автосалон БМВ, который они недавно разнесли?
— Серьёзно?
— Ну да, прямо в центре города. Ворвались толпой, побили машины битами.
— А полиция?
— Полиция приехала, но даже близко к ним не подошла. Там была толпа, сотни человек. Приехавших забросали камнями и пакетами с фекалиями. Полиция ретировалась.
— Да, знакомый сценарий.
— Чего я не понимаю, так это при чём тут памятники, — задумчиво сказал Майкл. — Ну ладно, стычки с полицией, поджог здания суда, машины. А памятники-то при чём?
— Один умный человек объяснил мне недавно, что такие вещи делаются, чтобы вычеркнуть память о чём-то из истории или, в данном случае, изменить восприятие исторических фактов. «Антифа» хочет разрушить старый порядок и заменить его новым. Это не просто осквернение памятников, они хотят изменить отношение к связанным с ними людям и вещам. Заменить один миф об Америке на другой. Миф о сияющем городе на холме — образце свободы, демократии и равенства всех перед законом — мифом об империи зла, которая уничтожала коренных жителей и угнетала чернокожее население своей страны. Оба мифа не правда, точнее далеко не полная правда.
— Я за эту страну воевал и за свой миф, как ты выражаешься, буду бороться, — мрачно сказал Майкл.
— Мир, который они хотят построить, будет на порядок хуже того, который существует сейчас. То, что они делают, доказывает, что они не глупы. Они понимают, что в конечном итоге, куда мы идем определяет не «Сумма технологии»7, а «Сумма теологии»8, то есть совокупность идей и историй, в которые мы верим. Это фундамент, на котором всё стоит. Они его и хотят разрушить.
— Всё это чересчур заумно для меня, — ответил Майкл. — Я знаю одно: враг у наших ворот, а точнее уже в нашем доме.
Вечером Майкл проинструктировал: смотреть в оба глаза в пивной, дать ему знать если замечу кого-то, похожего на Елену, и постараться хоть с кем-то познакомиться.
— У тебя шансы выше, чем у меня. Твой невинный вид поможет, — добавил Майкл.
— Невинный? — удивился я.
— По мне сразу видно, что я тёртый калач, а ты выглядишь безопасным, внушаешь доверие. Постарайся завести разговор. Может тебе повезёт, и они окажутся из «Антифы».
В пивную мы пришли около девяти вечера. Вошли по отдельности, с промежутком минут пять. Обстановка была уютная. Приглушённое освещение. Неоштукатуренные стены не скрывали кирпичной кладки светло-коричневого цвета. Деревянные столы, сделанные под старину, почти все были заняты. В просторном помещении расположились в основном молодёжные компании, но были и люди постарше, парами. Кто-то уставился на большие телевизионные экраны, расположенные в нескольких местах на стенах, по которым показывали баскетбольный матч, но большинство посетителей просто сидели и болтали. Мне остро захотелось, чтобы сюда сейчас вошла Ева. Мы бы сели вдвоём за столик, заказали бы пива с куриными крылышками, болтали, смеялись и подначивали бы друг друга.
Побродив по залу и не увидев никого похожего на Елену, я подошел к стойке, чтобы заказать пива. Одинокий парень, да ещё и не пьющий, а просто бродящий по залу, наверняка смотрелся странно. С кружкой пива будет комфортнее, решил я. Заодно заказал жареные крылышки в остром соусе, раз мне так их хотелось. Пока ждал заказ, уловил разговор ребят, которые сидели за стойкой бара рядом со мной. Вначале подумал, что мне показалось, но затем явно расслышал русское имя — Пётр Верховенский. Я прислушался к разговору и удивился, поняв, что обсуждается книга Достоевского «Бесы». Разговаривали трое ребят, похожие на студентов. Все они были одеты в тёмные джинсы и в чёрные или тёмные футболки. Черноволосый парень в очках говорил с большим увлечением и, вероятно, был их лидером. Он объяснял, зачем Петру Верховенскому нужно было убийство Ивана Шатова. Этот роман я читал очень давно, и хитросплетения, детали сюжета и роли различных персонажей в событиях книги давно стёрлись из моей памяти, хотя помнил, что Верховенский организовал убийство Шатова, чтобы повязать членов своего революционного кружка кровью. Слушать было интересно, и, видимо, двум товарищам черноволосого тоже. Они следили за рассказом внимательно, даже как-то напряжённо, вставляя время от времени реплики или задавая вопросы.
— Обсуждаете книгу Достоевского? — Парень в очках с интересом взглянул на меня. — Не думал, что кто-либо его читает в этой стране, тем более «Бесов».
— Но вы, похоже, читали, — сказал парень в очках и обаятельно улыбнулся.
— Мне положено. Я вырос в городе, в котором жил писатель.
— Так вы из России? Я не слышу никакого акцента.
— Моя семья переехала в Штаты очень давно, я был ещё ребенком. А вы, ребята, студенты?
— Не совсем. У нас типа литературный кружок. Вы, похоже, не местный?
— Я из Сан-Франциско.
— Хороший город, я там бываю время от времени.
Парень в очках, по имени Ник, предложил подсесть к ним. Мы разговорились. Он расспрашивал меня, что я помню о жизни в России, чем занимаюсь в Сан-Франциско и как оказался в Портленде. На последний вопрос я ответил, что потерял работу и поехал развеяться. Нику я, похоже, был интересен, и завязался разговор на разные темы. Мне было занимательно их послушать, особенно Ника. Надо сказать, он оказался настроенным весьма радикально по многим вопросам и в то же время был явно начитан, харизматичен и мог прекрасно аргументировать свою точку зрения. Спохватившись, я понял, что заболтался, и прошло немало времени. Видимо, соскучился по общению с новыми и неглупыми людьми. Пришлось сказать ребятам, что мне было приятно познакомится с ними, но нужно отлучиться по делу. На прощание Ник сказал, что у них есть помещение, которое они используют как клуб и пригласил заходить, если у меня будет время. Мы обменялись номерами телефонов. Я, конечно, дал временный, с предоплаченной карточкой, как и советовал мне сделать Майкл перед поездкой.
Захватив кружку с остатками пива, я походил по залу и наткнулся на Майкла. Он тоже пил пиво, сидя один у стойки бара в другой части помещения. Увидев меня, Майкл едва заметно махнул головой в сторону выхода. Я допил, поставил кружку на стойку и вышел. Через пару минут показался Майкл.
— Ну как успехи? — спросил Майкл.
Я смущенно пожал плечами:
— Никого похожего на Елену не видел. И ни с кем из «Антифы» не познакомился, заболтался тут с одними ребятами.
Майкл усмехнулся:
— Знаешь, с кем ты разговаривал? С Ником Тайлором. Он же известен под кличкой Троцкий. Это глава «Климатистов».
— Серьёзно? Такой приятный образованный парень! По виду типичный студент.
Майкл иронично улыбнулся:
— Не ведись на его манеры. Ник социопат, мастер манипулирования людьми. Я в курсе
