- Это заразно, Витюш, шуточки твои! Половым путем передаются, - горестно вздохнула я, опасно посмотрев на лотки с яйцами. - Есть один вариант. Но нужна будет твоя помощь.
Вот так вот мой план по соблазнению Виктора Семеновича его любимой запечённой картошкой с сыром пролетел, как фанера над Парижем. Зато он честно помогал мне готовить «Молочную Девочку», и уже в двенадцать ночи, собирая бисквиты, я наконец-то решилась заговорить про трудоустройство.
- Аль, солнце, я тебя, конечно, очень… - он вдруг закашлялся в кулак, хотя ничего вроде не ел. - Обожаю! Но давай-ка ты мне больше выносить мозг с этим не будешь? Я еще от прошлого раза не отошел!
- Но мне нужны деньги! - ахнула я в отчаянье. И речь была не только в финансовой независимости, но в самодостаточности. Я не чувствовала себя полноценным членом общества, сидя безвылазно на одном месте третью неделю. Была совершенно не в курсе того, что происходит ЗА воротами сказочного замка. И это бесило.
- Я на твое имя уже кредитку безлимитную оформил. Пользуйся на здоровье, - и протянул мне пластиковую золотую карточку. Которая, как оказалось, все это время в кармане его брюк лежала.
Только вот почему-то радости внутри не было, а лишь желание треснуть его по голове рядом стоящей сковородкой. Но затем, трезво оценив состояние самоуверенного до мозга костей мужчины, я решила действовать иначе. Карточку взяла, слова не сказала и... отложила подальше.
***
- Коте-е-енок! - Виктор Семенович возник дома раньше обычного, когда я еще окончательно не подготовилась. Голос его был веселым, даже слишком. - Иди ко мне, у меня подарок!
- В честь чего это? - быстро допудривая нос, тянула я время.
- За твой охрененный торт! Один очень хороший и нужный человек мне его весь день нахваливал, - с долькой гордости хмыкнул тот, судя по голосу, приближаясь все быстрее. - Пришлось признаться, что дома у меня теперь живет молодой кондитер.
- Да что ты говоришь! - быстро расправив волосы, я подтерла помаду и платье разровняла. А когда повернулась, мужчина уже стоял в проходе, жадно изучая меня взглядом.
- А ты куда нарядилась? - настороже протянул он, сжимая челюсти.
- Никуда, - закатила глаза я, сложив руки на груди. - Тебя встретить!
- Так я же намного раньше пришел, зай. Охранников моих соблазняешь? Или опять куда-то намылилась? Может, дом запирать в мое отсутствие? - с вызовом и, кажется, без шуток рыкнул он, а затем резко притянул меня к себе, впиваясь в губы жадным поцелуями.
Будто крича «мое»! Когда мужчина оставил меня в покое, я тяжело дышала, с трудом стоя на ногах. Последняя его фраза как-то утонула в совершенно других чувствах… А вот Виктор Семенович владел собой лучше. Усадив меня на раковину, вклинился между ног и поднял голову за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
- Не ври мне, Аль. Я это не люблю.
Мне настолько не понравилась эта его самоуверенная упорность и ревность необоснованная, что я недовольно отвернулась и нахмурилась, не желая ничего не объяснять. Пусть думает, что я по мужикам собралась, уже все равно.
- А-а-аль, ну не обижайся, - протянул он, словно и не было это странной вспышки агрессии. Губы его уткнулись в щеку, а руки скользнули по тесному платью. - Хочешь подарок свой посмотреть? Я сам его выбирал…
На самом деле в тот момент у меня появилось странное желание остаться одной. Я тут готовилась, наряжалась, приятное ему хотела сделать… А он нагрубил, угрожает или и в чем-то обвиняет! Но вряд ли Виктор Семенович понял бы все правильно, озвучь я свои чувства. Так что недовольно буркнула:
- Ага, давай…
Он выбежал из ванной куда-то по направлению к входной двери. Я резко вскочила на ноги, отряхиваясь. И только тогда заметила на полу телефон мужчины. Видно упал, когда тот ко мне ринулся со всех ног.
Я молча подняла его, собираясь положить на стол. Но мне показалось, что экран лопнул. Желая проверить догадку, разблокировала экран, а там целая гора непрочитанных сообщений. И половина из них от адресата «Дочь».
«Не будь придурком, отец! Алинка тебя разводит, как лоха последнего, а ты и рад повестись!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Она давно план строила по твоему охмурению, понятно? Специально просила меня, чтобы я вас в морозилке закрыла!»
«Только я теперь живу в этой заднице, а она в шоколаде!»
«Кому ты нужен вообще? Деньги всем твои нужны – и только. Я единственная тебе правду говорю. Потому что единственная люблю!»
«Вот увидишь, появится кто посолиднее – она к нему убежит!»
Виктор Семенович вошел в ванну, и я тут же протянула ему телефон, судорожно обдумывая слова подруги. Как я раньше не замечала эту ее удивительную способность выдумывать легенды? Сказочница гребаная!
- Она врет, - зачем-то сказала я, а мужчина в это время буравил меня строгим и пронзительным взглядом.
- Естественно, - без капли эмоций выдал он, даже шанса не давая догадаться, о чем думает?
В любом случае, было у меня острое ощущение, что это благодаря Ленке меня так сильно терроризировали ревностью. И именно благодаря ей время от времени у Виктора Семеновича конкретно так крыша ехала.
А затем мужчина отряхнулся, натягивая улыбку, и протянул мне огромную белую коробочку с откусанным яблоком. Челюсть моя благополучно прямо до пола и упала!
- Это тебе! Спасибо за тортик, солнышко.
- Вить, за тортик говорят: «Спасибо, Алина!» - Я глубоко вздохнула и растерянно провела пятерней по волосам. Нет, это уже ни в какие ворота. - Новый ноутбук! Он же стоит, как моя почка.
- Спасибо, Алина! - передразнил меня мужчина, а затем буквально всучил мне в руки коробку. - И вот еще ноутбук. Для меня это ерунда. Довольна теперь?
Я застыла, борясь с приступом внезапной ярости и чувством собственной ничтожности.
- Я не приму, - покачала головой, обратно вкладывая ему в руки коробку. Он так и застыл с таким выражением лица, что срочно захотелось сбежать. Что я и сделала, быстро протиснувшись мимо него и направляясь в спальню так быстро, как только могла, будто инстинктивно желая спрятаться. - У меня свой ноутбук отличный. Работает хорошо. В новом не нуждаюсь. Спасибо.
- Да что ты говоришь? А он ведь сломался, котенок! - опасно крикнул мне вслед мужчина, в голосе явно прослеживалось раздражение.
- Нет, не сломался, - была твердо уверена я.
Вот же, лежит на кровати – целый и невредимый! Недолго лежал. Виктор Семенович возник передо мной словно вихрь, подхватил мою единственную ценную технику, а потом с высоты своего роста упустил на пол. Естественное - корпусу пластиковому пришел конец.
- Ой, - даже не пытаясь разыграть случайность, отчеканил тот, сжав зубы от злости. - Как неловко вышло, правда? Теперь мой подарок тебе нравится? Будешь пользоваться?
Мои глаза наполнились слезами, а сердце застучало внутри, как бешеное. Сжав кулаки от бессилия, я уставилась на него со всем отчаяньем, на которое только была способна.
- Ты вообще в себе, а? Я не твоя содержанка, понятно? - хотела воскликнуть громко и четко, но голос странно осип, задрожал. - Не надо меня спонсировать. Я сама как-то справлюсь! И то, что ты сейчас сделал, просто… Уф! Псих!
- Аль… - прошептал Виктор Семенович, наконец, поубавив свой гонор. Но мне как-то на его душевные мучения стало наплевать с высокой горы!
Медленно развернувшись на пятках, я с грохотом захлопнула дверь спальни и спустилась вниз. В ту, что до недавнего времени была моей. И в ту, где был новый врезанный замок, открывающийся и закрывающийся только изнутри. Именно там я и заперлась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Не прошло и десяти минут, как в дверь раздался робкий аккуратный стук. За своими непрерывными рыданиями я даже не сразу его расслышала, а голос мужчины заставил буквально вздрогнуть и подобраться.
- А-а-аль, ну прости меня, ладно? Давай мириться?
- Мириться, да? Как у тебя все просто! - прохрипела я, утирая слезы, а затем откашлялась, пытаясь сделать голос нейтральным, но в тоже время серьезным: - Не хочу я с вами мириться, Виктор Семенович. Все.
