назад я вообще без палочки и шагу сделать не мог. Я сейчас вон: ветер в харю, а я шпарю! Что мне грусть, моя печаль? — Зазвучал в моей голове знакомый мотив песни группы «Любэ», под который я и подстроил свой шаг. — Видел Сталина живого, а Адольфа не встречал… Ну, эту оплошность я собирался в скором времени исправить. Чтобы этого гада никто и никогда больше не повстречал.
Подзабытая привычка ходить помногу и с превеликим удовольствием, подняла мое и без того хорошее настроение на поистине недосягаемую высоту. Я первым из нашей компании и ступил на Агартхскую «Дорогу Славы», вымощенную примечательным ярко-желтым кирпичом. Так вот, оказывается, где берет начало дорога в волшебную страну Оз. Я улыбнулся своим наивным мыслям, но червячок сомнения уже проточил отверстие в моей душе. Никто не выходил из Агартхи на протяжении тысячелетий, говорите? Ну-ну, я не был в этом настолько уверен. Пусть я могу и ошибаться, но в нашем случае лучше перебдеть, чем недобдеть. Буду держать ухо востро, как завещал командир!
Дорога из желтого кирпича, убегавшая прочь от фонтана славы, радостно застучала под моими башмаками, подбитыми металлическим набойками, и повела к выходу. Мои спутники неторопливо следовали за мной по пятам, а я все никак не мог насладиться своим просто умопомрачительным состоянием и все время вырывался вперед. Циклопического размера скульптуры выдающихся деятелей Агартхи, которых я с интересом разглядывал, задрав голову к потолку, одна за другой оставались позади. Величественные позы, полные неземной одухотворенности лица, сила, мощь, энергия — все это умудрились запечатлеть в мертвом и неподвижном камне искусные мастера тайной подземной страны. Великанские статуи поневоле внушали трепет и уважение…
— Погодит-ка… — Я затормозил возле очередной фигуры, в знакомом прикиде и с изогнутым примечательным мечом в руках. — Братцы-кролики! — окликнул я изрядно поотставших компаньонов — у них не было той радости от обретения утраченных с возрастом физических кондиций. Поэтому они особо и не спешили. — Узнаете лоботряса?
— Оу! — воскликнул Хартман, первым рассмотревший высокую фигуру лысого и аскетичного мужика. — Герр Кощей?
Только вот острозубой металлической короны у него на голове не было. А вот его «Латы Хлада» и огромный меч с черепушкой в рукоятке, выглядели так, как будто это они и были. Но мы-то точно знали, где реально валяется настоящая амуниция, да и сам «отъехавший на вечное поселение» Асур. К слову сказать, рожей он и не сильно-то изменился — разве что схуднул мальца после смерти. Не повезло пацану — он, похоже, и при жизни смахивал на настоящий шкилет. Сказка, хоть и ложь… Но в случае с Кощеем это даже и намеком-то не было — все правда!
— Точно! Кощей! — Командир задрал голову, рассматривая статую старого знакомца. — Интересно — это за какие заслуги его сюда определили?
— Слышь, Мимарка, а ты в курсе, за что его так? — Обратился я к азиату, точно так же, как и все остальные, задравшим голову у подножия монумента Кощея.
— Хех, а я уже и забыл… — раздался довольный голос «подселенца» в голове Магистра.
— И за что тебя увековечили, Твое Бессмертие? — поинтересовался Мимар.
— Да какая уже разница, Вторник, — отозвался Кощей. — Было и было.
— Не думал, что ты такой скромник, — озадачился Мимар. — За мелкие заслуги так не почитают.
— Дела минувших дней, — голос Кощея неожиданно сентиментально дрогнул, чем поверг Магистра в очередной шок. Личность Кощея раскрылась перед ним совсем с другой, неведомой стороны. Он оказался ближе и человечнее, чем иные собратья по Ордену. — С тех пор я сильно изменился, Вторник, и много чего натворил… Все, закрыли тему.
— Не знаю. — Покачал головой азиат в ответ на мой вопрос. — Ни одна летопись не повествует об этом.
— Никогда бы не подумал, что подобное Создание может сделать что-то полезное для общества… — задумчиво произнес я. — Хотя, мы же не заем, какие у этого общества были устои. Может быть, чтобы увековечиться подобным способом, нужно было замучить и замордовать неимоверное количество обычных смертных? Типа нас с вами?
— Не кощунствуй! — Набросился на меня, едва ли не с кулаками, азиат.
— О! — победно воскликнул я. — Кощунствовать, похоже, тоже одного корня с Кощеем будет! И ведь не даром? А, Мимарка?
— А идите вы все лесом! — раздраженно чертыхнулся азиат, и поспешно зашагал по аллее к выходу.
— Какие мы нежные… — фыркнул я, пристраиваясь ему в спину. Ну, а командиру и фрицу ничего не оставалось делать, как догонять нас с азиатом.
В таком порядке мы и добрались до огромной арки входных ворот, оказавшихся наглухо запертыми. Безрезультатно потыкавшись в массивные резные створки, украшенные многочисленными героическими сценками-барельефами из местной жизни, я устало опустил руки:
— Похоже, приплыли, командир?
— Не газуй, Хоттабыч, — невозмутимо произнес Головин, разглядывая настоящие произведения великанского искусства. — То, что один разумный закрыл, другой завсегда открыть сможет… Ну, или разрушить, на худой конец.
— Точно! — довольно произнес я, активируя «Магическую горелку». — Сейчас я в них дырку мигом прожгу! — Но створки гигантских ворот даже не закоптились от моего узко-концентрированного потока пламени, хотя я уверен, что мощности хватило б, чтобы прожечь толстенный такой несгораемый сейф. А эта деревяшка — ни в какую!
— Скажи этому старому болвану, чтобы не маялся дурью! — Вновь обнаружил свое присутствие в голове Магистра Кощей. — Эти двери вырезаны из маленького обломка корня Мирового Древа — ясеня Иггдрасиля! Древесину этого Мэллорна не возьмет даже всепожирающее пламя Дракона, а не какая-то жиденькая струйка Магического пламени.
— Иггдрассиль — Мэллорн? — изумленно воскликнул Мимар.
— А чему ты так удивлен, Вторник? И то, и другое — просто ясень… Ну, не просто ясень, а ЯСЕНЬ! Так понятнее.
— Понял, Твое Бессмертие.
— Давай же, сука, гори! — заклинал я стойкую деревяшку, словно новогоднюю елочку, продолжая бесцельно расходовать Магические запасы своего поистине бездонного Резерва. После того, как покойный (земля ему пухом!) хам Атойгах, что-то там наколдовал с моими «расстроенными в хлам связями», я вообще никак не ощущал его опустошения. Даже, когда одним махом отправил в пекло к демонам целую тюрьму для Силовиков, я даже не почувствовал, что хоть насколько-нибудь выдохся.
— Стой, старик! — Махнул мне рукой азиат, предлагая остановиться. — Огонь не поможет!
— Это почему же то? — Ехидно прищурился я, но горелку погасил. — Выкладывай, что знаешь?
— Огнеупорная древесина, — сообщил Мимар. — Дверь сделана из куска Мирового Ясеня — Иггдрасиля, её не возьмет даже огонь Дракона, который плавит металл и испаряет камни! — Пересказал азиат свой разговор с Кощеем.
— И как нам открыть дверь, герр Вторник? — Опередил меня на мгновение оберштурмбаннфюрер. — Может быть поможет ваш Дар… э-э-э, — фриц закатил
