Но сейчас она об этом не думала. Темперанс наклонилась еще ниже, удостоверяясь, что швы получились маленькими, аккуратными и надежными. Им ведь предстояло держаться, пока рана не заживет как следует, иначе останутся безобразные шрамы.
Темперанс с облегчением вздохнула, отрезая последний кусок кетгута.
— Вот и все. Почти готово, — прошептала она, обращаясь скорее к себе, а не к раненому.
Он ничего не сказал, по-прежнему сидя как статуя, но когда она открыла баночку с жирной мазью и втерла мазь в рану, чуть прикасаясь пальцем, он вздрогнул. Она испуганно отдернула руку и взглянула ему в лицо.
Его лоб блестел от пота.
— Заканчивайте.
Она заколебалась, но не могла же она оставить рану не перевязанной. Прикусив губу, Темперанс терпеливо наложила мазь, чувствуя, как учащается его дыхание. Потом достала из мешка с тряпками большой кусок старой ткани, сложила его в несколько слоев и начала перебинтовывать его грудь. Ей приходилось наклоняться к раненому очень близко, обхватывая руками его торс. Лорд Кэр, казалось, сдерживал дыхание, отвернувшись, как будто ее близость была ему неприятна.
Он явно страдал от боли, и это должно было притупить ее собственную реакцию на его близость, но ничего не получалось. Теплота его кожи, жилка пульса на шее, даже мужской запах — все это вместе пробуждало в ней ее старых демонов. Темперанс дрожала, завязывая последний бинт.
Она отвернулась, и в ту же минуту лорд Кэр встал со своего стула.
— Благодарю вас, миссис Дьюз.
Она изумилась. — Но ваша рубашка…
— Пусть станет тряпкой для вашего мешка. — Он поморщился, набрасывая плащ на голые плечи, и взял свою треуголку. — Как и жилет, и камзол. Еще раз благодарю и желаю доброй ночи, мистер Мейкпис.
Он коротко кивнул им обоим и направился к двери. Темперанс выпрямилась, паника сжала ей горло. Неужели он отправится домой?
— Вы ранены, милорд, и с вами никого нет. Может быть, вы предпочтете провести эту ночь здесь, с нами?
Он повернулся, черный плащ взметнулся вокруг ног, и Кэр дотронулся до края треуголки кончиком своей черной трости. И Темперанс впервые заметила, что серебряный набалдашник его трости сделан в форме сидящего ястреба.
— Ваша забота льстит мне, но, уверяю вас, я благополучно доберусь до своей постели.
И с этими словами он ушел.
Темперанс вздохнула, неожиданно почувствовав свое одиночество.
Но только на минуту, пока Уинтер медленно не повернулся и под ним не скрипнул стул.
— Думаю, мне нужны объяснения, сестра. Как это ты познакомилась с этим лордом Кэром, обладателем дурной репутации?
Он был ночным существом, чуждым обществу людей. Ночной мрак Сент-Джайлса окутывал Лазаруса, спешившего покинуть Мейден-лейн и небольшой невинный детский приют миссис Дьюз. Здесь ему не место, как голубятня не место для сокола. Он перепрыгнул через зловонную канаву посередине улицы и повернул в другой узкий переулок, ведущий на запад. Что она подумала о нем, несчастном, лживом животном, которое даже не может переносить прикосновения себе подобных? Впереди в дверном проеме шевельнулась тень, и Кэр бросился туда, радуясь возможности проявить силу. Но тень отделилась от темноты и легким туманом исчезла в ночи.
Лазарус замедлил шаги, проклиная ускользнувшую возможность разрядить напряжение. Он чувствовал, как струйка крови стекает по телу — снова открылась рана. Но он не поэтому искал разрядки.
Он был возбужден. Его тело требовало удовлетворения с того самого момента, когда миссис Дьюз прикоснулась к его голой коже мягкими бледными руками. Ее прикосновение вызывало у него не только душевное страдание, но и эротическое желание такого накала, что даже холодный ночной воздух не мог остудить его.
Кэр беззвучно рассмеялся. Маленькая мученица, без сомнения, почувствовала бы к нему отвращение, если бы знала, что с ним творится. И еще сильнее стало бы ее отвращение, если бы она узнала, каким способом он удовлетворяет такие потребности своего тела. Если бы его бриджи не намокли от крови, он бы нашел женщину, отвечающую его требованиям. Он отвел бы выбранную женщину куда-нибудь в ближайшие комнаты и…
Перед ним встал образ его последней любовницы, Мари. Мари была мертва, ее тело растерзано и обезображено. Она была убита в комнатах, которые он снял для нее в Сент-Джайлсе. Она сама настаивала на этом месте, и в то время — два года назад — он не задумывался о местонахождении этих комнат. Но теперь стало очевидно, что ключ к ее убийству надо искать в Сент-Джайлсе. Этой ночью у Кэра была цель. Убийца с кожаным носом прошлой ночью был в заведении Матери-утешительницы. Возможно, он был просто грабителем, охотившимся за его кошельком, но Лазарус так не думал.
Кто-то не хотел, чтобы он искал убийцу Мари.
— Ты знаешь лорда Кэра? — Темперанс удивленно посмотрела на брата.
Он поднял бровь.
— Может быть, я всего лишь школьный учитель, сестра, но даже до меня в Сент-Джайлсе доходят сплетни.
— О! — Она опустила глаза, машинально протирая и убирая иголку и ножницы. Кажется, все на свете, кроме нее одной, слышали о лорде Кэре.
Уинтер вздохнул и встал. Он подошел к буфету и достал из него два бокала. Эти хрупкие бокалы когда-то принадлежали их матери, два из шести, первоначально входивших в сервиз. Уинтер поставил их на стол и осторожно налил в каждый немножко красного вина.
Затем он сел, отхлебнул и, закрыв глаза, сделал глоток. Уинтер откинул голову назад, и складки около его рта показались еще более глубокими.
— Скверное вино. Удивляюсь, что лорд Кэр не швырнул бокал в стену.
Темперанс взяла свой бокал и попробовала, сладкий, терпкий напиток согревал ее. Может, вино было из дешевых, но ее это не смущало. Она всегда находила забавным, что Уинтер, самый аскетичный из братьев, был разборчив в вине.
— Ты мне расскажешь, где ты встретилась с этим лордом Кэром? — не открывая глаз, тихо спросил Уинтер.
Она вздохнула.
— Он посетил меня два дня назад. Уинтер раскрыл глаза.
— Он приходил сюда?
— Да. — Она поморщилась и осторожно поставила бокал на кухонный стол.
— Почему я не знал об этом посещении? Избегая его взгляда, она пожала плечами.
— Ты спал, когда он зашел. — Она затаила дыхание, опасаясь, что ей придется объяснять, каким образом лорд Кэр зашел в дом.
Но Уинтера беспокоило другое.
— Почему ты не разбудила меня, Темперанс?
— Я знала, что тебе это не понравится, — вздохнула она и села на стул, на котором недавно сидел лорд Кэр. Сиденье уже было холодным. Она знала, что ей все равно предстоит этот разговор с Уинтером, но трусливо оттягивала его. — Я не знаю, почему у него дурная репутация, но я знала, что тебе не понравится мое общение с ним.
