Отложив мобильник, Эбби посмотрела на часы. Элани опаздывала на ленч уже на двадцать минут, что было очень странно.
Запив аспирин диетической колой, Эбби просмотрела длинный список рабочих звонков, которые ей предстояло сделать. Дольше засиживаться на месте она не могла; было безрассудством договариваться о ленче не сегодня, но она очень беспокоилась за Элани, а в музее не было укромного уголка, где бы можно было спокойно поговорить.
Может, Элани попросту забыла о встрече? Эбби должна была бы подтвердить время, но она была так занята, что не стала разыскивать Элани, и вот теперь ее беспокойство стало перерастать в тревогу, смешанную с чувством вины.
Она еще раз набрала номер, и тут Элани сама вошла в ресторан, как раз когда ее телефон зазвонил. Выглядела она просто ужасно: красные воспаленные глаза, бесцветные губы, как после лихорадки. Волосы Элани были собраны в бесформенный хвост, изящную фигуру скрывал мешковатый спортивный костюм.
– Все знаю, все знаю. Выгляжу как ходячий труп. – Элани бросила телефонную трубку на стол и упала в кресло.
Эбби с сочувствием посмотрела на нее:
– Ты больна?
Элани пожала плечами.
– Извини, что опоздала: только-только вылезла из постели.
– Предупредила на работе, что ты заболела?
Элани покачала головой.
– Я просто забыла о работе.
Забыла? Забыла о том, что нужно распаковывать выставку стоимостью сорок миллионов долларов? Эбби взволновалась не на шутку:
– Что-то не так? Ну, давай выкладывай!
Глаза Элани вдруг стали совершенно пустыми.
– Все не так.
Эбби поманила официантку и попросила принести кофе.
– Все – это чудовищно много. Давай лучше по порядку. Начнем с главного. Итак?
Казалось, Элани ничуть не тронула веселость Эбби.
– Я проснулась, думая о тебе. О том, что ты рассказывала о своей пьющей матери, об отце в тюрьме. По правде говоря, твоя история не сильно отличается от моей. Я хотя и была безобразно богатой, осталась без отца, который нас бросил, и слава Богу, потому что он был… Ладно, просто – слава Богу! Ну а мать не могла меня терпеть, потому что я… – Голос Элани упал до задавленного писка.
– Потому что – что? Что она не могла терпеть, дорогая?
– Ну, скажем, я была совсем не такой, как ей хотелось. Испытания, которые тебе выпали в детстве, сделали тебя сильнее, а меня нет. Все, что случилось со мной, сделало меня слабой, и я ненавижу себя за это. Я не могу больше этого выносить. – Уткнувшись лицом в ладони, Элани разрыдалась.
Эбби пододвинула свой стул ближе к Элани и обняла подругу.
– Господи, это наверняка Марк! Хочешь, я убью его?
Элани поискала салфетку.
– Я просто никакая, – пробормотала она. Эбби сунула салфетку ей в руку.
– Он издевался над тобой? – требовательно спросила она.
Элани промокнула глаза.
– Не знаю, что сказать. Смотря что иметь в виду под издевательством. Он достаточно осторожен, чтобы не оставлять следов на коже.
Эбби вздрогнула.
– Господи, как же ты могла так вляпаться?
– Сама не знаю. – В голосе Элани зазвучала безнадежность. – Поначалу все шло просто великолепно, а потом… Я испугалась, что надоела ему, и чем больше боялась, тем больше надоедала. Я чувствовала себя ничтожеством и молчала – и так постепенно попала в зависимость. Когда он заставляет меня что-либо делать, у меня нет сил отказать ему.
Эбби погладила подругу по волосам.
– Брось его, и все кончится, поверь!
Элани как-то странно засмеялась.
– Я попыталась сегодня ночью, но даже слова не смогла выдавить. И чем дальше это заходило, тем большим ничтожеством я себя чувствовала. Чем меньше я могла… Ох! А этим утром… – Голос ее упал до шепота.
Эбби овладело бешенство.
– Что он сделал утром – говори немедленно!
– Нет, не он. Мне позвонили из детективного агентства.
– Какого еще агентства? Элани грустно улыбнулась.
– Проверка связей и происхождения. В поле зрения любой мужчина, который приблизится ко мне ближе, чем на три метра. Они обычно охраняют богатых наследниц от охотников за приданым. Мать никогда не верила, что мной могут интересоваться ради меня самой. Может, она и права, – равнодушно заключила она.
Эбби подавила желание выругаться.
– Хватит о матери, говори о себе, – жестко потребовала она. – Итак? Твоя мать установила плотную слежку, и ты только что получила результаты? Что дальше?
– Нет, мать ничего не знала о Марке. Это был секрет. Но на прошлой неделе я почувствовала что-то очень странное и поэтому позвонила в агентство сама.
– И что? Что тебе сказал детектив?
– Что Марка не существует, – в отчаянии прошептала Элани.
– Повтори. Кого не существует? – Эбби пришла в полное замешательство.
– Такого человека нет. Ничего нет о его прошлом. Он все наврал, а я просто дура. – Элани уткнулась лицом в ладони. – Теперь мне надо сказать ему об этом прямо, а я не могу.
Схватив сотовый Элани, Эбби просмотрела список адресов и нашла букву «М». Марк.
– Зато мне совсем нетрудно поговорить с ним. – Эбби была готова разорвать Марка в клочья. – Я скажу ему: привет, ты все врешь, гребаный садист! Моя подруга Элани больше не хочет видеть тебя, поэтому отвали или умри. Вот так.
Однако едва она нажала кнопку вызова, Элани выхватила трубку у нее из рук.
– Я – единственная, кто должна сказать все, иначе это будет не в счет. Но сначала мне нужно привести нервы в порядок.
Эбби вздохнула: она сильно сомневалась, что Элани сможет прийти в себя до вечера.
– Ты не должна встречаться с ним наедине, и тебе нужна постоянная моральная поддержка.
– На случай, если я сдамся? – На Элани было больно смотреть. – И все равно я должна сделать это сама, понимаешь? Я должна перестать служить для него половой тряпкой. Все дело в том, что он сильная личность. А я – нет.
Ногти Эбби впились в ладони. Несмотря ни на какие усилия, ей не удалось повысить самооценку Элани, и, значит, оставалось только убить Марка, этого урода, ублюдка и негодяя…
– Боже мой, Элани, что с тобой?
Элани вздрогнула и, вскинув руку, прикрыла рот. Рядом стояла Марсия Топем, важная шишка в музейном совете: ее лицо с несколькими подбородками выражало крайнее беспокойство.
– Привет, Марсия, – прошептала Элани и попыталась улыбнуться.
– Дорогая, ты что-то неважно выглядишь! – Марсия говорила громко и с удовольствием. – Твоя мама знает, что ты плохо себя чувствуешь?
– Я прекрасно себя чувствую, – буркнула Элани. – В самом деле. У меня всего лишь простуда.
– Тогда почему ты не в постели? У тебя был доктор? Если твоя мама узнает, она будет очень расстроена!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
