пил там кружку пива, – это еще один гном. И можно подумать, что он один из посетителей, и, в общем-то, он неплохо вписывается в общий антураж, но… нет, это гном. И в основном он помогает новым приезжим с обустройством: в общем, знает все лучшие места для заселения в Лондоне… И наверняка Патрик нашел ваш дом именно через него, – сделал мистер О’Брайен небольшое отступление. И затем продолжил: – И вон ту парочку я тоже постоянно здесь вижу уже многие годы подряд, – и он кивнул в сторону пары торговцев (по всей видимости, мужа и жены), которые торговали чем-то вроде кроличьих шкурок.
– Ага, – сказал Энди, находясь теперь под некоторым впечатлением, – теперь я, кажется, понимаю, как тут все устроено…
И мистер О’Брайен улыбнулся.
– Как видишь, – сказал он, – наш рынок разбросан по укромным местам, и все зависит от того, что ты хочешь достать. И, кстати, с Патриком я тоже познакомился здесь. Раньше он часто приезжал на рынок и торговал здесь чем-нибудь. И в основном это тоже было всякое старье.
– Оу, понятно… – кивнул Энди, и теперь для него прояснился еще один момент, связанный с Патриком: почему он, собственно говоря, приехал с тележкой и постоянно ходил с ней на рынок.
А еще Энди захотелось понаблюдать теперь и за другими торговцами тоже и вычислить среди них тех, кто потенциально мог быть похож на гнома. И пока они шли, он пристально вглядывался в каждого, кто появлялся на его пути.
– А вон тот? – спросил он, указывая на еще одного «подозрительного» торговца.
Он увидел впереди них невысокого старичка с трубкой во рту, на котором была треуголка старых времен и белый фартук поверх пальто. Энди как-то уже видел его до этого и запомнил как раз по этой необычной треуголке, и решил сделать ставку именно на него, потому что обычные люди так точно бы не одевались. И, как и в случае с тем посетителем из бара, он скорее был похож не на торговца, а просто на счастливого обывателя рынка, который всем все время улыбался и покуривал трубку, и лишь изредка вылавливал из толпы прохожих прищуренным взглядом.
– Хе, – усмехнулся мистер О’Брайен. – Вот тут ты угадал. Это тоже гном. – И проходя мимо него, он незаметно поздоровался с ним легким кивком головы.
– Вау, вот это круто! – восхитился Энди своему удачно сделанному выбору.
– Да, его лавка находится чуть дальше, – пояснил мистер О’Брайен. – Но она почти всегда закрыта, и его нужно искать по всему рынку. В общем, необычный товарищ. И у него мы обычно берем табак. – И потом он добавил: – В основном здесь, конечно, торгуют старички, но могут попасться и более молодые гномы, так что, как я и говорил, угадать наверняка, кто есть кто, бывает достаточно трудно.
– Да… – согласился с ним Энди и еще раз обернулся назад. – Но вообще это так странно… – сказал он подумав. – Я видел их уже столько раз, но никогда раньше не обращал на них особого внимания…
– И это не удивительно, – улыбнулся мистер О’Брайен. – Среди людей мы все-таки более сдержаны и многого себе не позволяем. Некоторые из нас, конечно, уже примелькались, так как работают тут постоянно, но все равно, в основном это все очень неприметные слои вроде торговцев или разносчиков газет, которые вроде бы всегда на виду, но в то же время их почти никто не замечает.
И дальше Энди уже шел и думал о том, что если уж гномы могут так спокойно разгуливать среди людей, то, может быть, их можно встретить не только на рынке, но и вообще где угодно.
– А в нашей школе? – наконец спросил он. – Там еще есть гномы, кроме вас? Наш математик, например, – не мог успокоиться Энди. – Он вроде бы тоже немного того… странный…
– Хе, нет, – усмехнулся историк, – он сам по себе такой странный… А в школе я был единственным гномом. Да и в нашем районе их практически нет. И я пересекаюсь с ними, в основном только на рынке.
– Тогда вам, наверное, скучно там одному? Я имею в виду, в школе. Все время приходится что-то скрывать или прятаться… и ни с кем не поговорить особо.
– Ну, как сказать, со временем уже привыкаешь… И это становится твоим домом. К тому же с людьми иногда тоже бывает, о чем поговорить.
Но в то же время это прозвучало немного грустно. И Энди подумал о том, что, наверное, это все-таки неимоверно сложно – жить среди людей, притворяться и все время бояться, что тебя вот-вот раскусят. И, наверное, хорошо, что есть такие места вроде рынка, куда они могут спокойно прийти и просто вдоволь наговориться друг с другом (сплетничая о каких-нибудь своих «гномовских делах»).
– Но, по крайней мере, быть гномом – это как-то необычно, – решил поддержать его Энди. – Вы можете, например, делать всякие трюки с превращениями…
– Хех, – посмеялся историк, – это действительно многого стоит.
– Ну и пользоваться всякими интересными вещицами тоже можете.
– Это да…
И потом Энди осторожно спросил:
– А всякие магические штуки?.. Их здесь тоже можно купить?
– Ну… – мистер О’Брайен покачал головой из стороны в сторону. – Купить-то может быть и можно, но вот продадут их не каждому. Так же как и зелья.
– Хотите сказать, их могут купить только гномы?..
– Ну, людям-то их точно не продадут, но среди гномов тоже есть свои ограничения. У нас для этого есть, например, специальные карточки с рангами. Вот, – и он достал из кармана обычную пластиковую карту, на которой был изображен значок табачной трубки, а рядом с ним английская буква «V» (которая, видимо, и означала уровень ранга). – В общем, все наши «магические штуки», да и зелья тоже, продаются только в соответствии с этими рангами. И если ранг позволяет, то можно купить уже что-нибудь интересное. У меня вот, например, Высший ранг (из-за моей, так сказать, хорошей «кредитной истории»), и мне доступно здесь практически все. А есть еще Обычный ранг и Низший ранг. Но с ними, конечно, мало что можно купить, – и, показав карту Энди, он убрал ее обратно.
– Оу, понятно… – протянул Энди.
– А есть, например, предметы, – продолжал мистер О’Брайен, – доступные только для гномов самого высшего ранга (вроде нашей правящей верхушки), и для всех остальных эти вещи запретные. Но на рынке их, конечно, не продают. Здесь продается только что-то попроще (вроде магических пряжек на туфли, которые не дают обуви промокнуть; ну и всего остального, что может пригодиться в быту). Хотя для кого-то и
