энергии, так что реактор пришлось ставить соответствующей мощности. И когда гравиколодец не нужен, всю эту энергию можно тратить на щит. В бою, правда, колодец нужен почти всегда — иначе зачем там вообще заградитель? А когда он активен, корабль представляет собой фактически летучую мишень. И желающих по этой мишени пострелять найдётся ой как много…
Вооружение, опять же, было очень неплохое для таких размеров — восемь турболазеров, двадцать четыре лазерные пушки… только тибанны, чтобы всё это изобилие питать — мизер, так что можно либо пострелять часто, но недолго, либо долго, но редко.
— У меня есть предложение получше, — сказала Гетзерион, выслушав рассказ пришельцев.
Конечно, полностью ей план никто не излагал — сумасшедших в команде не было. Мужчин Гетзерион в грош не ставила, поэтому переговоры вели в основном тогруты, остальные выразительно стояли за их спинами. По факту ей просто предложили обмен — свобода межзвёздных путешествий в обмен на жизнь Палпатина. Поработать просто приманкой или принять более активное участие в бою — это уже на её выбор.
— Я убью вас всех, оставив только одного, кто умеет водить небесный корабль. Этого последнего я буду пытать, пока не превращу в дрожащую тварь, лишённую и тени собственной воли. И потом он увезёт меня с Датомира.
Она подняла руку и вокруг команды начало сжиматься невидимое кольцо Силы, а световые мечи резко сорвались с поясов и перелетели к её ногам. Невербальная магия Гетзерион была практически столь же сильна, как заклинания других ведьм. А уж если у старухи было время спеть формулу…
— Можете не переживать. Вашего Палпатина я тоже убью, так что ваша задача будет выполнена. Уж извините, что вы этого не увидите.
Прямая атака Силой на обученного форсъюзера — либо «великолепная наглость», если она срабатывает, либо «великолепная глупость» во всех остальных случаях. Это «всё или ничего» — если она пройдёт, бой можно считать законченным, но если нет — ты сильно раскрываешься для контратаки. В джедайском правиле «не использовать Силу для нападения» есть и тактический смысл, не только духовный. Во всяком случае, когда они бьются с равными себе. Но Гетзерион могла себе это позволить. Мол, Асока, Шаак Ти — все повалились, задыхаясь, на колени. Мощь Тёмной Стороны, давящая на них, настолько же превосходила их собственную, насколько любой из них превосходил обычного не-одарённого. Но Вейдер не просто остался стоять — он как будто и не заметил атаки. Лишь слегка приподнял бровь.
— Я нахожу, — процедил он, глядя в горящие ненавистью глаза старухи, — что этот недостаток веры вызывает опасения.
Сила ведьмы, безусловно, была огромна. И то, что Анакин как Избранный располагал не меньшими резервами чистой энергии, само по себе не дало бы ему преимущества. Если бы он появился на Датомире ещё до своей «смерти», обученный только Оби-Ваном и Палпатином, бой, вероятно, кончился бы вничью. Он бы из последних сил зарубил вредную старуху, но и сам если выжил бы, то только чудом. Впрочем, ему чудом выживать не впервой.
Но сейчас, когда у него за плечами стояли два призрака… он впервые на практике ощутил, насколько продвинулся с тех пор. Мгновенно выстроенная Митрой защита легко поглотила все волны мрака, что Гетзерион на него обрушила. Даже исаламири использовать не понадобилось. А Тенебрус тем временем провёл комбинированную атаку — несколько Молний Силы ведьма успешно отразила, но потеряла концентрацию на доли секунды. Как раз те доли секунды, которые понадобились, чтобы Вейдер в прыжке перелетел через её голову и взял сзади в захват, применяя Вытягивание Силы.
Многократно усиленное тёмными ритуалами, тело Гетзерион само по себе оставалось телом чрезвычайно ветхой старухи. Ведьма могла разорвать танк голыми руками и бежать быстрее спидербайка, но как только Сила покинула её тело — оказалась весьма хрупкой и медлительной. В отличие от Анакина, чьё тело клона было ещё весьма молодым и свежим даже без Силы (хотя конечно, по силе не шло в сравнение с его кибернетической оболочкой — зато было гибче и проворнее). Что ещё хуже, у неё и голова варить перестала. Получался порочный круг — чтобы сбросить Вытягивание, нужно сконцентрироваться, но чтобы сконцентрироваться, нужно сбросить Вытягивание.
— Ну что теперь думаешь, бабка, — процедил Вейдер ей на ухо, — тварь ли я дрожащая, или право имею?
Ведьмы из свиты Гетзерион, до сих пор стоявшие тихо в стороне, теперь двинулись вперёд. Но судя по их лицам, они сами не решили, чего хотят — то ли освободить свою наставницу и главнокомандующую, то ли убить её самим. Дилемма, которую Вейдер вполне понимал — как и у ситхов, преданность наставнику и повелителю здесь была сравнима только со страхом перед ним же. Но в обоих случаях позволять Гетзерион покинуть планету живой, бросив их здесь, в планы Ночных Сестёр точно не входило. Без её легендарной мощи клан просто добьют либо конкуренты, либо Дочери Аллии.
Вейдер бы их без труда раскидал, но он был целиком занят контролем пленницы, так что действовать приходилось остальным. Мол и джедайки, очнувшись от удара Матери, похватали выпавшие мечи и заняли боевые стойки. Сейчас тут будет очень-очень весело.
— На вашем месте я бы не делала резких движений, — мягко сказала Шаак Ти, оглядывая ведьм. — Подумайте сами. Мы стоим в трёх метрах от вас. Вас учили вести бой на превосходство в силе — чьи заклинания могущественнее, та и победила. А нас — на превосходство в скорости. Прежде, чем вы успеете пропеть хотя бы один слог, наши мечи уже будут в ваших телах. А вашей невербальной магии не одолеть нашей защиты. И главное, зачем это вам нужно, рисковать своими жизнями? Позвольте нам улететь и вы никогда не увидите Гетзерион, которой вы сами боитесь. Одна из вас сможет занять её место.
— Это так не работает, — бросил Мол. — Только не у Сестёр Ночи. Гетзерион была главной ударной силой их клана. Без Матери их сомнут и растопчут.
— Бедные, бедные девушки, — вздохнула Шаак Ти. — Вы сами не чувствуете, насколько это печально? Вашей единственной защитой была та, кого вы сами же больше всего и боялись… Как сказала только что ваша Мать, у меня есть предложение получше. Нет, я не имею в виду — убить вас всех.
— Хочешь что-то сказать — говори, — процедила одна из ведьм.
Вейдер зажал рот Гетзерион, чтобы та не сорвала переговоры.
— Мы договоримся с
