— Да, знаю. Где я буду спать?
Синклер предполагал, что Виктория изменит свое решение, и не объявлял всем и каждому, как они проведут медовый месяц. Так у него по крайней мере оставался шанс.
Виктория взглянула на него, затем опять отвернулась к окну. Поскольку Синклер хочет остаться в Лондоне, она вынуждена согласиться. Ему даже не пришло в голову, что ей захочется, чтобы с ней посоветовались относительно их планов. Раз от раза маркиз казался ей все более невоспитанным. Это еще одно разочарование для каждого из них.
— Полагаю, мне не удастся убедить вас присоединиться ко мне…
Виктория повернулась к нему лицом.
— Нет, и вы не сможете заставить меня…
— Я не сделаю этого — мягко перебил он. — Это несовместимо с моей моралью. — Поймав ее любопытный взгляд, устремленный на него, Синклер нахмурился: — В чем дело?
— Принимая во внимание поспешность, с которой вы женитесь, я могла бы предположить, что у вас есть намерение создать семью. Вы сказали, что этот брак был, в конце концов, удобен для вас.
— Я люблю, когда мне бросают вызов.
— Счастлива оказать вам эту услугу. — Она улыбнулась.
— Слава Богу, — буркнул маркиз. Ее слова произвели на него впечатление, несмотря на значительные неприятности, которые он предвидел для себя. — Меня легко уговорить, Виктория. Я хочу вас. Я снова хочу коснуться ваших губ.
Девушка покраснела.
— Вам не скоро это удастся, милорд.
— Син, — поправил он. — Я с нетерпением буду ждать этого момента в будущем. Пока же для вас приготовлена соседняя с моей спальня. Дверь запирается с обеих сторон. Я дам вам ключ.
— И у вас тоже будет ключ?
Он покачал головой:
— Вы довольно скоро пригласите меня.
Экипаж качнулся в последний раз и остановился. Обычно достаточно было одной-двух секунд, чтобы лакей открыл дверцу, но Синклер понимал, что их ранний приезд вызвал переполох в доме. Действительно, прошло около минуты, прежде чем запыхавшийся Орсер распахнул входную дверь.
— Простите, милорд, мы не ожидали вас так рано.
— Я так и понял.
Синклер заранее дал указание челяди выстроиться перед домом, чтобы приветствовать новую хозяйку. Пока они выходили из экипажа, все двадцать слуг, нанятых в Лондоне, уже стояли в ряд вдоль короткой подъездной дорожки.
— Ну вот, я опять создала суматоху, — пробормотала Лисичка.
Он улыбнулся, ведя ее к началу строя.
— Мы живем в суматохе. По крайней мере я.
— Остается это увидеть, милорд, — сказала Виктория, освобождая свою руку, и затем, вежливо кивнув слугам, остановилась возле одного из них.
— Майло, — позвал маркиз, и тот выступил вперед. — Виктория, это наш дворецкий Майло.
Слуга поклонился.
— Леди Олторп!
Синклер отошел в сторону, наблюдая, как Майло представляет Виктории старших слуг. Точно так же несколько недель назад они встречали его. Сегодня, однако, несмотря на возбуждение, слуги не казались такими растерянными. Но Виктория не заменяла любимого хозяина или хозяйку, как это было с ним; ее репутация была не такова, чтобы приветствовать ее пощечиной у входной двери. От этой сцены встречи он испытал облегчение; ей будет нелегко с ним, и не хватало только, чтобы слуги наносили дополнительные оскорбления.
Роман не присоединился к остальным слугам, он намеревался следить за всем внутри дома, наблюдая и выжидая, не появится ли другой наблюдатель.
— Спасибо, Майло, — сказал маркиз, когда процедура представления закончилась.
— Милорд, могу я предположить, что вы и леди Олторп будете обедать дома сегодня вечером?
Синклер полагал, что даже для него будет слишком, если он проведет вечер, просматривая последний список подозреваемых и анализируя сведения от своих друзей, которые наверняка все еще оставались на приеме, собирая по крупицам необходимую ему информацию.
Они поднялись по узким ступеням к двери, и он остановился, глядя на свою миниатюрную жену.
— Могу я перенести вас на руках через порог, миледи?
Ее щеки слегка порозовели, однако Синклер не был уверен, нервничала она или это было раздражение.
— Нет, не стоит.
— Тогда после вас. — Пряча свое разочарование, он ввел Викторию в дом. Конечно, у нее не было причины желать его внимания, но, черт побери, это была его первая брачная ночь и он желал свою новоиспеченную жену все сильнее с каждой минутой.
Пока Виктория рассматривала темные полированные полы и холл, отделанный красным деревом, Синклеру пришло в голову, что у его брата был очень консервативный вкус.
— Маленькая гостиная — справа от вас, — он указал на ближайшую дверь, — а другая гостиная внизу. Там сохранился богатый запас превосходного бренди.
— Я бы хотела пойти в свою комнату и отдохнуть, — перебила Виктория.
— Тогда пожалуйте сюда. — Подавив вздох, Синклер повел ее к изогнутой лестнице. — Жаль, но только мы двое знаем, что наш брак — притворство.
— Простите, я устала.
— Вы уверены, что не собираетесь прятаться? Надеюсь, я не шокирую вас?
— Вы — нет. — Девушка остановилась наверху лестницы. — И прятаться я не буду, — решительно заявила она. — Это подразумевало бы, что я боюсь вас.
Он не спеша приблизился к ней.
— Хорошо. Мы сядем обедать в восемь часов, если вы не придумаете чего-то… более интересного, что мы могли бы предпринять.
— Увы, вам придется самому заняться собой. — Виктория протянула руку — жест скорее беспомощный, чем вызывающий. Она стояла посреди его дома в своем изысканном платье из шелка и кружев, и ему захотелось вынуть украшения из ее темных волос и позволить им рассыпаться по его рукам.
— Ключ, — произнесла Виктория. Синклер прищурился.
— Как вы серьезны.
— Разве я сказала что-то, что заставляет вас усомниться в этом?
Он покачал головой и улыбнулся. Опытный агент был обведен вокруг пальца слабой женщиной, которая едва доставала ему до плеча.
— Нет. — Порывшись в кармане, он достал ключ и неохотно положил его ей на ладонь. — Я не обижу вас, Виктория, и, поверьте, я не такой уж ужасный.
Девушка долго смотрела на него молча, пока он демонстрировал свою самую безобидную улыбку.
— Надеюсь, что нет, — выговорила она наконец, как бы ловя его на слове. Маркиз прошелся по холлу.
— Ваши комнаты расположены здесь. Моя спальня — за ними.
— Благодарю вас, милорд… Синклер.
— К вашим услугам. И не думайте, что вы прикованы только к своим комнатам. Этот дом отныне ваш.
— Вы не боитесь, что я убегу?
Он улыбнулся:
— До сих пор вы этого не сделали.
Казалось, он был готов весь день стоять в холле, беседуя с ней. На миг Викторию охватило желание остаться, однако она проскользнула в свою спальню и закрыла за собой дверь. И тут же вскрикнула, так как кто-то потерся о ее лодыжку.
