class="p1">Брукс неодобрительно прищелкнул языком.
— Обри, это часть испытания. Нужно увидеть рисунок, тогда сможешь узнать, где находится клуб. И это не чертово граффити. Икс — художник. Его работы невероятны. Я слышал, люди говорили, что галереи пытались найти его в течение прошлого года, желая продать его работы. Но никто не знает кто он. Или как его найти. Это лишь добавляет таинственности, понимаешь?
Я усмехнулась себе под нос.
— Какого черта галереям хотеть продать закорючки, нарисованные на стене с помощью краски из баллончиков? Ведь речь не о Моне.
Брукс качает головой.
— Ты должна еще многому научиться, молоденький кузнечик. Городское художественное направление сейчас очень развито. И Икс имеет репутацию одного из лучших. Он рисует только последние три года, но, если ты поищешь в интернете уличное искусство, его работы будут там с Бэнкси. (Примеч. Бэ́нкси — псевдоним английского андерграундного художника стрит-арта, политического активиста и режиссёра, чья личность долгое время была не установлена) Он потрясающий! — ответил он, будто это имело какой-то смысл.
— Откуда ты знаешь, что это парень? Это может быть женщина, знаешь, — заметила я почти воинственно.
Брукс пожал плечами.
— Кто знает? Это имеет значение?
— И что это за имя Икс? — дразнилась я.
Брукс искоса посмотрел на меня и не потрудился ответить. Очевидно, отсутствие с моей стороны должного восхищения таинственным Иксом лишило меня большого количества положительных очков.
Мы проехали по узкому переулку между двумя зданиями, который закончился небольшой парковкой. Перед мусорным контейнером стояла группа людей.
Брукс припарковался и выпрыгнул из машины.
— Давай же! — позвал он меня, торопясь к стене здания. Там было много граффити — типичные названия группировок и имена.
Но не на это люди собрались посмотреть.
Их внимание привлек портрет женщины в огне. Он был, по крайней мере, три метра в высоту и четыре с половиной в ширину. Он был огромным.
— Пожалуйста, объясни мне, какое отношение это имеет к клубу? — прошептала я Бруксу, который вытащил свой телефон и забивал цифры в GPS. Он поднял на меня взгляд и послал отстраненную улыбку.
— Ни малейшего, Обри, — ответил он. Я нахмурилась и повернулась к рисунку. Поднялся ветер, принося с собой прогорклый запах старого мусора. Эта маленькая парковка была отвратительной, но толпу людей нисколько не заботила окружающая обстановка. Мы все были здесь лишь ради одного… найти дорогу в клуб, который обещает то, что мы и представить не можем.
Должна признать, что мастерство, с которым было выполнено граффити, казалось впечатляющим. Я вспомнила рисунок, который видела несколько недель назад — чудовищную руку с людьми, падающими с неба.
Тот рисунок был темным и почти угрожающим. Этот, казалось, передает что-то совершенно другое.
Тоску.
Что-то, на что хочется смотреть издалека.
Желание.
Откровенную, необузданную похоть.
Каким-то образом, этот поверхностный рисунок на грязной стене передавал все эти ощущения. И я знала, Брукс был прав. Кем бы ни был Икс, этот человек был действительно талантлив.
На рисунке была изображена женщина в профиль, ее длинные золотистые волосы лизали ярко-красные языки пламени, подбираясь к ее лицу. Можно было видеть только очертание ее носа и подбородка, так как она отвернулась, глядя куда-то вдаль.
Остальное ее тело было выполнено темными, жирными линиями, которые были грубыми и неопределенными, пока не увидишь ее руку. Рука была прорисована четко и почти деликатно. Пальцы прямые, ладонь раскрыта, и с пальцев падают прекрасные, фиолетовые цветы, которые напоминают мне астры, что растут у нас на кампусе.
Огонь у ног девушки поднимался, и, казалось, поглощал цветы, которые летели к земле. Это было такое противоречие — сила огня и спокойная мягкость цветов.
Это напоминало яростный вид обладания — то, как языки пламени, казалось, поглощают лепестки, которые падают с пальцев женщины, как они почти, но еще не совсем, касаются ее кожи, будто тянутся к ней, но пока не могут достать. Я заметила характерное Икс, опутанное красным и оранжевым.
Дрожь, которая не имела ничего общего с прохладой воздуха, прошла по моей спине.
— Я понял! — закричал Брукс, немного слишком громко. Я подпрыгнула от неожиданности, так как была сосредоточена на рисунке.
— Пошли! — закричал Брукс мне в ухо, и я раздраженно посмотрела на него. Я заметила, что остальные тоже быстро уходят, получив то, зачем пришли. Я снова посмотрела на рисунок, чувствуя странную грусть, оставляя его позади.
— Обри, уже поздно. Мы должны поспешить или очередь будет огромная! — торопил меня Брукс, и тянул в сторону машины.
После того, как я забралась внутрь, я снова посмотрела на рисунок, желая понять странный водоворот эмоций, который чувствовала, когда смотрела на него. Я смотрела на него, пока мои глаза не начали болеть.
Моргнув, я посмотрела на Брукса, который забил адрес в свой телефон и затем установил его на центральную консоль. Я потерла виски, чувствуя, что на подходе приступ головной боли.
Я чувствовала странную нерешительность, часть меня хотела отправиться домой и забыть о сегодняшнем великом приключении. У меня было плохое предчувствие, от которого я не могла избавиться, в основном потому, что оно было связано с эйфористической потребностью расслабиться.
Я в чертовом беспорядке.
Прочистив горло, я попыталась привести в порядок мысли, сконцентрировавшись на своем друге, который практически гудел от волнения.
— Как ты узнал адрес? — спросила я, зная, что во время моего свободного погружения в эмоциональное потрясение, я пропустила главную часть того, что мы здесь делали.
Брукс указал на рисунок.
— Видишь эти числа, нарисованные в огне внизу? — спросил он, и я попыталась увидеть, о чем он говорит. И затем я увидела их. Цифру один и четыре, затем пять других цифр, переплетенных вдоль основания пламени.
— Да, и? — спросила я.
— Первые две — номер улицы, последние пять — почтовый индекс. Стебли цветов на самом деле название улицы. Так что вводишь это в GPS и вуаля, вот оно, местоположение «Мании», — объяснил он, напоминая маленького ребенка, раскрывающего сверхсекретный магический трюк.
— Ну, разве это не супер креативно, — пошутила я, пытаясь скрыть растущее чувство беспокойства, которое расцветало в животе.
— Просто расслабься и веселись, Обри. Распусти волосы хоть на одну ночь, — поддразнил Брукс, и я постаралась не обороняться от звучащей в его словах критики.
— Я могу веселиться так же, как и любая другая девушка, — спорила я, и постаралась не разозлиться от грубого недоверчивого смешка, который издал Брукс.
Остаток поездки продолжался в тишине, и я пыталась сдержать сбивающую с толку нервозность, которая заставляла мое сердце бешено стучать в груди.
GPS привел нас на окраину города, далеко от огней и нормальной суеты субботней
