или каким-то «большим и загадочным недоразумением»[2714]. Действительно существовавшая «не органичность» российской цивилизации во многом была обусловлена её многообразием и синкретизмом, множеством различных источников, питавшим её развитие на всём протяжении истории. Её слабая сторона — мозаичность и многопластово сть, уязвимость с точки зрения потенциальной дезинтеграции. Её сильная сторона — гораздо большая открытость к внешним влияниям и заимствованиям, чем у более «органичных» и замкнутых цивилизаций. В этой открытости — залог её гибкости и жизнестойкости[2715].
Историк-археолог М.Худяков отмечал, что распространившийся тип шатровой колокольни имеет своим аналогом минареты татарских мечетей: «Достаточно взглянуть на минареты деревянных мечетей Казанского края и сравнить их с изображениями среднерусских шатровых колоколен, чтобы убедиться в единстве их происхождения»[2716]. Интересно отметить, что в исламе, также как и в православии, отношение к богатству было как к чему-то мимолётному и уходящему, намного больше внимания уделялось духовности и аскетизму Приведём для примера статьи из Корана: «Те, которые раздают свои богатства на пути Божием, подобятся зерну, которое производит семь колосьев и из которых каждый даёт сто зёрен. О, верующие. Творите милостыню из лучших вещей, которые вы приобрели, из плодов, которым мы велели произрасти для вас на земле. Не раздавайте милостей из самой худшей части ваших благ. Давайте милостыню, жертвуйте бедным. Жертва есть освобождение от огня. Нравственная и общественная благотворительность есть прямая обязанность каждого исповедника Ислама. Она доставляет нуждающимся утешение, а добротворцам отраду при той пользе, которую они приносят ближним»[2717].
В сознании европейца сложился стереотип приниженного положения мусульманки в исламском обществе и семье. Однако это мнение опровергало мусульманское законодательство, в котором говорилось: «Муж должен хорошо обращаться со своей женой, быть с ней приветливым, без причины не ссориться и не гневаться; этого требует снисходительность, потому что жена всё равно что пленник, а к пленным следует относиться милостиво. Провинности жены следует переносить терпеливо и, если даже жена дозволяет себе что-либо дурное на словах, или действиях, то муж всё-таки должен с ней обращаться хорошо. Если же она сильно разгневается, то мужу следует похлопать её по спине рукой и сказать: „О злодей, наставляющий людей на всё дурное, выйдя сейчас же из этого прекрасного тела“, — для того, чтобы дьявол, который забрался между кожей и мясом и производит гнев, удалился»[2718]. Если христианка становилась женой мусульманина, то муж должен был уважать веру жены, он не должен был запрещать исполнять ей обряды её веры; он не должен был принуждать её отречься от своей религии или грозить ей за её веру разводом. Если же он запрещал жене исповедывать её веру, то он тем самым нарушал заповеди Корана и поступал против воли Всевышнего[2719].
Священный Синод говорил об уважении православной церкви к браку, в котором лишь одна из сторон принадлежала к православию, в соответствии со словами святого апостола Павла: «Неверующий муж освящается женою верующей, и жена неверующая освящается мужем верующим». Церковь не освящала венчанием браки, заключённые между православными и иноверцами, одновременно признавая таковые в качестве законных и не считая пребывающих в них находящимися в блудном сожительстве[2720].
Ссылаясь на каноны исламской веры государство отбирало у горцев земельные владения. После завершения Кавказской войны, в ходе пореформенных преобразований, чеченцы были лишены своего права на частные земельные участки, которыми они владели в течении многих веков. Конфискацию земель в казённую собственность правительство оправдывало «учением Магомета, в силу которого земля составляет дар Аллаха и не может составлять частной собственности»[2721]. Однако, как известно, Коран объявляет частную собственность священной и неприкосновенной[2722]. Посланник Аллаха сказал: «Поистине ваш кров и имущество ваше неприкосновенно». Более того, имущество человека — это материальная основа его свободы и его жизни по заповедям Всевышнего Аллаха, и человек обязан защищать его[2723]. Мусульманское правоведение исключает такую реализацию права собственности одного лица, при котором нарушается право другого собственника. Если же столкновение интересов происходит, то надлежит «остановиться перед препятствием — правом другого и предпочесть его»[2724]. Российское государство, по мнению правоведов, являлось таким же собственником, как и частные лица, поэтому и права их определялись одинаковыми началами. Как юридическое лицо, составляющее субъект частного права собственности, государство есть казна[2725]. Мало того, что Российское государство, являясь собственником, лишало прав других собственников, оно нарушало не только мусульманские принципы веры, но и христианские, хотя и являлось православной страной. Дело в том, что Библия признаёт право человека на собственность и категорически осуждает посягательство на неё[2726].
Русский человек, православный не по форме, а по сути, оказался слабым в добре и подчинился нерусским людям, стоявшим у власти, составлявшим в стране ничтожное меньшинство, но зато оказавшимися сильными во зле, сильными бессовестностью и волею к власти и дискредитировавшими дух православия в глазах иноверцев[2727].
Преклонение перед красотой и совершенством жизни, природы является скорее основной, центральной линией развития православия. Христиане считали, что учёный, готовый исследовать тему по предложенному методу и трафарету, — есть не учёный, а лишённый духовного достоинства симулянт. Ибо творчество есть всегда дело свободы и предметного вдохновения, связанного с Богом[2728]. Коран, ислам не противостоят творческому поиску, который и составляет общеисторический смысл науки[2729]. В преданиях сохраняются следующие слова Мухаммеда: «Вера — нага, одежда её — благочестие, красота её — совесть; а наука — её плоды. В день суда перо учёных возвысится над кровью мучеников[2730]. По мнению мусульманских теологов — наука не противостоит исламу: Коран, как никакое другое монотеистическое Писание, поощряет интеллектуальный поиск и исследование[2731]. По хадису Абу-Хряйры, Магомет говорил: „…умри человек, вместе с ним погаснет и добродетель его, но есть добрые дела, польза которых вечна и не погаснет и по смерти делавшего их. Дела эти суть: 1) добрые дела, которые отец дал. Это полезное нравственное воспитание и дети молятся за отца по смерти его;
2) полезные познания и сочинения, которые приносят пользу людям и после смерти сочинителя; 3) завещания, пожертвования на богоугодные дела, например на постройку мечетей, медресе, мостов через реку. Не отыскивайте грехов в добродушном, ошибок в учёном“[2732].
Следует отметить, что именно с Кавказа на территорию России в её нынешних границах начали распространяться как христианство, так и ислам[2733]. По преданию, в восточной части Дагестана, вплоть до моря, христианство было распространено святым Елисеем, учеником апостола Фаддея. Закавказье посетили с проповедью пять святых апостолов: Андрей, св. Матфей, св. Иуда
