какого–нибудь молодого преступника, имевшего при себе оружие…
…Приехав домой, Корнилов сразу же позвонил в управление. Белянчиков дожидался его звонка.
— С Колокольниковым ничего не прояснилось? — спросил Игорь Васильевич.
— Ничего. Провели работу на трассе, на Финляндском. Никаких чепе.
— А как с поисками автомашины? — вздохнув, поинтересовался Корнилов.
— Есть идеи, Игорь Васильевич. Завтра доложу.
— Хорошо бы вместо идей была машина, — грустно пошутил полковник. — Ты, Юра, валяй домой. Отдыхай. Завтра жду тебя к половине девятого…
Белянчиков позвонил Корнилову в первом часу ночи. На Васильевском острове, в подъезде одного из старых домов, нашли тяжелораненого Колокольникова. Состояние у Леонида Ивановича было критическое — кирпичом разбита голова. Большая потеря крови.
— Сколько же он там пролежал, в этом подъезде? — сердито сказал Игорь Васильевич.
— Врачи говорят — не менее шести часов. Подъезд темный. На эту лестницу всего две квартиры выходят. Один из жильцов пошел поздно вечером собаку прогулять, она и привела его к потерпевшему. Под лестницей лежал…
— И никаких следов? — спросил полковник, понимая, что за шесть часов там все затоптали.
— Пока никаких. Служебную собаку пустили, да какое там…
«Эх, Леонид Иваныч! — с горечью подумал Корнилов, вешая трубку. — Не послушал ты моего совета…»
12
Поиски автомобилиста, сбившего человека на пятьдесят пятом километре, Корнилов назвал «операцией просеивания», а Белянчиков окрестил ее «испытанием на выживание»; кроме станций технического обслуживания, «левым» ремонтом автомашин занимались в таксомоторных парках, в больших кооперативных гаражах и сотни «умельцев» в городе и области работали у себя дома.
— Если не попаду в больницу после этой проверки, — мрачно сказал Юрий Евгеньевич Бугаеву, с силой хлопнув ладонью по огромной кипе бумаг, высившихся на его столе, — значит, я еще здоровенький! С ума не сойду.
— Чего это ты расхныкался? — без особого сочувствия к жалобе своего товарища спросил Бугаев. Он заскочил в отдел всего на полчаса — справиться, нет ли каких–нибудь новых данных об известных угрозыску взломщиках. Никаких особых сюрпризов ему не преподнесли. Добавили только к трем «специалистам» по сейфам, которых он сейчас разрабатывал, еще одного — три месяца назад вышедшего из заключения Евгения Афанасьевича Жогина, пятьдесят второго года рождения, бывшего слесаря–инструментальщика судостроительного завода. Жогин получил срок за то, что участвовал в ограблении заводской кассы. Собственно, участие его заключалось только в том, что он изготовил первоклассные инструменты для вскрытия сейфа. Но эта деталь больше всего и заинтересовала Семена. И сейчас он сидел за своим свободным от бумаг стареньким письменным столом и, рассеянно слушая жалобы Белянчикова, ожидал звонка из управления исправительно–трудовыми учреждениями. Ему не терпелось узнать, в какой колонии отбывал свой срок заключения этот Жогин, а вдруг вместе с Левой Буром?
— Пришлось поднять всех участковых инспекторов, — продолжал жаловаться на свою судьбу Белянчиков. — Сотни по две дружинников в каждом районе привлекли. Я уж не говорю о том, что сам объехал станции обслуживания и крупные гаражи…
— Какая самоотверженность, — притворно вздохнул Семен. — Ты, наверное, не высыпаешься?
Юрий Евгеньевич, привыкший за долгие годы к иронии Семена, никак не среагировал на его замечание.
— На станцию техобслуживания преступник, конечно, не явился? — поинтересовался Бугаев. — И в другие государственные учреждения, где могут отремонтировать машину, тоже не заглядывал?
— Зря ехидничаешь, — спокойно отозвался Белянчиков. — В государственном автохозяйстве всегда найдется любитель «левых» заработков и отремонтирует машину частнику где–нибудь в укромном уголке или прямо за оградой. И поставит ему украденные у государства запчасти.
— Логично, логично, — сказал Бугаев и, вздохнув, покосился на молчавший телефон. Времени у него, так же как и у Белянчикова, было в обрез — Корнилов дал им обоим на поиски трое суток. Вторые сутки катастрофически шли на убыль.
— Кстати, Женя, — вдруг оживился он, — а ты проверял конторы Госстраха?
Белянчиков рассмеялся.
— Ты считаешь, что, угробив человека, водитель поедет в Госстрах требовать компенсации за помятый бампер или разбитую фару?
— А что? Оказался какой–нибудь жлоб. Я, например, знаю случай…
Что это за случай, Бугаев не успел рассказать. Зазвонил телефон. Он схватил трубку. Сказал, сдерживая нетерпение:
— Майор Бугаев.
Это был звонок, которого он ожидал.
— Беру бумагу. — Бугаев вытащил из кармана блокнот. — Записываю. — Он писал быстро, блокнот скользил по полированной поверхности стола, и Семен прижал его локтем. Время от времени он подавал реплики: — Так, так, так. Очень интересно… — Наконец, сказав свое любимое «Спасибочки, девонька, дай бог тебе хорошего жениха», он положил трубку и посмотрел на Белянчикова повеселевшими глазами.
— Имеем шанс, Юра! Этот Жогин рубил лес в Архангельской области вместе с Левой Буром. — Он стремительно поднялся со стула, засунул блокнот в карман. — Привет труженикам застолья! — он помахал Белянчикову рукой. — Ищите да обрящете! А я поехал на Васильевский. Милый моему сердцу Евгений Афанасьевич обитает на Пятнадцатой линии… — Около дверей Бугаев остановился. — А ведь Колокольникова тоже на Васильевском обнаружили…
— От Соловьевского переулка до Пятнадцатой линии… — начал Юрий Евгеньевич.
— Не так уж и далеко, — прервал его Бугаев. — Уж не думаешь ли ты, что преступники выжили из ума и прячут жертвы у себя под кроватями? — Он усмехнулся. — Да, длительное чтение докладных, написанных инспекторами ГАИ и участковыми, губило и не таких, как ты, титанов мысли.
Белянчиков погрозил ему кулаком.
Уже открыв дверь, Семен задержался и, обернувшись к Юрию Евгеньевичу, сказал:
— Запроси–ка ты еще соседей. Хотя бы Новгород и Псков. Он мог и туда на ремонт податься.
…Из сотен рапортов и справок Белянчиков отобрал прежде всего те, где речь шла о ремонте белых «Жигулей». Таких случаев оказалось несколько, но ни на одном автомобиле не обнаружили повреждений, характерных при наезде на человека. Технические эксперты ГАИ, проверившие эти «подозрительные» машины, дали свое твердое заключение.
Белянчиков не исключал и того, что человек, совершивший наезд, просто поставил свои «Жигули» в гараж или накрыл брезентом и ждет, когда улягутся страсти. Тут–то и оказали неоценимую помощь привлеченные к операции дружинники — вместе с милицией они в присутствии владельцев проверили все индивидуальные гаражи, все открытые и закрытые автостоянки, попросили владельцев показать машины, укрытые брезентом или пленкой. В двух гаражах–сарайчиках давно не заглядывавшие туда владельцы с изумлением обнаружили отсутствие своих автомобилей. В районных управлениях завели уголовные дела об угоне. Но украдены были «Запорожец»
