– Откуда вы знаете…
Старик скрыл улыбку под усами:
– У нас своя служба информации. Не отставайте.
Он двинулся вдоль стены пещеры в дальний ее конец.
Северцев задержался, разглядывая рукоять меча с огромным сверкающим алмазом и часть лезвия, торчащего из каменного столба.
– По-моему, я где-то его видел…
Проводник оглянулся:
– Это Талвар-и-Джанг, Меч Ислама, символически объединяющий власть и могущество. Алмаз на эфесе – знаменитый Кох-и-Нор.
– Гора света…
– Точно так.
– Но я слышал, что алмаз давно хранится отдельно от меча…
– Страз.
– Что?
– Хранится страз, искусная копия, почти неотличимая от подлинника. Здесь – истинно существующий алмаз.
– А вот этот, рядом?
– Мечи – не просто куски остро заточенного металла. Легенды, былины, мифы, сопровождающие их, как правило, несут достоверную информацию о владельцах и деяниях оных. Меч, на который ты указал, принадлежал арийскому нибелунгу Зигфриду.
– Вот красивая рукоять… почему она такая… двухцветная?
– Это Бжейкула-Вжашла, меч абхазского героя Цвицва. Сам меч с одной стороны черный, с другой – серебристый, соответственно двойственному состоянию души героя, наряду с подвигами совершившего немало дурных поступков.
– А вон тот, длинный?
– Гунрир, меч Гейрреда-конунга.
– За ним тоже рукоять интересная…
– Это Эскалибур, или Калибурн, как его иногда называют.
– Меч короля Артура? Но ведь Артур – легенда…
– Я же говорил, в легендах зашифрованы вполне реальные исторические события, происходившие на земле в ранние времена. Жизнь короля Артура – вовсе не миф. Обратите внимание на соседний орт.
– Что?
– Замковый столб.
– Рукоять светится, будто ее раскалили…
– Это «пламенный меч обращающийся», с которым, по легенде, был поставлен херувим у врат рая после «грехопадения» Адама.
– А на самом деле кому он принадлежал?
– Герою без имени, причем не человеку.
– Как – не человеку?!
– На Земле существовало множество цивилизаций, созданных другими разумными существами, от насекомых до динозавров. К сожалению, следов их деятельности практически не сохранилось, за редким исключением. Этот меч – бесценная реликвия времен экспериментов с первыми носителями разума, созданными искусственным путем.
Северцев встретил взгляд Дмитрия, недоверчиво покачал головой:
– Вы говорите поразительные вещи… А если я проболтаюсь?
– Постарайтесь избежать подобных ошибок, Олег Николаевич.
– Откуда вы меня знаете?
– Служба такая, – уклонился от прямого ответа седобородый.
Дмитрий, разглядывающий пещеру, подошел к темно-серому столбу с нашлепкой, похожему на гипертрофированно увеличенный фаллос.
– Красивый меч…
– Это Эгей, меч Тезея, греческого героя. Чуть подальше – Берсерк, меч Зигмунда. У стены – Хатиман, сина-меч, символ Древнего Китая. Но пойдемте, други, время не ждет.
Хозяин и гости прошествовали в конец зала, остановились у самого большого каменного пальца с огромным мечом, рукоять которого могла уместить сразу с десяток ладоней.
– Вот это ножичек! – с дрожью в голосе проговорил Олег.
– Это Расей, – с уважением поклонился мечу старец. – Меч былинного богатыря Святогора. Рядом – Сияющий, меч Руслана-витязя, защитника Рода. Дайте Боривой.
– Что?
– Дайте мне меч Боривоя-витязя.
Дмитрий, поколебавшись, протянул старику меч с простой, обмотанной черной лентой рукоятью.
Старик взял его двумя руками, благоговейно поцеловал лезвие, поклонился до пола. Меч на мгновение засиял, как язык пламени. Старик подошел к одному из пустых каменных столбиков, примерился и одним движением воткнул меч в столб сверху вниз, погрузив его в камень чуть ли не целиком. Столб оделся сеточкой молний, запахло озоном.
Старик отступил, еще раз поклонился.
– Спи с миром, древний закон. – Последнее слово старик произнес с ударением на первом слоге. Обернулся: – Вот и все, витязи, идем дальше.
В стене открылся невидимый ранее проход. Короткий коридорчик привел друзей в еще один зал, почти такой же большой, как и первый, но более темный, мрачный и душный. Здесь было еще жарче, чем в первом. Из сотен столбиков, в большинстве своем коричневых и черных, торчали рукояти мечей.
– Бог ты мой! – сказал Северцев. – Сколько же их всего?!
– Примерно столько же, сколько и в светлом схроне, – отозвался старец. – Шестьсот шестьдесят четыре. С вашим мечом будет шестьсот шестьдесят пять.
– Число зверя…
– Еще нет. И надеюсь, не будет.
– Как тут жарко, неуютно!
– Здесь спит Алчность Мира, не стоит удивляться. И не стоит находиться здесь долго. Дмитрий Олегович, дайте Чернобой, меч Чернаги.
Дмитрий молча протянул черный меч, с облегчением вздохнул, массируя кисть левой руки со скрюченными побелевшими пальцами.
Хранитель подошел к ближайшему столбу с голой вершиной, воткнул в нее меч, зашипевший, как рассерженный кот. Поднялась к потолку пещеры и растаяла струйка синеватого дыма.
– Идем отсюда.
– Подождите, – опомнился Северцев. – Пока мы еще не ушли… Что это за меч, со змеями и полумесяцем?
– Это Котравей, меч Дурги, супруги индийского бога-героя Шивы.
– Почему он в этом зале, а не в первом?
– Потому что служил неправому делу.
– А тот, в рубинах?
– Завоеватель, меч нормандского герцога Роберта-Дьявола. Рядом, в золотой насечке, Бич Божий, меч Гуннов, или меч Аттилы.
– А этот? – Северцев протянул руку к рукояти меча и отлетел в сторону, не сразу сообразив, что произошло.
– Не дотрагивайтесь! – сверкнул глазами Хранитель. – Это Иезек, меч Яхве, Пожиратель Душ. Прошу руками ничего не трогать, это опасно!
– Почему же вы храните эти мечи? Не лучше ли их уничтожить?
– Каждый меч – символ войны или мира, магический жезл, реализатор власти и одновременно фигура равновесия. Их почти невозможно уничтожить как физический объект. Приходится хранить подальше от людских глаз, чтобы никто не соблазнился применить их еще раз. Но идемте, нам пора.
Северцев и сам чувствовал нарастающее темное давление на голову, закрадывающийся в душу страх, подспудное желание оглянуться, схватить оружие, куда-то бежать, кричать и драться, и он поспешил из зала вслед за переживающим те же эмоции Дмитрием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
