— Нет, ну дурачина, а! — всплеснула руками Ксеня.
— А я все равно за вами пойду! — с отчаянной решимостью воскликнул парень! — пойду!
— И пойдет же, — усмехнулся Арххаррион, — этот и в Черту за нами потащится.
— Как в Черту? — Данила побледнел.
— Как-как… — передразнила Ксеня, — вот я тебе сейчас скажу как…
— А хоть и в Черту- выкрикнул упрямо Данила, — да хоть в Бездну!
Лорд Даррелл и Арххаррион молча переглянулись. Демон усмехнулся, а Шайдер покачал головой. Несмотря на непонятную вражду между ними, понимали эти двое друг друга без слов.
— Ладно, оставайся… — вздохнул лорд, — все равно же от тебя не отделаться… прибить разве что.
— Хорошая мысль, — серьезно сказал Арххаррион.
Данила торопливо отполз от него еще дальше. Но в глазах его уже загорелась надежда.
— Вы не пожалеете, чес слово! Я ж помогать буду! Я все могу! Лошадей, там, почистить, воды принести, одежду починить… И травки всякие знаю, меня маманя научила! И сильный я! Вона, смотрите! Счас…
Парень вскочил, тряхнул белобрысой башкой, и под нашими изумленными взглядами, обхватил ствол поваленного дерева и попытался его приподнять. Лицо покраснело от натуги, синева под глазом стала фиолетовой… выглядел Данила устрашающе. Правда, пугал не хваленной своей силушкой, тяжелое бревно так и не сдвинулось с места, а обещанием свалиться без чувств от напряжения!
— Данила… — позвала Ксеня, — ты часом из люльки в детстве не падал? Головушкой не ударялся? Раз, эдак, пяток? Подряд?
Парень отпустил несговорчивое бревно и, ничуть не сконфузившись от неудачи, кинулся к лошадям, стреноженным и мирно дремавшим в сторонке.
— Тогда я сейчас лошадок почищу! И накормлю! И воды… да!
— Да угомонись уже, — устало сказал Шайдер, — герой… Лучше бы о Кайросе позаботился нормально…я тоже хорош, нашел, кому чистокровного рьяда доверить… вот же, чхер ман брох…
— Да вы что, лорд Даррелл! — завопил обижено Данила, — да я о вашем Кайросе знаете как заботился? Да я ж ему и сена и овса… И конюшню на постоялом дворе! Все для него!
Я внимательно посмотрела в осунувшееся лицо парня. Да, Кайроса он хорошо кормил, а вот сам, похоже, на сухой ковриге три дня сидел. И спал где придется, вон помятый весь, да конюшней пропахший… Конечно, откуда у Данилы деньги на дальнюю дорогу, платную койку и сытный обед? Перебивался, как мог.
Я протянула ему ломоть хлеба и кусок холодного мяса. Уж что-то, а голодный блеск в глазах, я после жизни в приюте всегда различу.
Данила благодарно кивнул, и отхватил сразу пол куска, шумно сглатывая и причмокивая. И мучительно покраснел от издаваемых звуков.
Ксенька насмешливо фыркнула, и парень, чуть не подавившись, мучительно закашлял. Я похлопала его по спине и погрозила кулаком подруге. Та снова фыркнула.
— Данила, ешь спокойно, не переживай, — успокоила я парня, — а потом можешь вон там, у костра располагаться. И в котелке еще горячий травник остался!
— Ага, только прежде пусть помоется, сходит, — съехидничала вредная Ксеня, — а то навозом на весь лес разит!
— Ксеня! Прекрати!
— Тоже мне ромашка полевая нашлась, — набычился Данила и тайком себя понюхал.
— Во-во! — обрадовалась девушка, — ты нюхни, нюхни! Глазки — то не режет?
— Да ты…
— Молчать, — тихо сказал Арххаррион и все разом замолчали. — Ты, — он кивнул Даниле, — к роднику мыться и спать. Вы обе- это он нам, — просто спать. Немедленно. Надоели.
И мы потихоньку расползлись в разные стороны. Как-то ослушаться демона и мысли не возникло.
— Странно, — задумчиво сказал Шайдер, снимая седло со своего жеребца, — почему Кайрос такой спокойный? Он же Темных на дух не переносит…
— Такую неприязнь к Темным лично тренировал? — осведомился Арххаррион.
— А как же! Старался… а тут стоит рядом с Повелителем Тьмы, и даже не дергается… Хм…
У меня были предположения по этому поводу, но демон сказал спать, значит, и пойду — спать. Пусть сами думают, раз такие умные!
* * *
Утром, едва заалела на горизонте тонкая полоска зари, нас разбудил Арххаррион. Неужели он, правда, совершенно не спит?
Наскоро умывшись холодной водой из родника и перекусив, мы снова уселись на лошадей и отправились в путь. Только теперь лорд Даррелл восседал на Кайросе, а Данила на пегой лошадке лорда.
Через пару часов, когда солнце уже взошло, и вовсю грело нам спины, а сторожевая башня скрылась из вида, мы добрались до края Черты.
Граница с Черными Землями ощущалась всем нутром. Воздух здесь был плотнее и суше, висел сухим маревом. Полностью исчезла растительность. Серый пепел, устилающий землю, уже лежал не рваными клочьями, а ровным бескрайним покрывалом.
Данила, который был таким же неумелым всадником, как и я, и держаться старался со мной рядом.
— А зачем нам туда? — с испугом спросил он.
Я тихо ввела его в курс дела, рассказала про Ксеню. Некоторое время парень молчал, обдумывая услышанное. Потом, к моему изумлению, обрадовался.
— Так Ксенька такая вредная, потому что в ней Тьма поселилась?
Святые старцы! Вот логика-то…
— Нет, Данила, уж прости, — хмыкнула я, — Боюсь, Ксеня такая вредная, потому что… вредная!
Парень смутился.
— Ну, то есть, я думал… Я хотел сказать… Эх!
Мы помолчали, думая каждый о своем.
— Ох, ты ж!!! Ноо… пошел, глупый! — вдруг заорал Данилой, потому что его конь мотнул головой и встал, отказываясь двигаться дальше. Моя каурая кобылка тоже взбрыкнула и остановилась. И у Ксени тоже. Только умный Кайрос все так же шел вперед, да жеребец Арххарриона переступал ногами. Но последний, скорее от страха перед своим седоком.
— Не идет! — выкрикнул Данила. Я кивнула. Ксеня, ускакавшая вперед, повернула кобылку и подъехала к нам. Вот в обратную сторону, лошадь пошла без проблем и даже с радостью.
— Лошади Черту чувствуют, боятся, — сказал Шайдер, подъезжая к нам. Кайрос под ним тоже беспокоился, прял ушами и раздраженно хлестал хвостом по сильным бокам.
— Что же делать? Не бросать же их здесь?
— Придется спешиться и вести коней на поводу, — сказал Арххаррион, — попробуем завязать им глаза и подвесить к мордам торбы с сеном.
Мы кивнули и слезли на землю, удерживая испуганных лошадей. Те нервничали, всхрапывали, норовя куснуть, и пятились задом.
— Но-но… Куда пошла! — Ксеня жестко обхватила свою кобылку, — стоять!
