«Нам» она ни к чему, потому как помпоны — это не моё.
Глава 14
Мэри
— Рапунцель, ты что даже сегодня не придешь? Между прочим, там будет оглашение списка обновленной команды группы поддержки!
Неделю!
Целую неделю моя соседка таскается по испытаниям за право носить оголяющую зад юбку и махать пыльным хвостом скунса, стоя на чьих-то хилых плечах, искривленных сколиозом.
Ее право, конечно, но я-то почему должна всё это выслушивать? Уф, хоть в мужское крыло перебирайся…
— Оу, ты обязательно пройдешь, детка. Ставлю три сотни баксов, — хищно скалюсь, усаживаясь попой на подоконник.
Мечтала ведь тихо сныкаться в самом заброшенном закутке универа и просто помедитировать?
Ха, дважды! У мисс Нортон на меня встроенный радар, или жучок.
— Ты совсем меня не слушаешь, Блонди! Ну, не бросай меня, хотя бы сегодня! — розовые волосы мелькают перед самым носом, а всё потому, что их владелица разве что на мои колени не залезает в тщетной попытке привлечь внимание.
— Нортон, я тебя не бросаю, а оставляю среди своих. Пойдем, а то опоздаешь к своему обожаемому профессору Ларри, — оскаливаюсь я, первой спрыгивая на пол.
Насупившаяся Иви топает за спиной, а когда нам остается обогнуть косяк, чтобы выйти к аудитории больно врезается в мою спину.
Знакомый стервозный смех. Очередные кости омываются? Как же это раздражает. Не Уорлдс Энд, а помойка элитного сброда. Только и делают, что уплетают объедки сплетен с чужих столов.
— Думаете они трахаются? Уверена, что Пол просто стебется… — раздражающе сипит голос Леи. Хм, кого-то не собираются брать в команду?
Я особенно не вслушиваюсь в этот треп и возобновляю свое движение, но ледяная ладонь Иви стальной хваткой примерзает к моей кости, дергая назад – в невидимую зону. Бледное лицо на фоне ярко-розовых волос выглядит просто мертвенным.
«В чем дело?» — вопросительно приподнимаю бровь.
Пол… это который дружок Каланчи что ли?
— Нортон – главная давалка Уорлдс Энд. Поражаюсь, как дружок Рея не боится запихивать в нее свой агрегат. Там же нужно все полить убойной дозой хлорки. — слышится ревностно-язвительный голос Ким.
Стервы…
— Да ладно вам... Нормальная девчонка она, в том году мутила с Робом, но он же вроде как сам ее бросил, вот и вцепилась в Пола.
— Вот именно, что мутила. Она у них как переходящий флаг, — Лея затыкает рот незнакомой мне девушке, попытавшейся вступиться за Пинки.
— И что? Хочешь набиться к ней в лучшие подружки? — поддакивает Ким.
Не люблю такое вот дерьмецо, особенно от своих же.
В голове плещется слишком много адреналина, от которого мои уши закладывает. Молча смотрю на то, как губы соседки шевелятся, умоляя меня не ввязываться, но я-то не она.
— Дейзи, а ты не стала сообщать своему партнеру о медикаментозном аборте или втихую выпила таблетку за свою свободу? — я стерва, да, но так приятно наблюдать как через слои тоналки краснеет физиономия Леи. — Оу… об этом досадном недоразумении никто не знал? Даже лучшие подружки? Ай-яй… так жаль.
Разглядываю идеально ровные спины стремительно удаляющейся компашки чирлидерш. Я не стремлюсь заводить друзей в Уорлдс Энд и, да, со мной тягаться у этой выскочки силенок маловато. Если только она всерьез надеялась, что ее тоненький писк «Ты зря со мной ссоришься, стерва!» смогли меня напугать.
— Интересно, через сколько минут ее лучшие подружки растрезвонят эту инфу по всему универу? — победно скалюсь.
Нет, я не жажду утопить Лею, просто осадить и немного приспустить на землю. Зарывается девочка. Так нельзя.
Мне вообще эта информация никаким боком не интересна, просто слышала, как доктор Коллинз отчитывалась по телефону перед кем-то из попечителей. Конфиденциальность работает, когда ты выгоняешь всех посторонних из медкабинета, просто Дебора пока еще этого не поняла.
— Спасибо, Мэри. — касается моего плеча Пинки и едва слышно шепчет: — Осуждаешь меня?
— Я? С чего бы? Мы вроде как живем не по времена Высадки Эйегона, а я не вырядилась в длинный балахон. Или ты жаждешь, чтобы народ позвякал в колокольчики с криками «Shame» за то, что не держала свою вагину в узде? — Хохочу я, сворачивая вперед.
— О, ты просто чудо, Мэриан Бурерожденная, — паясничает Пинки. Немного оттаивая и приходя в себя.
Вот пусть такой веселушкой и ходит. А уж пойдет на финал к тем озлобленным курицам или нет – сама решит. Тут я умываю свои ручки.
— Мисс Нэнси, к вам посетитель. — Профессор Джейкобсон перехватывает мой локоть, притормаживая.
Иви тут же останавливается, вонзая в светила наук свой пожирающий взгляд.
Черт, неужели опять мать Линдсей?
Хватит с меня… Пойду и всё ей выскажу!
— Спасибо, мистер Джей… — отвечаю с благодарностью, но мужчина меня перебивает.
— Не так быстро, — качает головой Ларри. — Ваш посетитель любезно согласился подождать окончания лекции, ведь знания важнее. Так?
— Разумеется, сэр. Я… могу идти?
— Прошу. — Взгляд так и прикипает к его ладони. Чуть загорелой или просто смуглой…
— Мэри! — шипение Нортон, за которым следует толчок в бок окончательно меня приводят меня в чувство.
Блин, и как мне теперь спокойно досидеть до конца лекции? Еще и в тему урока вникнуть.
Это определенно не закрытый университет, а проходной двор.
* Времена Высадки Эйегона – это отсыл к «Игре Престолов» (события в сериале разворачивались в это время)
Крики «Shame» («позор» перевод с англ.) — путь позора королевы Серсеи из одноименного сериала
_______
— Привет, что-то случилось? — холодок тревоги против воли подкатывает к горлу, делая мой голос сиплым.
— Привет. У отца случился внезапный приступ. Врачи делают всё, что в их силах…
Вздрогнув, я смотрю на своего неожиданного посетителя.
— Я… мне очень жаль. Он сильный! Всё будет хорошо, — поднимаю руку и похлопываю Нильса по плечу.
— Спасибо, Мэри. Я… просто у меня ведь никого ближе тебя и нету, — его растерянный взгляд скользит к моему лицу, фокусируясь на глазах. — Котёнок, я так скучал.
Меня разрывает от смешанных чувств, когда, поддавшись вперед тело вжимается в чужое – мужское, и стискивается сильными объятиями.
Проходят секунды, а я так и стою гипсовой статуэткой, не шевелясь, и даже не дыша.
Не мой Тигрёнок ждет, что я обниму его в ответ, и, может быть кто-то сейчас обзовет меня слабовольной идиоткой, но это же блин Калеб! А сейчас ему плохо и страшно… оставаться безучастной сукой у меня не выходит, поэтому руки сами смыкаются на крепкой шее, вдыхая знакомый аромат.
Становится тепло – будто бы выпила чего-то согревающего.
— Тайлер Нильс – боец. Ты чего это раскис, дружище? — бормочу я, высвобождаясь, и чуть отхожу в сторону.
Ответить на объятия Калеба – было импульсом, продиктованным моментом. Однако и дальше продолжать тесный контакт со своим бывшим, мой организм не намерен. Протестует, крича, что я не группа психологической поддержки.
— Мэри, детка, ты прости, что я ворвался вот так к тебе… многое навалилось. Я осознал каким мудаком выставил себя с тобой и вот, видишь какая карма прилетела… ты меня заблокировала.
Последняя фраза Нильса звучит в обвинительных интонациях, от чего мое приветливое настроение мгновенно улетучивается.
— Калеб, а ты хорошо себя чувствуешь? — придвигаюсь ближе, потому что голос срывается в шипение.
— Да… а в чем дело?
— В том, что ты «слегка» перегибаешь палку, Нильс. Слегка – в кавычках, если ты вдруг не понял. Серьезно, считаешь, что Тайлеру стало плохо из-за того, что это твоя карма? Ты придурок уже совсем все свои мозги растерял?!
— Мэри, детка! Ты не гони так и обороты-то сбавь. — Голос Калеба звучит агрессивно, будто это я к нему притащилась поплакаться в жилетку.
