6000, в 1852 году — 23 600, к 1859 году тираж достиг 82 300 экземпляров. Все эти издания получили широкое распространение среди мусульман не только в России, но и за её пределами. Они послужили образцом для последующих изданий Корана в Османской империи, Индии и Египте. Характерно, что арабо-мусульманская культура и теология изучались по первоисточникам в научно-учебных заведениях империи, например в Казанском университете, в Ришельевском лицее Одессы: Л.Н. Толстой изучал арабский и турецкий языки в Казанском университете. В городах России (Петербурге, Казани, Баку, Оренбурге, Тифлисе, Бахчисарае, Ташкенте, Темир-Хан-Шуре) работали типографии с арабским шрифтом. В 1911–1914 гг. делались попытки перевода Корана на татарский и азербайджанский языки для мусульман, плохо знавших арабский[2682].
Всё это происходило далеко не в светском государстве, где религиозные вопросы тоже стоят довольно сложно, а в стране, государственной религией которой являлось православие. К XIX веку русское правительство в основном поняло необходимость сотрудничества с мусульманами, а общественное мнение России стало проявлять постоянный интерес и уважение к исламу. По мере того, как с середины XIX века происходило стремительное расширение границ Российской империи, постепенно менялась официальная позиция относительно исламоведческой подготовки чиновников. С конца XIX — нач. ХХ вв. наличие в области исламо-веденья стало входить в перечень профессионально значимых показателей компетентности российских государственных служащих в регионах традиционного распространения ислама. В это время начинают действовать курсы по изучению основ мусульманского вероучения и шариата при Министерстве иностранных дел и Министерстве внутренних дел[2683].
До сих пор остаётся без удовлетворительного ответа вопрос: а в чём, собственно, причина столь длительного и ожесточённого противостояния между северокавказскими народами, прежде всего чеченцами, и Россией? Попытки объяснить его прежде всего религиозными противоречиями ничего на самом деле не объясняют[2684]. Христианство и ислам имеют очень много общего в теоретическом плане, зачастую они высказывают похожую точку зрения на разные проблемы, но подавая её в своей оригинальной форме. Из всех течений христианства и ислама особенно близки по своей сути и духу православие и суннизм. Между приверженцами этих верований никогда бы не было серьёзных конфликтов, если бы они были хорошо знакомы со своим вероучением и последовательно соблюдали все его предписания.
Особенности исламской святости изучены недостаточно, но и без этого уже ясно, что она принципиально, с точки зрения догматического обоснования и организационного строения социальных институтов ислама, отличается от христианской святости. Главное отличие заключается в отсутствии в исламе легитимного института канонизации святых. Мусульманские святые никакими специальными решениями не утверждаются, в исламе нет процедуры определения святости того или иного человека, не существует никаких исчерпывающих списков святых. Существует только народная молва и мнение различных богословов, уважаемых людей, правителей, которые, кстати, вправе спорить и не соглашаться друг с другом. Но, не смотря на это принципиальное отличие понятия «святости» в догматике ислама и христианства, типологически эти явления в обеих религиях не просто схожи, но идентичны. Когда речь идёт о способах поклонениям святым, механизмах формирования легенд, ритуальной практике, оформления святых мест и т. п., совпадений оказывается намного больше, нежели различий[2685]. Необходимо отметить, что морально-этические и правовые нормы мало интересовали представителей европейской культуры, а если и интересовали, то они рассматривались в основном под углом воззрения западных цивилизаций, то есть исследовались в преломлении христианской религии, а не мусульманской[2686]. Широкая терпимость Корана к изучению иноверных исповеданий не нуждалась бы в объяснении, если бы люди были знакомы с содержанием Корана в его подлинном виде. Огромная часть мусульманского мира не усвоила духа учения Корана и придерживалась только наружных обрядов религии. Никогда у мусульман ереси не преследовались вооружённою силою. Наоборот, устраивались публичные беседы с оспаривающими догмы ислама. В 209 стихе Корана говорилось о том, что некогда люди составляли один народ. За Исусом признавалось в Коране множество чудес, совершённых им, и самое важное, заслуживающее внимание, то обстоятельство, что по учению Корана, Исус не умер после распятия, а лишь вознесён на небо и придёт на землю перед концом мира для страшного суда. В смешанном браке мать-христианка в следствии уважения а её правам остаётся по обычаю воспитательницей своих детей[2687]. Ислам призывал людей на путь Божий мудростью и кроткими увещеваниями. «Если ты входишь в спор с христианами и жидами, — говорилось в Коране, то веди его честнейшим образом. Скажи им, будем ли спорить с вами о Боге, который и наш Господь и ваш! Мы имеем свои дела, а вы — свои»[2688].
Учение Библии о том, что Бог «от одной крови…произвёл весь род человеческий» исключает любую мысль о расовом превосходстве. В Библии говорится, что ни одна нация или раса не лучше другой[2689]. В России свобода веры давалась не только христианам, но и магометанам, евреям и язычникам[2690]. Православная церковь на Северном Кавказе с самого начала не проявляла особой миссионерской активности в отношении коренных горских народов, в следствие чего в XVIII–XIX веках одновременно с процессом становления в регионе православных церковных структур среди славянского населения происходило завершение исламизации кавказских горцев[2691]. Живя и творя на своём языке, русский народ, как надлежит большому культурному народу, щедро делился своими дарами с замирёнными и присоединёнными соседями, вслушивался в их самобытность, учился у них, воспевал их в своей поэзии, перенимал их искусство, их песни, их танцы, их одежды, и простосердечно и искренно — считал их своими братьями[2692]. С христианской точки зрения, понятие нравственной правды в международных отношениях должно опираться на следующие основные принципы: любовь к своим ближним, своему народу и Отечеству: понимание нужд других народов; убеждение в том, что благу своего народа невозможно служить безнравственными средствами. Слова апостола Павла: «Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его: ибо, делая сие, ты собираешь ему на голову горящие уголья. Не будь побеждён злом, но побеждай зло добром»[2693]. Заслуживает особого внимания в учении ислама то, что сделка с совестью не допускается нигде и ни при каких обстоятельствах. Измена, обман, коварство по отношению к иноверцам строго запрещены и не только в мирной гражданской жизни, но даже и при открытии неприятельских действий…[2694].
В состав России, рассуждал В.С. Соловьёв, входили представители западных и восточных народов; «…и если должна быть война, то это уже будет война междоусобная. Тут уже не одна христианская совесть, но и человеческая мудрость говорит о примирении»[2695]. В Библии говорилось о том, что война — есть зло. Причина его, как и зла в
