я не получу от вас известий до четверга, встретимся в борделе Джезебель в полночь.
Бейтс прищурил глаз:
— Эй, Син, ты уверен в этом?
— Да. А что?
— Ты же знаешь, что женатый джентльмен у Джезебель вызовет удивление многих посетителей.
Синклер выругался:
— Ты прав, черт побери. Значит у Будлса. Ты там по-прежнему на хорошем счету, Криспин?
— Надеюсь! Слишком приличное местечко для нас, но мы справимся.
— Тогда до встречи. И будьте осторожны.
— Тот же совет тебе, Син, — сказал Криспин. — В твоей жизни были сумасшедшие поступки, но жениться потому, что тебе нужен список подозреваемых, — это ненормальный поступок даже для тебя.
— Или, возможно, моя самая блестящая операция, — предположил маркиз.
— Да. Или это произошло по совершенно иной причине.
Синклер нахмурился:
— Например?
Криспин улыбнулся:
— Спокойной ночи.
Через минуту трое мужчин растворились в темноте.
Синклер на мгновение задержался на месте встречи, затем подошел к открытому окну кабинета. Захочет Виктория разделить с ним ложе или нет, она уже ответила на несколько вопросов о трех подозреваемых и о реальном пути проникновения в дом.
Виктория отошла от окна. Она не могла отчетливо видеть их, но была абсолютно уверена, что именно с этими тремя джентльменами Синклер разговаривал на свадьбе. Забавно. Тогда они выглядели безнадежно глупыми и пьяными, но сейчас, на конном дворе, казались такими же трезвыми, как и он. Весьма странно.
Девушка села на край постели и с отсутствующим видом погладила Лорда Бэгглса. Она не знала таких повес, которые прятались на своем собственном конном дворе посреди ночи, с оружием и, очевидно, были способны умело обращаться с ним. И это было еще не все. Прямая напряженная линия его фигуры, свобода в разговоре и жестах напомнили ей о другом Синклере Графтоне, о том, чей поцелуй опрометчиво толкнул ее на этот брак.
Виктория вздохнула, чувствуя безграничную усталость. В том, что ей приходилось следить за ним, была его вина, потому что она лишь смотрела на лунный свет — именно он дал ей возможность все видеть.
Вероятно, у него найдется совершенно логичное объяснение этой странной короткой встречи, однако ее вопрос означал бы признание в том, что она наблюдала за ним из окна. Пока еще она не была готова услышать или дать объяснения, так как до сих пор не разобралась, как в такой короткий срок ей удалось оказаться замужем.
Когда Виктория спустилась к завтраку, Синклер уже отправился на конную прогулку. Обычно к этому времени в маленькой гостиной Фонтейн-Хауса уже находились два-три молодых человека с приглашениями на пикник или прогулку в экипаже на тот случай, если у нее вдруг появится свободная минута в течение дня.
В Графтон-Хаусе она была полностью лишена этого удовольствия. За исключением легкого раздражения по поводу того, что ее игнорировали и ею пренебрегали, ей это даже понравилось. Не было никого, перед кем нужно было казаться умной, с кем приходилось разговаривать о том, что она уже сотню раз обсуждала раньше.
— Майло, — позвала Виктория, намазывая маслом тост, — сегодня утром я ожидаю, что мне кое-что привезут из дома. Как лорд Олторп относится к животным?
— К животным, миледи?
Она улыбнулась, увидев его озадаченный взгляд.
— Да, к животным.
— Не знаю. После приезда он купил несколько лошадей, если это то, о чем вы говорите.
Виктория поднесла тост к губам.
— Ты сказал «приезд», а не «возвращение». Ты не знал лорда Олторпа до того, как он принял титул?
Дворецкий наполнил ее чашку.
— Я встречался с ним раньше, вскоре после того, как стал работать здесь. Его визит, однако, был довольно… кратким, и, естественно, лорд Олторп не представил нас друг другу.
Это было чрезвычайно интересно. Хотя дворецкий не сказал ничего определенного, да и не скажет, если он достаточно сообразителен, у нее возникло отчетливое чувство, что ему не нравится новый хозяин.
Поскольку Синклер не был склонен много рассказывать о себе, ей придется пойти по другому пути.
— Это досадно, принимая во внимание нынешнюю обстановку, — продолжала она, кладя ложечку сахара в чашку с чаем. — Покойный маркиз любил своего брата?
— Я не посвящен в его личную жизнь, но могу сказать одно: они поссорились тогда, и после прежний лорд Олторп редко говорил о своем брате — разве что при чтении утренних газет.
— Газет?
— Да. Несколько раз во время завтрака я слышал его восклицания по поводу того, как глупо Синклер рисковал. Это, признаться, все.
— Как жаль, что братья не ладили между собой. Я часто мечтала о сестре, с которой можно было бы поболтать.
— Есть еще молодой Кристофер. Лорд Олторп — покойный лорд Олторп — души в нем не чаял.
Виктория благосклонно кивнула. Так легко было иметь дело с мужчинами.
— Похоже, тебе самому нравится Кристофер.
— Очень приятный молодой человек.
— Я встретила его вчера. Мне он тоже показался очаровательным. Странно… мой муж никогда раньше не упоминал о нем. — Так непривычно казалось именовать Сина мужем, но не называть же его постоянно маркизом или лордом Олторпом!
Виктория дотронулась до ливреи Майло.
— Благодарю. Я ценю твою помощь. — Она улыбнулась. — Боюсь, что мне предстоит еще многому научиться, и теперь я нашла себе учителя.
