форма браслетов. Твёрдый слитный материал стал пластичнее, мягче. И вот уже Райдер поочерёдно растянул оба обруча и стянул их с моих запястий. Я против воли восхищённо выдохнула. Он же сжал каждый из браслетов в кулаке, вызвал язычки алого пламени – и вот уже ничего в его ладони нет. Ни кусочка, ни капельки. Лэйр-Альвентей отряхнул ладони, обхватил пальцами мои запястья и прикрыл глаза.
– Вот и всё. Помни, ты обещала не драться. Осталась цепь и можно отсюда уходить. И ещё один очень важный момент, ласточка.
Без запирающих магию пут задышалось не в пример легче, сразу.
– Какой? – я высвободила из цепкого захвата свои руки. – Благодарю. У вас вышло быстрее.
– У тебя, – поправил Райдер. Быстро коснулся моей щеки, дёрнул углом рта. – Упрямица моя…Дэри, я убираю эту дикость, цепь то есть, и мы уходим. Пока спускаемся, подскажешь мне, какая тут обстановка – настолько, насколько ты смогла её оценить. Количество людей в замке, что из себя представляют… Но прежде самое важное. Пока ты меня не испепелила за все прегрешения, которыми успела наградить…
– А у тебя их нет?! – не выдержала, перебила я со всей доступной в этой обстановке яростью.
Лэйр-Альвентей на мгновение прикрыл глаза.
– Все детали и перечень настоящих моих грехов – потом. Признаюсь как на духу, – он позволил себе тень улыбки. – Дэри, это не я. Чш-ш. Это моя маска, это моя ноша, но я не тот человек, родная. Я – не он, Дэри. Я пришёл следующим. Я занял должность Верховного судьи примерно шесть с половиной лет назад. Никто не должен… ладно, это потом. Я предоставлю тебе все доказательства, потому что не всяким словам есть вера. Я понимаю твоё недоверие как никто.
В какой момент, какие именно его слова опрокинули меня в бездонную пустоту – не знаю.
Процесс шёл семь лет назад.
– Ты увидела правильно, но чуть-чуть ошиблась с выводами, – слабо улыбнулся Райдер и притянул меня к себе. – А я едва не свихнулся. А теперь давай снимем цепь.
Глава 39.4
С этой задачей он расправился очень быстро: под воздействием магии звенья рассыпались в прах, сизым пеплом осели под ноги. Шевеление пальца – и тот исчез без следа, прихватив собой пыль и мусор. Как быстро!.. А я комкала в пальцах и без того измятое платье и пыталась заново собрать по кусочкам разлетевшийся на осколки мир. Он снова перевернулся, предлагая опору и свет, возвращая пошатнувшееся доверие, а я всё не решалась сделать шаг. Облегчение боролось со стыдом: я так хотела верить Райдеру снова, но в то же время хотела и подтверждения его словам. И как же стыдно за то, что я рассчитываю на спасение и помощь, чтобы после, выбравшись, наконец, в безопасное место, попросить окончательных объяснений, тогда как вот оно, такое простое и наглядное: Райдер здесь. Только…
– Как не ты? – глупым, ломким голосом спросила я. – Там, в кабинете, когда вывалилась судейская маска, у тебя было такое лицо…
Маг поднялся с пола, отряхнул ладони, но прежде успел пробежаться чуткими пальцами по моим щиколоткам, проверяя, не причинила ли магия разрушения вреда. Какое там! Я впервые видела, чтобы человек владел силой на подобном уровне.
– А какое лицо должно быть у человека, чья тайна, охраняемая на государственном уровне, стала известна? – вопросом на вопрос ответил Райдер. – Ласточка, встать можешь? Всё в порядке, ничего не болит? Голова не кружится?.. Дэри, всё вышло случайно. Не злись, но я не собирался посвящать тебя в эту сторону жизни. Никогда. Не имею права. О нас же не просто так ничего не известно.
Я чувствовала себя замечательно, освободившись от оков, и отвратительно из-за всего остального.
– Почему?
Я не сопротивлялась, когда Райдер опять обнял меня и принялся легонько массировать затылок под разлохматившимися волосами.
– Потому что личность судей начали скрывать давным-давно. Не только затем, чтобы избежать подкупа и влияния на исход дела. Случались и убийства. Немногим более ста лет назад Верховный судья был жестоко убит родственниками подсудимого. Они сочли приговор несправедливым и вынесли, так сказать, встречный. Тот судья был младшим братом императора: дар видеть истину может зародиться в ком угодно. Но не всегда спасает от ножа в спину, даже если в тебе благороднейшая кровь правящего рода, сам ты живёшь в защищаемом дворце и окружён, казалось бы, надёжной охраной. Тот случай стал последним: впредь имя и лицо нового судьи начали скрывать. Инкогнито позволяет вести нормальную жизнь, практически ни в чём не ограниченную, безопасную. Вне службы императору и судебных заседаний я – самый обычный человек, с удовольствием занимаюсь ресторанным делом, решаю самые рядовые бытовые проблемы, иногда даже путешествовать удаётся…
Это он-то простой человек?! Я хмыкнула в закрытое плотным плащом плечо, и Райдер тут же чуть вздрогнул, обнял крепче.
– И часто вас меняют? – спросила я.
– Каждые семь лет, – неохотно проговорил он. – Этого тоже никому знать не полагается. Но все моменты с сохранением моих секретов мы решим позже. Ты так и не ответила: ты в порядке?
– Нет, – я зажмурилась. – Райдер, прости. Я тебе очень благодарна, мне самой бы так быстро не справиться со всем этим, но…
– Чш-ш-ш. Я понимаю. Досадно, конечно, что любимая женщина так осторожничает и не спешит наградить спасителя жарким поцелуем, но я действительно понимаю и подожду. Переходим к следующему пункту: что тут произошло, пока я добирался в этот ваш даже Марденом забытый край?
Райдер успокаивал и подбадривал, ничего не требуя взамен. Только искреннее всеобъемлющее беспокойство. Я судорожно вздохнула и обхватила его за пояс, немного нерешительно, и потёрлась носом о плечо. Быстро ввела в курс дела, делая акцент на том, что и одарённые циркач с лакеем, и Верген представляют опасность, просто отмахнуться от них не получится. И у них мой сыч.
– Я понял, не переживай, – скупо кивнул маг.
