периода можно наблюдать, как общество шаг за шагом приближается к признанию равных прав православного и мусульманского населения, отказываясь от мелочной регламентации всех сторон повседневной жизни мусульман. За свободой отправления религиозных обрядов, внутреннего устройства жизни общины следует право выбора фасадов при строительстве мечетей, самостоятельное распоряжение вакуфным имуществом. Мусульмане наравне с православными служат в регулярной армии, получают правительственные награды, государственные пенсии[2673].
Культуре ислама есть что дать другим народам, но и есть что получить. Минимальное решение этой задачи заключается в рассмотрении культуры ислама в глобальном контексте при непременном отказе от претензий на исключительность или превосходство над другими культурами, как бы они ни были развиты в социально-политическом и экономическом отношении[2674].
Начало познания и сближения двух мировых культур началось для России очень давно. Россия, быть может, является единственной страной, перед которой история поставила вопрос сознательного выбора религий. Князь Владимир отправлял послов в Хорезм для непосредственного ознакомления с исламом. Интересно, что эти послы стали мусульманами, что дало повод средневековым мусульманским авторам думать, что ислам стал официальной религией русских[2675]. Даже такой сторонник «западной» ориентации России, как известный писатель и историк Н.М. Карамзин, признавал, что в IV–VI вв. одним из названий древнерусской земли было Хунигард, т. е. «Страна гуннов». С учётом сказанного можно понять следующий тезис Н.С. Трубецкого: «Связь русских с туранцами закреплена не только этнографически, но и антропологически, ибо в русских жилах несомненно течёт, кроме славянской и угро-финской, и тюркская кровь. То братание и взаимное понимание, которое так легко устанавливается между нами и этими „азиатами“, основано на этих невидимых нитях расовой симпатии»[2676]. Русские составляли 2/3 жителей всех улусов Золотой Орды, казачьи войска в Орде так и называли «Ордынская Русь». Ранее преобладавшие в южнорусских степях кыпчаки — половцы составляли значительную часть казаков. Постоянная экономическая связь с русскими городами, где казаки сбывали продукты охоты, скотоводства и рыболовства, смешанные браки, нескончаемый приток беглецов из русских земель (по экономическим и религиозным причинам, но чаще — по политическим соображениям или в поисках безопасности) создавали условия для формирования в казачьей среде особого варианта русского этноса с обычаями, чертами языка и быта, заимствованными у других народов. А среди этих народов были потомки самых разных этносов. В частности, установлено наличие потомков хазар как среди татар Астрахани (мусульман), так и среди казаков Северного Кавказа (христиан)[2677]. В годы Кавказской войны беглых русских солдат и офицеров, казаков у Шамиля было очень много, и он очень ценил их. Для пленных и перебежчиков вблизи Ведено был построен отдельный посёлок с церковью и костёлом. Русских крестьянок или казачек, отбившихся от родного гнезда, Шамиль посылал в это поселение, и они вольны были выбрать там себе мужей, причём один из поселенцев, по общему избранию, исполнял при венчании обязанности священника. Если же кто из поселенцев добровольно принимал ислам, то такому предоставлялось право жениться на мусульманке и давался земельный надел. В имамате поляки даже создали полковой оркестр, игравший мазурку во время наступления горцев[2678]. При несомненном стремлении Шамиля придать войне религиозный характер связи между горцами-мусульманами (в первую очередь чеченцами) и русскими-христианами (прежде всего казаками) не прерывались. Об этом горско — казачьем содружестве было немало написано в XIX веке, в частности о гребенском казаке, в 1819 году переплывшем буйный Терек, чтобы предупредить чеченцев о предстоящем штурме их селения Дады-Юрт; о бегстве к Шамилю казака Яхонтова с пятью товарищами в 1849 году, восьми казаков и казачек в 1850 году, 33 казаков и двух священников-старообрядцев в 1851 году.
Справедливости ради надо подчеркнуть, что в целом ислам в России никогда не искоренялся. Правящая династия Романовых даже роднилась с касимовской знатью: тётка ПетраІ Евдокия Васильевна Нарышкина (жена брата царицы Натальи Кирилловны) была внучкой касимовского царя Алп Арслана, происходившего по прямой линии от Кучума. При этом Москва всячески подчёркивала своё уважение к исламу. «Мой государь — говорил в Стамбуле русский посол Иван Новосильцев в 1570 году, — не враг мусульманской веры. Слуга его, царь Саип Булат, господствует в Касимове, царь Кайбула в Юрьеве, князья ногайские в Романове, все они свободно и торжественно славят Магомета в своих мечетях»[2679]. Служилый касимовский хан Шах-Али (одно время бывший ханом Казани) командовал армией Ивана Грозного в Ливонской войне. Сам Иван Грозный со стороны матери происходил от князей Глинских, возводивших свой род к бежавшим в Литву в XIV веке потомкам золотоордынского правителя Мамая Царевич Худайкул (в крещении Пётр Ибрагимович) четырежды замещал в Москве уходившего в военные походы великого князя Василия III (1505–1533). Знаменитому роду князей Юсуповых положил начало предводитель ногайских татар Юсуф-мирза, поступивший на службу к Ивану Грозному. Князья Урусовы происходили от Едигея (одного из полководцев Тамерлана), князья Черкасские — от мамлюкского султана Египта XV в. Сайф ад-Дина Иналя. Эмиры и князья, а также прибывшие с ними соплеменники (дружинники, родственники, друзья, единомышленники) постепенно смешиваясь с русскими, дали впоследствии начало множеству фамилий российского дворянства. «Так появились на Руси, — пишет Л.Н. Гумилёв, — Аксаков, Алябьев, Апраксин, Аракчеев, Арсеньев, Ахматов, Бабичев, Балашов, Баранов, Басманов, Батурин, Бекетов, Бердяев, Бибиков, Булгаков, Бунин, Бутурлин, Бухарин, Гоголь, Годунов, Горчаков, Державин, Ермолаев, Измайлов, Кантемиров, Карамзин, Корсаков, Кочубей, Кропоткин, Милюков, Мичурин, Рахманинов, Салтыков, Строгонов, Талызин, Тимирязев, Третьяков, Тургенев, Тютчев, Уваров, Ушаков, Чаадаев, Шереметьев»[2680]. К Корану и вообще учению ислама неоднократно обращались русские писатели и философы: А.Пушкин, И.Бунин, П.Чаадаев, Л.Толстой, В.Соловьёв и Г.Федотов. Большим достоинством ислама В.Соловьёв считал неразделимость веры и дел веры. Философ считал ислам последовательным и искренним византийством. Тем самым он выдвигал тезис родства и преемственности между православием и исламом[2681]. Характерно, что арабо-мусульманская культура и теология изучалась по первоисточникам. Ещё в 1716 году по приказу императора Петра Великого был переведён на русский язык Коран. В отличие от первых переводов, сделанных с французского и английского языков, ВІ878 году впервые был создан перевод оригинального арабского текста Корана. Переводчиком был Гордий Саблуков, казанский миссионер и востоковед, учитель Н.Г. Чернышевского по Саратовской гимназии. В 1787 году в типографии Академии наук по приказу Екатерины II впервые в России был напечатан полный арабский текст Корана. В 1800 году в России было разрешено печатать без ограничений мусульманскую религиозную литературу, чем и занялась специально открытая для этого в 1802 году типография в Казани. К 1806 году она издала ряд книг по исламу общим тиражом свыше 40 000, в том числе 3500 экземпляров Корана. В 1832 году Коран был здесь же переиздан тиражом
