– Вечно вы, психологи, мудрите без надобности, – покачала головой мама и, положив на скатерть последнюю вилку, удалилась на кухню делиться с отцом новостью про меня и Артура.
В назначенный час все были в сборе.
Наша семерка свободно расположилась за длинным обеденным столом. Я, как именинница, сидела во главе стола. Напротив, через натюрморт бутылок, вазочек и салатниц – мама с папой, принаряженные и помолодевшие. Слева от меня – институтская подруга с мужем, а по правую руку – Галя и Артур. Оба тоже смотрелись славной парой. Бесцветная Галя на сей раз подкрасила ресницы и брови и уже не выглядела абсолютной альбиноской. Прибавить бы яркости ее тусклым волосам, и она вполне перешла бы в категорию привлекательных блондинок. И оделась она в этот раз продуманно, явно готовясь произвести впечатление на публику. К своим вечным джинсам подобрала черный тонкий джемпер с вырезом, в котором поблескивали какие-то молодежные украшения, на пальцах тоже были перстеньки, сверкающие простыми камешками. Хотя я сама не намного ее старше, но от блестящих побрякушек уже начинаю отходить. Впрочем, полудетский облик Гали выгодно оттенял мужественную зрелость соседа по столу. Солидного сложения Артур и одет сегодня был соответственно: строгий костюм, нежно-розовая рубашка, галстук с голубой полоской. И недавно вымытые поредевшие волосы казались пышнее, чем обычно. Определенно он хорош собой и в этом новом облике! Артуру, как и мне, тридцать четыре. Но если мне, как женщине, уже впору огорчаться от очередного дня рождения, то для него – самый расцвет. Обычно такие женихи девушек помоложе уже ищут.
Неудивительно, что и моя Галка ошалела от соседства с писателем. И, с удовольствием принимая его джентльменскую заботу о ее рюмке, принялась вопреки правилам этикета сама ухаживать за великолепным соседом. Наполняла его тарелку салатами, подкладывала под руку кусочки хлеба. То и дело лица их оказывались обращены друг к другу – я чувствовала покалывания ревности. Зачем я посадила их рядом?!
Следующие один за другим тосты славили меня, и я услышала немало хорошего о себе, даже от мамы, обычно не балующей меня похвалами, но чувствовала я себя очень одиноко, потому что по своей беспечности оказалась без пары. Вино лишь усугубляло эту грусть.
Впрочем, зря я накручивала себя. Я была в центре внимания! И друзья студенческой поры расспрашивали о работе, об обстановке на кафедре – они оба работали практическими психологами, и их интересовали новые веяния в нашей науке. И папа через стол громко хвалил приготовленное мной жаркое, перебивая мамин рассказ о том, где и как она покупала это мясо. И Артур, несмотря на то что Галя пыталась привлечь его внимание, то и дело обращался ко мне и следил, чтобы и моя рюмка не пустовала. Он что-то говорил о своей новой книге, о том, что хочет перенести действие в Питер и что испытывает к городу наилучшие чувства, хотя прожил здесь лишь два года, заканчивая школу.
Дискотеку затевать в такой разношерстной компании было неуместно, мы лишь встали из-за стола, чтобы немного размяться перед чаем. Мама с отцом заботу о перемене блюд и посуды взяли на себя. К ним присоединилась и разрумянившаяся Галя, когда Артур дал ей понять, что хочет поговорить со мной.
Он взял меня под руку, провел в мою комнату, осмотрел книжный стеллаж, гравюры на стенах. Присел на диван, похлопал по нему ладонью, испытывая пружины.
– Так я смогу у тебя сегодня остаться, Долли?
– Буду только рада, я маму уже предупредила.
– Почему ты красивее раз от разу?! Тебе очень идет эта геометрическая блузка. В жизни она выглядит еще эффектнее, чем на экране компа. Так и хочется исследовать ее с изнанки...
– Не торопись, Арт. Скоро гости уйдут и ты сможешь исполнить свое намерение. Я тоже этого хочу.
– А гости точно не застрянут здесь до полуночи?
– У коллег-психологов дома остались маленькие дети. Малыши с бабушкой, но и родителям придется поторопиться. А трусишка Галя побоится возвращаться слишком поздно, думаю, она тоже скоро уйдет.
– Может, мне следует ее проводить?
– Это уж как пожелаешь! За столом ты оказывал ей немало знаков внимания! – не удержалась я от укола.
– Не ревнуй, дурочка! Мы вызовем для Гали такси или спровадим ее вместе с твоими психологами!
– Я думаю, так будет лучше, Арт!
За чаем Артур уже следил за собой, чтобы зря не обнадеживать Галю. Был с ней хотя и обходителен, но сдержан. И до Гали наконец дошло, что Артур не случайно оказался в моем доме, он очень личный и значимый для меня гость. Ей ничего не оставалось, как благоразумно удалиться вместе с супругами-психологами.
После того как гости покинули дом, праздничная часть вечера закончилась. Мама пошла мыть посуду, отец отправился спать, а мы с Артуром закрылись в моей комнате. Впервые в жизни мы оказались наедине!
2
Мягкий свет от настенного бра освещал мою девичью келью – в этой комнатке я провела школьные и студенческие годы. Промелькнула мысль, что мой диванчик узковат для двоих.
Мы не успели раздеться, как Артур дернул за шнурок бра и в комнате стало темно.
– Зачем? Я хочу тебя видеть! – Моя ладонь потянулась к шнурку, чтобы вернуть свет в комнату.
Артур перехватил мою руку:
– Стой, не надо.
Он на ощупь стянул с меня тунику, потом стал возиться со своей одеждой. Видимо, впотьмах было трудно нащупать пуговицы. Я удивилась, подумав, что Артур – далеко не мальчик, да и мальчиком-то он был бойким, – вдруг проявил такую робость, не захотел заниматься любовью при свете. Что ж, мне действительно предстояло еще многое узнать о нем. Мы ведь никогда не были вместе.
Но мысли уже растворялись в нежных касаниях его губ. От этих касаний во мне вдруг пробудилась давно позабытая девичья тревога, а вместе с ней и давняя болезненная страсть к этому человеку. Я давно рассталась с невинностью, но сейчас вновь ощущала себя девушкой, чье тело впервые ласкают мужские руки. В глубине меня вспыхивали молнии, метались стрелы, но это мало походило на обычный секс, всегда слегка механический. Взрывы были настоящими! А наслаждение возникало еще до соприкосновения. Все происходило само собой, от одной лишь мысли, что я – в объятиях любимого. И неведомые вихри уносили нас все дальше и дальше к слепящему свету взаимной любви!
И все повторялось снова.
Наконец, полностью опустошенные, мы откинулись на подушки. Я лепетала глупые слова бесконечной благодарности – Артур эхом вторил мне.
Проснулись мы почти одновременно. Артур, сразу накинув рубашку и чуть смущаясь перед возможной встречей с родителями, прошмыгнул по коридору в туалет и ванную, но вылазка его прошла удачно: пробежал незамеченным. Затем и я последовала его примеру. Когда я вернулась в комнату, он уже полностью оделся, даже галстук нацепил. К чему такая спешка? Или перед родителями хочет выглядеть достойно? Пришлось одеться и мне. На кухне мы вдвоем позавтракали остатками праздничного ужина.
