«Где. Ты. Есть?!»
«Сюрприз отменяется. Если через полчаса не перезвонишь – будет скандал».
Я кратко глянула на часы – с последнего сообщения прошло больше часа. Представив разъярённого Виктора Семеновича, я передумала ему звонить, потому что теперь даже писать было страшно. Закусив губу, быстро напечатала: «Забыла сказать, что у меня собеседование. Только сейчас увидела твои сообщения, прости».
Он прочитал мгновенно, будто сидел с телефоном в руках и открытым окошком диалога. Писал, стирал… Писал, стирал… И так множество раз, заставляя меня нервно перетаптываться на месте.
«Какая работа?»
Это были лишь два слова, но я усмотрела в них коварство и подвох. Не желая объяснять подробности по телефону, подошла к огромному зеркалу в подсобке и сделала фото своего антуражного костюма. Думала, мужчина оценит. А он…
«БЛЯДЬ!» - ответил кратко и многозначительно. Я нахмурилась и расстроилась. Но, как оказалось, это было только начало!
«Что это за пизд*ц, Аль? БЫСТРО ДОМОЙ!»
«И не подумаю! Мне нужны деньги!» - хмуро выдала. Почему он просто не мог за меня порадоваться? А ведь так хотелось его удивить, что я смогла, нашла сама…
«Котик, просто скажи мне, где ты, ладно? Я не буду тебя ругать, клянусь. Просто заберу домой».
«Нет!» - одна из официанток позвала меня, напоминая, что я вообще-то на испытательном сроке. А значит, нужно было заканчивать бессмысленный диалог. Пролистав пять новых сообщений, где Виктор Семенович написал все, что думает о моей работе, я решила не писать ему адрес бара. Если он сюда придет, работы точно у меня больше не будет.
«Увидимся утром! Целую, доброй ночи:)» - кратно ответила и успела увидеть перед блокировкой экрана только несколько его мгновенного отправленных сообщений.
«Что значит «утром», Аль?»
«Ты шутишь? Совсем сдурела?»
«Быстро домой! Шутка затянулась!»
«Котик… Солнышко… Девочка моя дорогая… Просто скажи мне адрес, ладно? Последний раз прошу по-хорошему».
«АЛЯ, млин! Готовь задницу к ремню».
Бар ломился от клиентов, заказов было много, а значит, бегать нужно было без устали туда-обратно. Большая часть посетителей приходилось на мужчин, но все их внимание сводилось к скабрёзным шуточкам и подмигиваниям, никаких приставаний. Да и не был рабочий костюм развратным! Сексуальным – да. Но уж точно не развратным.
Под утро я настолько устала, что не смогла бы отличить чашку чая от кружки пива. Упав в подсобке на мягкий диван, уставилась в потолок. Представляя, как нужно будет сейчас добираться в замок моего дракона огнедышащего, и… заснула.
И снова мое тело среагировало в нужный момент, посылая сигнал SOS об опасности. Резко распахнув глаза, я едва не задохнулась. Виктор Семенович знакомо возвышался надо мной, как голодный тигр.
- П-привет, - сдавленно выпалила я, нервно хихикая. Все-таки нашел! Вот же черт… - К-как д-дела?
- С добрым утром, блядь! - ехидно выдал мужчина, а затем нагнулся, подхватил меня с дивана и закинул на спину, унося куда-то по направлению к выходу.
Краем глаза, верх тормашками, я видела, как косятся на нас официанты, а у девочки-администратора было такое перепуганное лицо, что стало сразу ясно: с ней Виктор Семенович уже разъяснительную беседу провел. Я не стала вырываться, потому что и так было слишком стыдно и неловко.
Но когда он поставил меня на ноги у машины, терпение прорвало.
- Какого хрена, а? Что ты творишь? - ткнув пальцем в бешено вздымающуюся грудь мужчины, я уставилась в его перекошенное от ярости лицо, и тут что-то внутри больно ойкнуло. Он был белым, как мел, а под глазами появились внушительные такие синяки. Не спал, наверное, бедный… Переживал! Может, вправду переборщила?
- ЧТО Я ТВОРЮ? - от его пронзительного крика птицы с соседних деревьев разлетелись, а жалость внутри меня умерла на корню. – Ты, Аль, вообще берега попутала, да? Домой, быстро! Будем там разбираться!
Послав ему полный ненависти и злости взгляд, я резко развернулась и пошла в противоположную от машины сторону. Хотела уйти по-английски – не дал. Резко схватив за талию, Виктор Семенович потянул меня на себя. Я и пикнуть не успела, как оказалась пристегнутой ремнем безопасности в машине с наглухо закрытыми дверьми.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Тиран гребаный! Я все равно уйду, - выпалила я по пути домой, спустя получасовое молчание. В которое мужчина дышал, как бешеный зверь и хрустел своими кулаками, снова и снова сжимая их и разжимая. - Вещи только соберу - и до свидания! Устроил концерт какой-то…
- Ой, - поморщился тот. - Молчи, Аль! Молчи, а то хуже будет... Я из последних сил сдерживаюсь!
Я уставилась на него в оба глаза в полном неверии. Он серьезно угрожает, да?
Как только авто припарковалась на закрытой территории участка, он, наконец, разблокировал двери, и я вылетела из машины как бешеная, рванув в спальню. Моя старая сумка аккуратно стояла в шкафу, но, стоило мне только достать ее, как в комнату влетел Виктор Семенович.
Он молча вырвал ее из моих рук, подошел к окну и выкинул ее на улицу. Да, этаж был первым, но придется весь участок обходить, чтобы ее забрать.
- Псих! - взорвалась я, тыкая в него указательным пальцем. - Тебе лечиться надо, понятно?!
- Это я псих?! МНЕ лечиться надо, Аль?! - рявкнул он так, что сердце в пятки ушло, а энтузиазма и смелости поубавилось. - Это я, не сказав и слова, пошел в бордель работать в ночную смену, да? А чего не на трассу? Холодно? Так платье бы еще короче надела, а то только ползадницы было видно – не порядок!
- Что ты несешь? Это бар! - сложив руки на груди, я пыталась испепелить его взглядом, но у Виктора Семеновича получалось намного лучше. Опытный, гад.
- Бордель! - стоял на своем тот, а затем хитро прищурился и сделал опасный шаг ко мне. Я назад – а там уже шкаф. Попала! - Напомни-ка мне, котик, ты с кем, а?
Я была так чертовски зла на него, так сильно рассержена, что не придумала выхода лучше, чем уколоть:
- А ни с кем, ясно? Одна! - как можно равнодушнее выпалила я, но голос все равно на истерику больше походил. Особенно, когда глаза мужчины напротив побагровели, капилляры полопались. - Я живу в твоем доме, потому что Ленка делов натворила. Ты сам сказал! Или я не права? Ну занимаемся мы сексом, и что? Даже спим в разных кроватях!
- Алинка… - опасно протянул он, качая головой. И выглядел при этом так, будто собирается сделать что-то плохое. С глухим рыком впечатавшись кулаком в стену напротив, он просто… ушел.
Я целую минуту смотрела на захлопнутую дверь, а потом разрыдалась. Видимо, правду сказала, а ему и возразить нечего было! Просто секс, ничего больше. Подумаешь. Ничего необычного. А что следовало ожидать от того, кто полстолицы перетрахал? Любви? Верности? Серьезных отношений? Ха-ха три раза!
Но почему-то от этого боль в груди меньше не становилось, легче - тоже. От бессилия подкашивались ноги, и я присела на край постели, закрыв лицо ладонями.
Дверь открылась резко, на пороге снова показался Виктор Семенович. Резкий, полный бескомпромиссной уверенности в себе и своем решении. Бахнул рюмочку, что ли, для храбрости?
- Значит так, - деловито начал он, не моргая. Я даже плакать перестала с перепуга. - У тебя два варианта, Аль. Либо мы сейчас переносим твои вещи в мою спальню… Только после этого ты – моя. Никаких борделей, никакой пропажи без звонка, ясно? Чтобы я всегда знал, где ты и с кем ошиваешься! Если вместе – я за тебя отвечаю, поняла? - он тяжело вдохнул и отвел взгляд к окну. - Если нет… У меня квартира есть в центре города, пустая. Живи там, сколько нужно, мешать не буду, денег не возьму. Третьего не дано, - отведя взгляд, он глухо выдохнул. - Не хотел на тебя давить с этой спальней. Думал, личное пространство поможет освоиться. Все. Хватит. Я так больше не могу!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Минутное молчание измерялось лишь бешеными ударами моего непослушного сердца, трепещущего от каждого слова мужчины. Если он врал сейчас… То я совершенно разочаруюсь в людях! А если нет – то мужчина напротив явно чувствовал ко мне намного больше, чем готов был признать даже самому себе.
