что вела некромантку, юркнула мимо Инды, не поднимая глаз, Имельда последовала за ней, но любопытство перевесило, и она мимолетом кинула взгляд в комнату. Дверь все равно была распахнута.
Каково же было ее удивление, когда она увидела на Мару, что сидел, привалившись к спинке кровати, засыпанной мягкими большими подушками. Он был раздет лишь на половину. На нем были брюки того же типа, в которых сейчас шла сама Имельда. Заложив руки за голову, он лениво наблюдал за разборками юрсэ и ее госпожи, которые понятия не имели, что он все понимает. Это его забавляло.
На его теле действительно были рисунки. Цветные тату делили грудь пополам. От левой груди по ключицам к плечу и дальше по всей руке вплоть до запястья шли извивающиеся, грубые узоры яркой расцветки, а на правой половине груди были такие же, но однотонные, темные, зеленоватого оттенка.
Имельда потратила на разглядывание буквально мгновение. Мару тоже невольно мазнул взглядом по проходящей мимо юрсэ и девушке, что шла следом за ней. Они пересеклись взглядами.
И если лицо Имельды утратило на несколько мгновений свое расслабленное выражение, стремительно сменяясь на удивление, то Мару лучше держал себя в руках, никак не выдавая своего замешательства. Только едва заметно дернул рукой, словно сначала хотел что-то сделать, но стремительно передумал.
Имельда отвернулась, ощущая, как щеки стремительно начинают гореть, и ускорила шаг. Инда заметила ее эмоции, но никак не отреагировала, шлепнув по заду юрсэ по имени Тария, втолкнула ее в комнату и захлопнула дверь.
— Госпожа Пешет, — она лоснящейся кошкой обернулась и последовала за некроманткой, снова переходя на «вы». — А не хотели бы вы все же совместить приятное с полезным? Есть ли у госпожи пожелания на счет рэна? — Имельда сдвинула брови — естественное их положение в последнее время — и взглянула исподлобья на хозяйку борделя. Та явно не спроста задала этот вопрос, но девушка так и не поняла, что она этим хотела добиться.
— Нет. Я здесь не за этим.
— И все же, вы ведь не бесконечно работаете, верно? Расслабляться тоже нужно.
— На оплату ваших услуг моего жалованья не хватит, — буркнула Имельда, надеясь, что хотя бы финансовая сторона вопроса отвадит Инду, которая вроде бы до этого не желала с ней говорить и ушла, но вот снова шла рядом и пыталась навязать ей одного из своих мальчиков. Хотя Имельда и до этого ее предложения ни за что бы не стала пользоваться местным сервисом, а теперь, увидев в одной из комнат Мару, желала оказаться как можно дальше отсюда. Она готова была провалиться от стыда сквозь землю. Хотя по ее хмурому лицу этого нельзя было сказать. Разве что щеки порозовели. Что он подумает о ней? Хотя она наверняка знала, что именно он подумает… Что тут можно подумать!? Простор дел, которыми тут занимаются, не такой уж и большой. Но не бежать же сейчас к нему в комнату с воплями «Я здесь не за этим!»
Благо, что идти до нужной комнаты было не далеко. И к тому моменту, как они втроем остановились у двери, посторонние мысли Имельды волей-неволей уползли в самые потаенные уголки ее разума. В конце концов, все они взрослые люди, к тому же ничем друг другу не обязанные.
Инда, не добившись от девушки нужных слов, тяжело вздохнула.
— Не знаю, что вы надеетесь там найти… — Имельда не ответила. Она, молча, забрала свои вещи из рук услужливой юрсэ, прекрасно чувствуя страх этой юной девушки. Она боялась даже стоять рядом с проклятой комнатой, не то, что находиться в ней. Инда не боялась. Волей она была куда крепче продажной девочки, а своими эмоциями отлично умела руководить. Но все же, этот кошмарный случай всколыхнул в ней застарелый страх, когда она сама еще была юной и ее тело не принадлежало ей самой. Инда не могла взять в толк, кому понадобилось столь чудовищным способом уродовать ее девочку. Да, зачастую ее гости были не чисты намерениями, поднимали руку на юрсэ, заставляли делать всякое… Но одни за такое доплачивали, с других Инда сама стрясала компенсацию, а третьих, уж совсем зарвавшихся, выставлял Кермич — тот самый маг, что сидел сейчас неподалеку. Поэтому Инда с одной стороны не хотела, чтобы некромантка бередила эту «рану», что еще даже не затянулась, а с другой стороны, она надеялась получить призрачный шанс на безопасность. Ведь покуда убийца, что с такой легкостью проник сюда под другой личиной, сотворил зверство, и так же легко ушел, ходит безнаказанным, какой шанс, что он не вернется и не повторит все это снова? — Сколько вам понадобится времени?
— Не знаю, — вздохнула Имельда. — Возможно, вся ночь.
— Хорошо. Если что, зовите Кермича или меня. Можете послать за нами любую из свободных юрсэ, — Инда взяла под локоть свою девочку, и они стремительно удалились по коридору обратно, как и пришли.
Имельда кивнула сама себе и взялась за ручку двери. Холодный металл лизнул кожу ладони, впуская через это прикосновение в ее разум воспоминания о том, кто касался этой ручки за последнее время. А таких людей было великое множество. И все эти руки, что брались за округлую дверную ручку, слились в одно сплошное размытое пятно, пока Имельда не отпустила ее и поспешно не закрыла дверь с другой стороны, привалившись к ней спиной. Виски заломило. Она была не готова к такому объему информации. Это не жалкий кусочек мела, к которому прикасалась одна лишь Вея Вельт, который она когда-то нашла в ее тумбочке. Нужно было как-то с этим всем совладать, и Имельда понятия не имела, как.
Она открыла глаза и осмотрелась. Здесь было сумрачно. Окна были завешаны тяжелыми темными портьерами, но кое-какой свет все же проникал сквозь щель между двумя кусками дорогой ткани. Полукруглая широкая кровать с резной спинкой из светлого дерева являлась главным атрибутом местного убранства, но также здесь присутствовали и софа, и два кресла с чайным столиком, ширма для переодеваний. Но, помимо этого, здесь еще была небольшая комнатка, в которой находилась вместительная красивая ванная с витыми ножками, которая занимала почти все пространство, и отдельный туалет. Всего этого она не заметила с утра. Она была вымотана после тяжелой ночи, и ее куда больше привлекло тело девушки, нежели окружающая обстановка. Сейчас же ей
