— Ты приняла решение? Время вышло, — разговор он завёл сразу, как только стихла музыка.
— Приняла. Мой ответ прежний. Я не заинтересована в твоём предложении. Заводить отношения я пока вообще ни с кем не планирую.
— Что-то я не заметил этого, когда ты флиртовала с Терром, — парень начинал злиться.
— Тебе показалось. Гай, ты меня совсем не знаешь, чего ты ко мне прицепился?
— Я так хочу.
— Ты похож на избалованного ребёнка, которому не купили игрушку. Я не буду с тобой ни спать, ни встречаться, — я тоже начала заводиться, заряжаясь его настроением.
— Будешь. У меня есть доказательства того, что ты дикая, и, если не придёшь в понедельник вечером ко мне в коттедж, я поделюсь ими с остальными.
— Делись, я не веду переговоров с шантажистами! — я попыталась вернуться обратно в зал, но он не пустил, больно ухватив за локоть.
— Не боишься огласки и того, что от тебя все в страхе отвернутся? Ладно. А за сына не волнуешься? — тут он вытащил из кармана телефон и показал мне фото Даньки. Раскопал-таки, гад малолетний!
Вот тварь! Меня затрясло, и перед глазами появилась красная пелена.
— Если ты хоть пальцем прикоснёшься к моему сыну, — зашипела я ему в лицо, — я кастрирую тебя тупым ножом, и плевать, что мне за это будет.
Я вырвала руку и, выбегая с балкона, заметила мелькнувшую в углу тень. Час от часу не легче, похоже, у нашего разговора был свидетель.
— До понедельника, дикарка, — донеслось мне вслед.
Продолжать общаться с гостями и делать вид, что всё хорошо, было совершенно невозможно, да и приём подходил к концу. Сославшись на усталость, я попрощалась с Бакуниными и уехала в отель.
Долго металась по номеру, не зная, что делать. А потом позвонила Михаилу: мне срочно нужен был совет. Договорившись, что он придёт ко мне домой завтра в три, я немного успокоилась, сняла наконец бальный наряд, приняла ванну и отправилась в постель. Полночи провалялась без сна, перебирая в голове варианты развития событий, потом тревожно продремала до утра и проснулась разбитая, с синяками под глазами. Ни о какой прогулке по столице, которую я планировала, не шло и речи. Хотелось домой, под защиту созданного Мефодием уюта, к любимым кошкам, и срочно хотя бы созвониться с сыном.
Дома, в УМИЖ, мне действительно полегчало. Первым делом я поговорила с Даней, а потом домовой завёл серьёзный разговор о кошках.
— Скорее бы ты, хозяйка, смогла научить их разговаривать, — он кивнул на внимательно слушавших нас Тишь и Таша.
— Мне только разговаривающих кошек не хватало! — не стала я сообщать домовому, что даже не знала о таких возможностях, но улыбнулась, только представив такую перспективу.
— Зря смеешься, говорящими они могут даже пользу в хозяйстве приносить.
Я продолжала улыбаться, представив весёлую жизнь с домовым и двумя разговорчивыми кошками.
— Какую?
— В магазин бегать за мелочами, на звонки отвечать, со мной беседовать, пока тебя нет…
Его мечты прервал звонок в дверь: это к обеду пришёл Миша, и, не предложив гостю даже чайку попить, я выложила всё как на духу, затащив его в гостиную.
— Ситуация нехорошая у тебя, Стефа, — давал расклад Миша, — семья Полянских достаточно влиятельна. У них хватит средств и возможностей, чтобы устроить тебе неприятности. Сыну твоему он ничего плохого не сделает, не переживай, это пустая угроза. А вот скандал раздуть может. Ты же знаешь, что его отец — ярый борец за чистоту крови? Так вот, он способен настроить общественность против появления на Магоне сильной дикой.
— И что ты предлагаешь?
— У тебя два варианта: либо ты уступаешь Гаю Полянскому, либо находишь себе более сильного покровителя. Ульям Терр мог бы тебе помочь? Ты ему доверяешь?
— Ох, не знаю, Миш, не знаю, но на шантаж я не поведусь точно.
После того как эльф, всё-таки дождавшись обещанного обеда, ушёл, я опять металась по гостиной, решая, стоит ли посвящать в свои проблемы Уила и как он отреагирует на моё происхождение? В конце концов, устав от размышлений, решилась и написала ему СМС.
Я: Привет. Есть серьёзный разговор. Можем встретиться?
Ответ долго не приходил.
У: Что-то срочное? Я в командировке у драконов, давай на следующих выходных?
Я: Забей. Удачи на переговорах.
Вот и всё. Судьба распорядилась сама. Завтра вечером я пойду к Полянскому и попробую поговорить по-хорошему, ещё раз убедить решить всё мирным путём, а если не удастся, буду готовиться к скандалу. Идти на поводу у избалованного сноба я не буду.
Но в понедельник мне никуда идти не пришлось, потому что с первой пары меня вызвали в кабинет ректора Умана.
Сначала я подумала, что разгорелся обещанный Гаем скандал, но всё оказалось намного интереснее.
У ректора меня дожидался Демиан Обережный с очень неожиданным разговором и предложением.
Глава 12
— Стефания, хочу представить вам очень уважаемого члена нашего общества, главу корпорации «Непробиваемый щит» Демиана Обережного, он желает с вами побеседовать о чём-то важном, — представил мне и так известного мужчину ректор, — сейчас я вас оставлю. Поговорите спокойно.
Ректор нас покинул, и Демиан тут же занял его кресло за рабочим столом, а я расположилась напротив.
— У тебя неприятности, Сте-фа-ни-я, — растянул моё имя блондин, вальяжно развалившись в кресле, — я слышал ваш разговор с младшим Полянским.
Так вот кто был свидетелем той неприятной сцены! Не спешила включаться в беседу. Я пока ещё не понимала, к чему он ведёт, только бровь вопросительно подняла, предлагая продолжать.
— Я могу тебе помочь, мне по силам надавить на Полянских.
— И зачем тебе это делать, любитель подслушивать? — Это становилось интересным.
— «Вам». «Вам делать». Ты разговариваешь с главой корпорации «Непробиваемый щит». Прошу проявлять уважение.
— Тебе, Демиан, тебе, — я усмехнулась, — мы с тобой пережили вместе столько прекрасных событий. Ты разве забыл, как я прикладывала мокрую тряпочку к твоему пенису?
Очень хотелось сбить с него спесь, и я не удержалась. Он усмехнулся в ответ.
— Всё время забываю, что ты дикарка, а не воспитанная молодая леди Магона.
— Давай всё-таки ближе к делу. Зачем тебе мне помогать?
— Скажем так, мне невыгодно, чтобы общественность о тебе узнала. Это из-за аукциона и приобретённой мной силы.
— Допустим. А зачем это мне? Может, мне плевать на огласку?
— Я поставлю щиты на твоего сына и его дом, — продолжал заманивать плюшками Демиан, что вызывало подозрения, — они уберегут его не только от Полянского, но и от несчастных случаев.
— А взамен я…
— Будешь сотрудничать с моей корпорацией.
— И всё? Учти, если надеешься на продолжение той ночи, то я его не планирую. Если бы я хотела завести любовника, согласилась бы на шантаж Гая, ещё моя бабушка говорила: «Мужиков менять — только время терять».
— Не переживай, мне тоже любовница не нужна.
Я задумалась, барабаня пальцами по столу ректора и глядя в окно. Что я теряю, если пойду на сделку? Да ничего! А что приобрету? Защиту для Даньки и его имущества. И я решилась.
— Хорошо. Когда ты поставишь щиты?
— Завтра. Давай свой номер телефона, я позвоню ближе к вечеру, и мы поедем в твой город.
— Он на сутках завтра.
— Это не имеет значения.
— А Полянский?
— Не твоя забота, ни о чём не переживай и учись спокойно. До завтра.
Ух ты, какой таинственный и резкий! У меня мурашки по коже от него побежали. Чего скрывать, он мне ещё в ту нашу ночь понравился, пока не стал хватать за шею.
Знания мне в тот день давались с трудом, мысли вращались вокруг сделки и завтрашней поездки в родной город. Как ни странно, меня волновало, что Демиан увидит мой старый облик. Прошлые комплексы навалились с новой силой.
Гая в понедельник я не встречала и не слышала, а вот во вторник после «совершенствования» он поджидал меня всё на той же лавочке. Я отправила сестричек вперёд, а сама притормозила. Стоило выяснить, сдержал ли слово Обережный.
