— Одиннадцатый час!
— Сегодня выходной… — принялась оправдываться Инга. — Я много работала всю неделю…
Осознав, что привычно опустила голову и скомкала подол, Инга выпрямилась и поймала прищуренный взгляд фея, одетого в плащ (его расу Инга решила пока скрывать). Он приподнял одну бровь, и до Инги дошло. Она уже не маленькая девочка. Она живет в собственном доме. Зарабатывает собственные деньги. Она ответственна за своих рабов. Если сейчас покажет слабость, Зуматар этим непременно воспользуется. Да и Аррон тоже, наученный во дворце топить всех слабых.
— Итак, что вас привело ко мне? — она села в кресло и представила, что перед ней просто склочные клиенты.
— То, что ты обзавелась таким количеством рабов и разбрасываешься ими, в то время, как твоя мама и брат страдают! — выпалила мать.
«Узнаю, кто донес — убью» — подумала Инга.
— Мы вынуждены использовать праздничные порталы, чтобы навестить любимую дочь и сестру! — продолжала восклицать мать.
— У нас что, фестиваль? — спросила Инга у Фенрока, расставлявшего чашки и вазочки с печеньем.
Он кивнул.
— Трехдневный, в честь эльфийской богини Лета.
Инга подумала, что Дрок бы обязательно напомнил ей об этом и предупредил, что нужно держать ухо востро.
Праздничные порталы открывали устроители фестивалей во всех крупных городах. Пользование ими было бесплатным. Так привлекалось большое количество гостей, которые все равно оставляли деньги в кафе и в торговых точках.
В прошлый крупный фестиваль Инга сбежала от возможного визита в лесную хижину, а в позапрошлый — не сообразила, и сильно поскандалила с четвертой женой отца и самим отцом.
В этот раз она закрутилась и напрочь забыла про праздник! Да и как их все упомнишь, когда эльфы вытягивают из своего древнего наследия все возможное, включая день почитания котов!
— Так что вас привело ко мне? — еще раз спросила Инга, понимая, что родственной любовью тут и не пахнет.
— Ночевка! — сказал Игнат.
— Что? — удивилась девушка.
— Ночевка. Мама планирует познакомить меня с кем-нибудь. Мне жениться пора.
Игнат уже дважды женился, но мать, с которой он продолжал жить под одной крышей, развела его с обеими женами, заявив, что они недостойны ее сыночка. Хотя кандидатки и прошли ее суровый ценз.
— Только ночевка? — недоверчиво поинтересовалась Инга.
— И раб, — сказала мать. — Ты тут жируешь, а мы перебиваемся с хлеба на воду.
Не перебивались бы, если бы Игнат работал, а не сидел дома, требуя еды не меньше пяти раз в день. По сравнению с подтянутыми, мускулистыми телами ее рабов, Игнат выглядел расплывшимся и рыхлым, как дрожжевое тесто.
— Я беру этого, — мать указала на фея. На гневный взгляд Инги он только пожал плечами — сама же просила обаять!
— Мама, стоп! У вас же был раб.
— Был, да сдох недавно, — сказал брат.
— Почему? Он же молодой, насколько мне помнится.
— А кто его знает, — отмахнулась мать. — Сначала еле ноги волочил, потом лег и сдох.
Инга вспомнила старую рабыню, заменившую ей няньку. Ее подарила матери на свадьбу бабушка. Рабыня умерла, когда Инге было пятнадцать, от панкреатита. Если бы мать выделила хоть немного денег на лекаря! Но двадцатилетний брат тогда увлекся азартными играми, и денег постоянно не хватало. А отец уже жил со своей третьей женой, и считал, что взрослый оболтус в его финансовой помощи уже не нуждается.
— А я беру… — Игнат покосился на Фенрока и капризно сказал: — А где еще двое? Инга, у тебя же четверо рабов! Покажи всех!
— Ясно, — сказала Инга и обратилась к Матису: — А ты зачем пожаловал?
— За деньгами, — обаятельно улыбнулся брат. Он полностью унаследовал отцовскую красоту и умело этим пользовался. — Ты мне должна шестьдесят стандартных золотых.
— Это еще с какой радости? — удивилась Инга.
— Это то, что тебе завещала бабка. А должна была завещать мне, как старшему внуку.
Инга закатила глаза. Когда она училась на втором курсе Университета, бабушка, мать отца, умерла, оставив ей шестьдесят золотых. Инга тогда действительно перебивалась с хлеба на воду, живя на стипендию одаренной студентки. Такая сумма не оставила ее семью равнодушной. Мать закатила страшный скандал, но придраться к завещанию не смогла, а Инга впервые отстояла свои деньги (она была вечно голодная, уставшая и злая).
Вторым этапом был отец. Инга как раз купила дом в Петси, на другом конце государства, подальше от родственников. Отец недавно развелся с третьей женой, и решил, что жизнь с новой женой в уютном маленьком городке — это то, что ему не хватает для счастья. Отец подал в суд, который Инга выиграла, и с тех пор с папой не разговаривала.
Теперь вот брат, видимо, испытывая какие-то финансовые трудности, явился за своей долей.
Инга переплела пальцы и сказала:
— Мама и Игнат. Я, конечно, рада вас видеть, но не настолько, чтобы разрешить вам пожить в своем доме. Гостевая у меня одна, и она слишком маленькая для вас двоих, тем более, если Игнат надумает привести девушку. Рабов своих я вам не отдам, это мои рабы, я на них сама заработала и не понимаю, с какой радости я должна с вами делиться. Матис, если у тебя есть какие-то вопросы касаемо бабушкиного наследства, обращайся в суд. Если хочешь просто занять у меня по-родственному, идем в банк, составим договор как положено. Если это все, прошу меня извинить, у меня еще не все сны досмотрены.
— Ах ты, дрянь! — взвилась мать. — Как тебе не стыдно! Ты мне до конца жизни обязана!
Фей переместился одним слитным, плавным движением, загородил хозяйку собой.
— Делись рабами, дура! За что тебе такое богатство?! — завопил Игнат.
— За то, что я работаю целыми днями, — мрачно ответила Инга.
Окончательно разгореться семейному скандалу помешала открывшаяся дверь. В гостиной появился Дрок — серый, как могильный камень, похудевший, с искусанными губами, пошатывающийся при каждом шаге. Ему хватило только одного взгляда, чтобы правильно оценить обстановку, поэтому он опустился на колени, став выглядеть в десять раз хуже, и прошептал прерывающимся голосом:
— Госпожа…
— Чего ты приперся? — сорвала на нем злость Инга. — Почему не в лечебнице?
— Соскучился, — ответил Дрок с самым честным видом. — Там этот…
Кто этот, Инга не успела спросить, потому что на пороге появился еще один участник представления.
— Привет! — радостно воскликнул Артур. — Сво Артур Хич, боевой маг, с кем имею честь?
Матери Инги он поцеловал ладонь, братьям пожал руки, а потом приобнял Ингу. Она решила его на всякий случай не отталкивать, вдруг пригодится.
