Таким образом, получение новой неожиданной информации иногда легче дается людям с менее развитыми когнитивными способностями. Конечно, способность подслушать с точки зрения науки не относится к числу особо ценных качеств. Но умение не сосредоточиваться полностью только на одном объекте иногда полезно для освоения некоторых умений и навыков, важных для получения образования и работы, например изучения иностранных языков. Есть распространенное мнение, что людям с меньшей рабочей памятью (например, с синдромом дефицита внимания и гиперактивности) труднее действовать в сложных ситуациях. Но есть и такие сферы человеческой деятельности, где меньше значит больше. Вы увидите это ниже.
Учитесь как дети
Люди, которые начинают говорить с детства на двух языках, обычно одинаково хорошо владеют обоими в зрелом возрасте. Этого нельзя сказать о тех, кто начинает учить второй язык позже, уже в зрелом возрасте, независимо от того, сколько они корпят над учебниками. Дети так легко овладевают иностранными языками, в частности, потому, что когнитивные способности человека развиваются с возрастом. Рабочая память у детей значительно меньше, чем у взрослых. Это и помогает им быстрее схватывать иностранные слова.
Чтобы изучить чужой язык, вы должны уметь правильно отбирать различные единицы информации в разговоре. Это слова и их сочетания. Это грамматические показатели, изменяющие их значение, такие как s в английском языке (показатель множественного числа). Исследуя типовые ошибки, которые люди совершают при изучении иностранного языка, ученые обнаружили, что у взрослых и детей они разные. А причина в том, что взрослые в процессе обучения слишком активно используют рабочую память.
Например, они воспринимают слова как целые единицы. Они переносят их по отдельности или фразами в новые контексты, даже если эти единицы для последних не подходят. Поэтому зачастую взрослые сохраняют показатель множественного числа s в слове, подразумевая форму единственного числа: просто потому, что слышали слово во множественном числе и запомнили его. А дети улавливают любые отдельные единицы языка, что помогает им запоминать их быстро и правильно.
Ученые Алан Керстен и Джулия Эрлз показали, что при изучении иностранного языка взрослые лучше запоминают слова и правила их использования тогда, когда сначала эти слова им представляют отдельно, а потом в составе предложений33. Взрослые справляются с чужим языком хуже, если им сразу показывают все его сложности. Запоминание небольших единиц информации позволяет им осваивать язык так, как будто их рабочая память не задействована полностью и у них бездействует мощная префронтальная кора, как у детей. Тогда они изучают иностранные языки быстрее.
Конечно, развитые когнитивные способности в большинстве видов человеческой деятельности приносят скорее пользу, чем вред. Когда в магазине вы решаете в уме математическую задачу, выбирая самую выгодную покупку, притом что для разных товаров цены указаны за разные объемы, то чем больше развита ваша рабочая память, тем лучше. Но когда вы должны найти творческое импровизационное решение или применить гибкую тактику в разрешении проблемы, то наличие сильной рабочей памяти (и отсутствие способности «отключать» ее по команде) может создать дополнительные трудности. В таких ситуациях люди с меньшим объемом рабочей памяти справятся лучше.
Однажды итальянские исследователи попросили пациентов с поврежденной в результате несчастного случая или инсульта префронтальной корой поучаствовать в решении необычных математических задач. С этой же просьбой они обратились к группе здоровых людей34.
Вначале обеим группам предложили арифметические задачи вроде представленных ниже. Задачи были изображены на спичках.
По сути, это не математическая задача. Суть в том, чтобы, передвинув одну спичку, получить правильное арифметическое выражение. Нужно было переместить самую левую спичку вправо от римской цифры V, чтобы получилось так:
Более 90% здоровых участников и столько же пациентов с нарушениями префронтальной коры правильно решили задачу. Это неудивительно: решение лежит на поверхности.
Но картина изменилась, когда условия задачи поменялись:
Здесь участникам эксперимента предстояло отойти от чистой арифметики и вообразить другое возможное использование спичек. Только 43% здоровых людей смогли решить ее. Удивительно, что гораздо больше — 82% — пациентов с нарушениями префронтальной коры нашли правильное решение.
Сдаетесь? Нужно изменить знак «+», повернув вертикальный штрих на 90 градусов — в горизонтальное положение. При этом выражение превращается в математическую тавтологию.
Пациенты с пораженной префронтальной корой смогли посмотреть на проблему с необычного угла и увидеть возможность превращения знака «+» в знак равенства. Здоровые участники были слишком сосредоточены на математической сути задачи и не смогли увидеть нестандартного решения.
Больше или меньше?
Каков вывод? С одной стороны, более развитая рабочая память — это хорошо. Люди, у которых она действует активнее, как правило, достигают по всем привычным меркам высоких результатов в учебе. С другой — мы только что увидели несколько примеров того, как способность сосредоточиваться на одной единице информации или раздражителе и игнорировать другие (основа рабочей памяти) может помешать творческому мышлению, изучению языков, принятию импровизационных решений.
Вспомните о Саре, семикласснице, которую родители перевезли из Окленда в Пьедмонт, чтобы она посещала лучшую школу. Сара никогда не блистала по общепринятым показателям вроде текущих оценок и результатов тестов. Скорее всего, ее отнесли бы к нижней части группы сверстников по показателю рабочей памяти. Однако она всегда мыслила творчески и умела находить новые, нестандартные пути решения проблем. В итоге ее ждал успех в рекламном бизнесе — сфере, где умение находить необычные решения и импровизировать не только важно, но и необходимо. Но что лучше? Превосходить других в когнитивных способностях или нет? И да и нет. Оптимальный вариант — иметь достаточные мыслительно-аналитические способности и в то же время быть в состоянии в нужный момент «выключать» их, когда они не дадут преимущества.
Психологи из Университета штата Луизиана, кажется, нашли элементы ключа, с помощью которого можно достичь этой цели, по крайней мере при изучении иностранных языков. Взрослым удается достичь лучших результатов, когда они могут рассредоточивать свое внимание и не зацикливаться на том, что они в данный момент пытаются заучить35.
Взрослым удается достичь лучших результатов в изучении нового для них языка тогда, когда они могут рассредоточивать внимание и не зацикливаться на том, что они пытаются заучить, — то есть тогда, когда они больше походят на детей с неразвитой префронтальной корой головного мозга.
Ученые рассказали студентам об американском жестовом языке (амслене) для глухих и пообещали научить их простым предложениям вроде «Я помогу тебе» или «Ты поможешь мне». Студенты просмотрели видеозапись, на которой предложения сначала показывались в письменном виде, а затем воспроизводились жестами. Некоторые запоминали комбинации жестов, ни на что не отвлекаясь. Другие просматривали видеозапись с жестами и одновременно выполняли другие отвлекающие задания. Например, подсчитывали количество высоких звуков, которые были также записаны на видео. В конце студентов попросили попытаться составить новые предложения из жестов, которые они запомнили.
Студенты, которые ни на что не отвлекались в процессе запоминания жестов, в составлении новых предложений оказались хуже тех, кто слышал отвлекающие звуки на видеозаписи. Более того, первая группа проявила себя хуже в узнавании отдельных жестов в предложениях, которые уже показывались. А ведь составление комбинации новых слов — главное в освоении языка. Зато студенты, которых отвлекали от основного занятия, были вынуждены сосредоточиваться на отдельных жестах, потому что не могли удержать все предложение в рабочей памяти. Это позволило им легче встроить отдельные жесты в новые комбинации. Эта группа студентов проявила качества мышления, подобные детским. В результате они оказались лучше в изучении языка жестов.
Кроме того, мы с коллегами установили, что очень опытные гольфисты имеют больше шансов уверенно загнать в лунку несложный мяч с расстояния в метр тогда, когда мы помогаем им «отключить» работу префронтальной коры36. Натренированные удары идут легче, если игрок не слишком сосредоточен на своем действии. Уменьшение влияния рабочей памяти и сознания на выполнение хорошо усвоенных навыков может повысить вероятность успеха. Умение гольфиста вовремя посчитать от трех до одного или спеть вполголоса какой-нибудь мотивчик помогает ему «сжечь» излишки рабочей памяти, которая иначе вызвала бы излишнюю концентрацию на действии и возможный срыв.
