— Ужасно! — в один голос воскликнули они.
Джо усмехнулся:
— Вы двое иногда меня просто пугаете. Как будто у вас один мозг на двоих.
Они улыбнулись друг другу. Их инстинктивная душевная гармония была для них источником удовольствия.
Но они учли слова Джо и ушли по отдельности. Шарлин наслаждалась театром, в то время как Трэвис предпочел провести вечер с друзьями. Ей было интересно, входят ли в число его друзей дамы, с которыми он бы предпочел, чтобы его не видели. Если даже и так, он никогда не упоминал об этом. Описывая прошедший вечер, Трэвис сказал:
— Я был до ужаса целомудренным. Ты бы мной гордилась.
— Ты можешь рассказать мне, если что-нибудь произойдет, — однажды сказала Шарлин. — Я не стану ревновать.
— Я расскажу, если будет о чем рассказывать. Тебе нужно быть во всеоружии, из соображений практичности.
С тех пор она была убеждена в доверии между ними, она верила ему на слово.
Однажды вечером Трэвис приехал домой и увидел ее, собиравшуюся уходить.
— Отправляешься в какое-то интересное место? — поинтересовался он.
— В театр, с девочками из телестудии. Это представление на открытом воздухе, поэтому я оделась повседневно.
Он отметил, что под «повседневной одеждой» она имела в виду джинсы, которые подчеркивали ее соблазнительные формы.
«Эти джинсы были на ней в тот день, когда она сидела у меня на коленях, когда…» — Трэвис отогнал эту мысль прочь.
Снизу раздался сигнал клаксона.
— Это мое такси, — сказала Шарлин. — Ладно, я пошла.
— Ты будешь поздно?
— Возможно, даже очень поздно. Обещаю войти потихоньку, — многозначительно добавила она.
Трэвис все понял. Она подразумевала, что он волен развлекаться с другой женщиной. Или женщинами. Она послала ему воздушный поцелуй и ушла.
Из окна он видел, как она легко прыгнула в такси. Вернувшись в комнату, он вдруг осознал, как она опустела. Это стало невыносимым. Он быстро пробежал глазами список женских имен в записной книжке в поисках той, которая бы подошла. Проблема в том, что было очень много тех, которые бы подошли. Слишком много. Его выбор пал на Сьюзи. Они были давно знакомы, и для нее не было ничего лучше, чем весело проводить время, безо всяких обязательств с обеих сторон. За исключением щедрого подарка по окончании вечера. Он поднял трубку.
Вечерний выход Шарлин был непродолжительным. Пьеса была слабой, актерская игра — просто ужасной. В антракте они с друзьями смылись и отправились в ближайший ресторан.
— Эй, посмотрите, кто здесь! — воскликнула молодая женщина. — Это же Пенни Дэйнс! Она играет главную роль в «Человеке с небес». А кто этот симпатичный парень, который так к ней прижимается?
— Его зовут Ли Энтон, — сказала Шарлин. — Он только начал сниматься в сериалах.
Камеры нацелились на позирующую пару. Пенни протянула руку, выставляя напоказ кольцо, потом поцеловала Ли, снова помахав кольцом перед объективами фотокамер.
— Похоже, они обручились, — сказал кто-то.
Шарлин поняла, что очень устала. Пожелав друзьям доброй ночи, она тихо ускользнула и вышла из ресторана, наблюдая за Ли и его новой возлюбленной.
«Это должно было причинить боль, — отстраненно подумала она, — но все уже прошло».
Теперь, благодаря Трэвису, у нее началась новая жизнь. Их отношения могли быть только дружескими, но так мало людей беспокоились о ее чувствах в прошлом, что это могло быть опасным, если она не будет осторожной.
«Но я осторожна, — думала Шарлин. — Осторожность — мое второе имя. Он мой любимый брат, и я не позволю чему-либо все испортить».
Она развернулась и пошла ловить такси. Ни одного не было видно, и она начала подумывать о том, чтобы вернуться. Но когда она повернулась, перед ней стоял Ли.
— Какое чудо — встретить тебя! Пойдем, я познакомлю тебя со своей невестой.
— Нет, спасибо. Но я желаю тебе счастья, Ли.
— Так, значит, ты не осуждаешь меня?
— А мне есть за что тебя осуждать? Между нами не было ничего серьезного.
У Шарлин было такое чувство, что это ему не понравилось.
— В любом случае надеюсь, Трэвис не слишком сильно тебя ранит, когда вы расстанетесь. А вы непременно расстанетесь. Он известен как не слишком верный парень. Девушки любят его, но он их не любит. Говорят, с тех пор, как он с тобой связался, он исправился. — Ли весело взглянул на нее. — Только, сдается мне, ты не в курсе.
— Я вижу такси, — сказала она поспешно. — Доброй ночи, Ли.
Было уже темно, когда она добралась до дома.
Шарлин тихо вошла и, желая остаться незамеченной, на цыпочках направилась в свою комнату. Дверь в спальню Трэвиса была распахнута, и она услышала оттуда женский голос:
— О, дорогой, ты такой милый. Если бы только люди видели тебя настоящего… знали тебя, как я…
Шарлин напряглась в ожидании того, что он ответит.
— Лучше не надо, — наконец ответил Трэвис. — Пусть это останется нашим секретом.
— Да, конечно, ты прав. Это имеет значение только для нас…
Шарлин вжалась в стену, ярость душила ее. У нее не было возможности попасть в собственную комнату, минуя открытые двери, и мысль о том, что ее могут обнаружить подобным образом, заставила ее трястись от страха.
«На помощь! — умолял ее внутренний голос. — Я этого не вынесу!»
— А я действительно по тебе скучала, — снова произнес женский голос. — А ты скучал по мне. Я же вижу. Ну признайся!
Сердце Шарлин колотилось в ожидании ответа, но вместо слов послышались только звуки, предполагающие долгий поцелуй.
— Трэвис…
— Подожди. — Это был голос Трэвиса.
Он прошел по комнате. Шарлин затаила дыхание, почувствовав, что он рядом. Даже тогда она была не готова к моменту, когда он выйдет на свет. Дверь была открыта достаточно широко, чтобы она могла увидеть его целиком, практически обнаженного, за исключением черных обтягивающих плавок, которые почти ничего не скрывали.
Она отступила в тень, но все равно не смогла отвести от него глаз. Этот высокий и худощавый мужчина имел такие великолепные мускулы, обладал такой скрытой силой, такой красотой. Она с трудом верила своим глазам. Трэвис повернулся, показав свое тело в новом ракурсе: упругие ягодицы, мускулистые бедра.
Наконец он скрылся за дверью, и Шарлин воспользовалась возможностью прокрасться в свою комнату. Она даже не стала включать свет. Он не должен заподозрить, что она вернулась. Ее сердце билось настолько сильно, что она боялась, что Трэвис может услышать это даже на расстоянии.
Она быстро разделась и легла в кровать, нырнув под одеяло, словно ища защиты. Казалось, что рушится мир. Было постыдно увидеть его почти обнаженным, но она не могла заставить себя сожалеть об этом. Даже сейчас он присутствовал в ее мыслях, неожиданно прекрасный. Но он был не один. Молодая женщина, лежащая в его постели, в ожидании близости с ним.
